Первый среди равных. Книга X - Жорж Бор

за долгое время, не пользуясь никакими костылями, я сформировал защитный барьер на основе грязного Эфира. Пять аспектов ещё не до конца освоились в моём Источнике, и это был подходящий случай выплеснуть излишки. А потом попытаться совместить те силы, которые в природе не могли находиться в одном сосуде.

Почти три десятка синичек, коснувшись радужного барьера, лопнули, как гроздь ярких светящихся пузырей.

Тело с огромным трудом привыкало к тому, что теперь снова может использовать грязный Эфир. Хотя, слово «снова» относится к моему сознанию, а вот телу придется учиться. Скорее всего, в ближайшее время у меня будут жесточайшие откаты, связанные с неправильным освоением аспекта Смерти. В сферах разума просто не было достаточно места и не были готовы петли для нового аспекта. Не хватало нужных сопряжений, чтобы грамотно встроить туда новую силу.

Сейчас, на кураже и на эмоциях после опасного похода, я использовал эту силу так, как использовал когда-то давно. Плата была близка, и я это уже ощущал. Подрагивали руки, расплывался взгляд. В идеале, мне нужно было как можно быстрее вернуться домой и отлежаться хотя бы сутки.

Вокруг было светло — даже не рассвет, а раннее утро. И это означало, что пара часов в неизвестном пространстве за могущественным барьером стоили нам почти половины суток в нашем обычном мире.

Шевельнулись на земле Ратаи. Они первыми, в силу особенностей организма, пришли в себя. Тут же начали оживать остальные члены рейда. Дёрнулись на земле егеря. Поднялись на ноги оборотни, а Кот подниматься не стал и просто лежал на земле, пялясь в небо и улыбался.

— До границы примерно тридцать семь километров, — подойдя ко мне, произнёс Бестужев. Командир егерей выглядел помятым и очень задумчивым. На меня он старался не смотреть, и сразу сложилось впечатление, что мысли барона бродят где-то очень далеко отсюда. — Если двинемся прямо сейчас, то через два часа будем уже на базе твоей дружины, Сокол.

— Вижу, теперь ты ориентируешься на местности гораздо лучше, Волк, — улыбнулся я.

Егор Алексеевич улыбаться в ответ не стал и только угрюмо нахмурился.

— Это проблема, Сокол, — спокойно глядя мне в глаза, произнёс командир егерей. — Это большая проблема для всех нас. Ты же понимаешь, что я просто не могу об этом молчать.

— Всегда есть больше одного варианта, — невозмутимо пожал плечами я.

Бестужев был верным слугой Императора. В то, что он будет что-то скрывать от своего повелителя, я не верил. Поэтому, на мой взгляд, даже предлагать ему что-то подобное не было никакого смысла.

Сейчас командира егерей со мной и моей дружиной связывали несколько фактов. Помимо совместного рейда, Бестужев и так уже немало знал о секретах моего рода. А после текущей вылазки этих знаний уже хватит, чтобы нас навсегда заперли в имперских лабораториях. При этом егерский корпус переедет на постоянной основе в Тверскую аномальную зону и будет искать следы той закрытой области, которую мы обнаружили. Разумеется, безрезультатно.

— Это неправильно, — с каким-то отчаянием в голосе произнёс командир егерей. — Мы не должны так поступать.

— Не должны, — подтвердил я.

— Я слуга… Императора… — у меня сложилось впечатление, что барон пытается сам себя в чём-то убедить, будто я настаивал или заставлял его поступить как-то неправильно.

— Один из лучших, — подтвердил я.

— Всё это, — широким жестом указав на спокойную природу аномалии вокруг нас, — можно как-то объяснить? — прямо спросил Бестужев. — То, что буквально пару часов назад мы побывали в параллельной реальности, или в другом мире, или в каком-то таком месте нашего мира, которого никто не знает… невозможно объяснить! Это нельзя скрывать, и об этом нельзя говорить. Я не понимаю, что делать.

Пару мгновений я смотрел в глаза Белому Волку и видел в них отчаяние. Этот человек очень серьёзно относился к данному слову и прекрасно помнил, что он обещал мне не говорить ничего посторонним о моей дружине.

Но при этом количество клятв, которые дал командир егерей своему руководству и конкретно Императору, лишало его всякого шанса промолчать. И Бестужев будто просил меня принять за него решение, которое поможет избавиться ему от этой двойственной, непонятной ситуации.

— Тот вариант, который я могу предложить, ты знаешь, — слегка кивнув в сторону стоявших в отдалении оборотней, произнёс я. — Этот отпуск действительно получился довольно интересным. Просто мне хотелось бы… знать, куда ты собирался съездить в эти два дня.

— Князь Разумовский звал меня на охоту, — после долгого раздумья ответил Егор Алексеевич. — И мы с ним взяли огромного пространственного зверя, часть которого я даже привёз из своего отпуска.

— Что ж, это отличный вариант, — улыбнулся я.

Скрыть появление на рынке огромного запаса ингредиентов неизвестного пространственного чудовища у нас бы точно не получилось. Использовать это всё для собственных нужд тоже вряд ли вышло бы. Поэтому Бестужев, правильно оценив обстановку, сделал единственно правильный выбор. Если невозможно скрыть какие-то факты, то нужно очень громко заявить о них миру.

— Григорий Антонович, — коротко кивнув Бестужеву, позвал я юриста. — Можно вас на секундочку?

Оборотень оказался рядом. Через пару мгновений он взглянул на меня, потом посмотрел на Бестужева, окинул взглядом его людей и произнёс:

— Мне кажется, люди устали, ваша светлость. Нужно возвращаться. Если у вас есть какие-то конкретные пожелания ко мне, то я постараюсь сделать всё в кратчайшие сроки.

Я хотел уже обозначить оборотню сложившуюся проблему, но в этот момент ощутил пульсацию ментального поля вокруг нас. На таком уровне воздействовать на аспект могли действительно только архимаги. Я вообще не был уверен, что кто-либо в Российской Империи сумеет распознать заклинание Бетюжина.

Вместо того чтобы ставить какие-то блоки сознания егерям или вычищать их воспоминания, заменяя их подделками, Бетюжин создал вокруг всего рейда единый карман своего заклинания, который поддерживал своими силами. И все, кто находился в этом кармане, по сути, становились участниками одного общего воспоминания.

— Кто должен знать всё, Ярослав Константинович? — прозвучал у меня в сознании голос юриста.

— Ты, я, Аларак и Антип, — без колебаний мысленно перечислил я.

— Будет исполнено, — ответил Григорий Антонович, после этого развернулся на месте и спокойно ушёл продолжать беседу с Антипом.

Все же, архимаги находились… совершенно на другом уровне относительно обычных смертных. Наверное, это можно было считать первой ступенькой на пути к Вершителям.

Просто проблема оборотней была в том,