Последний из рода 2 - Александр Коротков

каменюки, способные одним ударом развалить не самую хлипкую крепостную стену, рассыпались в пыль, врезавшись во вспыхнувшую зеленым перламутром магическую сферу защиты.

Ответ не заставил себя долго ждать. Бастионные баллисты «выплюнули» огромные, в полтора метра длиной, стальные болты, способные за раз пронзить нескольких человек и сломать боевые порядки.

— Не спать! — рявкнул Джамал.

И ученики не спали. Когда снарядам оставалось пролететь пару десятков метров, резко уплотнившиеся потоки воздуха невидимой рукой схватили стрелы и швырнули далеко за пределы боевых построений.

Грохот стоял такой, что слышать его должны были даже на небесах. Многотысячные армии с обеих сторон ругались, богохульствовали, атаковали, защищались, бряцали оружием, погибали. Защитникам удалось разрушить осадную башню, которая похоронила под обломками не меньше сотни человек.

На глазах у Джамала несколько смельчаков рогатинами оттолкнули только что прислоненную к стене лестницу и вниз загремело человек пятнадцать. Однако множество других лестниц достигли цели и на стенах кипели бои. Маг прекрасно видел, что прорвавшихся на стены бойцов, несмотря на преимущество в личном мастерстве, слишком мало, чтобы подавить сопротивление и тем паче распахнуть ворота, под которыми догорали остов тарана и сваренные вкрутую тела — защитники вылили на них кипящее масло.

На холм взобрался взмыленный гонец и, не слезая с лошади, выпалил:

— Царь Диомед интересуется, не желают ли любезные маги вступить в битву?

— Передай своему королю, что любезные маги восстанавливают силы, благодаря которым войско практически без потерь смогло достигнуть стен. Как только появится возможность — мы внесем свой вклад.

Гонец поклонился и ускакал обратно.

— Уважаемый, а когда у нас «появится возможность»? — спросил Азиз. — И пусть ученики порядком выдохлись, но я, например, полон сил. Да и вы особого участия в волшбе не принимали.

— Скоро, Азиз, скоро. Как только местный царек поймет, что своими силами не справится. Ему для этого осталось полшага.

Азиз заворчал, но спорить больше не полез.

А спустя полчаса, безошибочно почувствовав, что боевой дух атакующих стремительно катится вниз, особенно на фоне того, что ни ворота, ни стрелковые башни захватить так и не получилось, Джамал встрепенулся:

— Мне нужна сила!

Заклинание, которое он подготовил, было не самым сложным в исполнении, но достаточно энергоемким. Он давным-давно проложил связующий канал между холмом и двумя парами накопителей, спрятанных за стенами. Они тоже были защищены, но не в пример хуже, чем стены. Именно туда и намеревался нанести удар иерофант храма Вера.

Азиз положил руки ему на спину и Джамал почувствовал, как в него вливается океан из заранее настроенного Круга Силы. Он активировал плетение и из вытянутых рук в сторону стены выстрелила перекрученная подвижная радуга. Мгновенно достигнув стены, она обогнула ее дугой и ухнула куда-то вниз, разделившись на два потока. Несколько секунд ничего не происходило и удивленные солдаты с обеих сторон глазели на это чудо.

И тут раздалось два чудовищных по силе взрыва, слившихся в один. Языки зеленого пламени взметнулись вверх над стеной, разбрасывая в стороны человеческие тела. Два участка стены, наиболее близкие к взрывам, разлетелись по камешкам, похоронив под обломками не менее трех сотен защитников. Причем на этих участках их было меньшинство, так как основная атака проходила чуть в стороне.

Но и это было еще не всё. Заранее предупрежденные инженеры осадных машин, едва завидев колдовство, сменили каменные снаряды на взрывные. В этот раз снаряды не встретили сопротивления магической защиты и с грохотом разворотили часть стены. Следом полетели новые снаряды. И еще. И еще. Не успевшие спуститься со стен защитники погибали десятками, от огня и падения с высоты.

Надо отдать должное Диамеду — он быстро сориентировался в произошедших переменах и бросил в образовавшиеся бреши свежие силы...

Город пал ближе к вечеру. Деморализованные колдовством воины не смогли ничего противопоставить ворвавшимся внутрь, крайне обозленным потерями воинам Спарты. Диамед лично приказал всем командирам сутки не вмешиваться в творившееся внутри городских стен, так что Джамал побежденным не завидовал. Он знал, что даже дисциплинированные солдаты очень скоро одуреют от крови и вседозволенности и превратятся в диких зверей.

Впрочем, этот факт мага волновал в последнюю очередь. Резня и зверства, как правило, подрывают боевой дух остальных жителей страны, отбивая всякое желание сопротивляться. Конечно, профессиональные воины, когда до них дойдут вести о случившемся, обозлятся и станут сражаться более остервенело, но все равно ничего не смогут противопоставить объединенной мощи магов и Спарты. Тем более сейчас, когда Фивы пали и Афины — столица Аттики, оказались отрезаны от сухопутных подкреплений.

Все идет именно так, как нужно.

***

Обычаи Эллады требовали после каждой значимой победы воздать хвалу богу войны, Аресу. Непременно с жертвоприношениями. И если остальные обитатели Олимпа принимали подношения кто в виде жертвенных быков, кто в виде части урожая, то грозный бог войны не признавал ничего, кроме пролитой человеческой крови. Благо, после падения Фив пленников у спартанцев было более чем достаточно.

Диамед не собирался попирать традиции и уже к вечеру следующего дня, когда в городе была восстановлена хоть какая-то видимость порядка и с улицы убрали трупы, лично явился в небольшой храм Ареса. Сюда же пришли и приглашенные маги — юноша и девушка. Глядя на них, царь выругался сквозь зубы. Пусть победа стала возможной лишь благодаря их помощи, но тьма побери — они могли бы вмешаться и пораньше!

Впрочем, царь тут же одернул себя. Нечего гневить богов своим недовольством. Маги ему нужны, сегодня он в этом полностью убедился. Если бы не их поддержка, то штурм перешел бы в многомесячную осаду, как пить дать. А там бы к осажденным и помощь из Афин подоспела. Да и дом остался без надлежащей охраны, так что затяжная война Спарте была противопоказана.

Поэтому царь приветливо поздоровался с обоими магами и они вместе зашли внутрь. Сюда уже привели десяток пленников. Изможденных, израненных. Кто-то смотрел на победителей со страхом, кто-то — с вызовом. Их объединяло лишь одно — обреченность во взгляде. Никто не питал иллюзий выбраться из храма живым.

Когда царь протянул магам ритуальный клинок, вперед шагнула девушка. Диомед, хоть и удивился, но виду не подал. Если хочет резать глотки — пусть режет.

Солдаты подвели к царю и магичке первую пару, поставили на колени перед огромным чаном. Синхронный взмах клинков — и кровавый водопад из перерезанного горла устремляется вниз. Не дожидаясь, пока этот поток иссякнет, подводят следующую пару. Взмах клинка и чан вновь наполняются парящей кровью. Воздух заполнился одуряющим металлическим запахом, но