Рассвет над Самуром (СИ) - Алексей Богородников

одна из таких вариаций. Семейная, рассчитанная на самый широкий круг, недорогая — она порвет рынок развлечений всего мира, как лиломол миконида.

— Выглядит очень непонятно, — заметила Найзирия присаживаясь. — Простые люди не разберутся.

— К каждой игре будет инструкция. — Аиша скопировала жест, подсмотренный у Джерка Хилла, приложив к подбородку большой и указательный пальцы. — Но ты права, будет трудно. Расчет на то, что азарт игры заставит людей шевелить мозгами.

— Это всё замечательно, — одобрила королева, — но у меня для тебя неожиданная новость. Гэлрес Эсванийский возглавил торговую делегацию своего королевства. Мы с Шаем сейчас об этом узнали из разговора с эсванийским послом. Делегация направлена к нам на согласительную процедуру подписания торгового договора по пошлинам на ткани.

Аиша хмыкнула.

— Да плевать мне на принца.

— Вот именно поэтому я пришла к тебе, — поджала строго губы Найзирия. — Постарайся быть вежливее с ним. Это вопрос тысяч золотых. Замуж тебя никто не гонит за него, в чем проблема пару раз легко улыбнуться Гэлресу?

— Да он себе надумает невесть что, — усомнилась Аиша. — Одна улыбка раздувает мужское эго больше, чем бутылка вина без закуски. Будете потом статую Гэлреса Хелгрегу Пятому посылать?

Найзирия вздохнула.

— Попробуй половинкой рта что ли улыбнуться, — уныло предложила она дочери.

Аиша послушно перекосила ротик.

— Выглядишь так, словно увидела на своём Балфри розовую попону. — проворчала Найзирия.

Было дело, Шилнагаил подарил Аише для её коня сей атрибут амуниции. На белом жеребце, возможно, это смотрелось бы даже нормально. Но на черном, свирепом, неукротимом Балфри выглядело издевательством.

— Другой стороной? — попыталась королева.

К сожалению, ухмылка левой стороной рта у Аиши, выглядела не менее зловеще и многообещающе, чем справа. Но коварный план королевы предусматривал и такое.

— Не умеешь приятно улыбаться нужным людям, пойдешь со мной и Гэлресом в картинную галерею. — постановила королева. — Простая учтивость по отношению к своему царственному собрату.

Аиша нахмурилась. Ей не хотелось терять время. Пустые вежливые беседы ни о чем, совсем не привлекали принцессу. Беседа, это когда ты полезную информацию получаешь, делишься опытом или знаниями. Да хоть хорошим настроением. Всего этого от никчемного принца трудно ожидать. Борьбой с монстрами он неизвестен, заслугами в науках обделен. К тому же процедура показа галереи для высоких и уважаемых гостей пусть и формальная, но Джерк может неправильно понять.

— Мне надо сказать Джерку. — почти согласилась Аиша. Всё же она дочь короля: у неё есть обязанности.

— Сказать? — удивилась Найзирия. — Уехать в Самур? Ты серьезно сейчас?

— Сказать в письме, — слегка досадуя на себя, поправилась принцесса.

— Это мы мигом, — повеселела Найзирия, — поверь мне, я знаю как писать письма, чтобы мужчина долго прижимал к сердцу ничтожный клочок бумаги, влюбленно улыбаясь и дебильными глазами пялясь на звёзды.

— Опыт нерелевантный, работает на обычных мужчинах, — прозорливо заметила Аиша и улыбнулась по-настоящему. — Мне вот Джерк анекдот рассказал про письма, обхохочешься. Гадалка предложила недовольному клиенту написать письма всем тем людям, которых он ненавидит, а потом сжечь. Через месяц он приходит снова и спрашивает — что делать с письмами?

Секунд десять Найзирия непонимающе смотрела на дочку, а потом как поняла!

— Вот, ты расскажешь его Гэлресу! — ласково ткнула она Аишу кулачком, заразительно хохоча.

— Схожу с тобой и с ним в галерею, — пообещала принцесса, — но это мой максимум для коронованного никтошки. Больше никаких мероприятий.

Она склонилась над учебной рукописью с пером в руке и деловито спросила у королевы.

— Так как лучше начать ему письмо? Мой дорогой друг или мой милый Джерк?

Глава 13

Я недоумевающе смотрел на красивые строки с завитушками. «Мой верный вассал, повелеваю тебе присесть на стул и со всем вниманием прочитать эти строки…»

Да что с Аишей случилось? Нормально же вчера расстались. Я напряг память. Вот она врывается вечером к нам, взвизгивает от негодования, увидев, что партия в монопольку началась. Требует кидания кубиков по числу ходов, сделанных до неё. Потом полностью уходит в игру, пытаясь дойти до конца поля, на отметку Самурского комбината. По пути принцесса пару раз попалась на штраф, но в целом, хоть с похудевшим балансом, добралась до паёв горно-рудного комбината.

Финал вечера всегда немного предсказуем: ночь стучалась звёздами в окна нашего дома, всем пора на работу или учёбу, кроме нашей блонды на домашнем обучении. Уже уходя, она хотела мне что-то сказать, но я вежливо закрыл ей ротик поцелуем. Сама напросилась, нечего с таким серьезным и напряженным видом пытаться захватить власть на деревянном поле, с деревянной фигуркой посреди деревянного домика, символизирующего комбинат. It’s just a game, baby! Как говорят про-игроки.

С другой стороны, мне Аиша очень нравилась подходом быть первой во всем. Кая немного похитрее: может сдаться на своих условиях или изменить правила — лисодевочка слишком милая, чтобы сердиться на такое.

В общем, припер я принцессу к створкам гардероба, и «А он тебя целует. Говорит, что любит. И ночами обнимает, к шкафу прижимает». Такую песню, родилась у меня мысль, надо для Гэлреса Эсванийского заказать на банкете по случаю приезда. Приехал тут воду мутить… в смысле с моей повелительницей воды замутить. Пусть ощутит своё ничтожество, поплачется под слезливую композицию.

— Что передать её высочеству? — спросил меня королевский курьер, всю ночь добросовестно шпиливший по не самой безопасной дороге в Самур.

— Ваш вассал, готовит фингал, — брякнул я машинально, всё еще злясь на тупого принца. Мало мне Шилнагаила, с Гэлресом непонятки разгребать. Сослать бы обоих принцев на восстановление печей для выплавки руды. Тяжелая физическая работа любую дурь из головы вышибет.

— Её высочеству⁈ — испугался курьер.

— Дружбану её, эсванийскому, — успокоил я бедолагу. — Но ты этого не слышал. На словах передай: её преданный вассал припадает к ногам её высочества моля об одном — не забывать своего преданного слугу. Ну или как то так. Дик и не образован её вассал: нет в Самуре картинной галереи, многому ему еще предстоит научиться.

Посмотрел на страдальца, трясшегося в седле, часов семь по дороге и сейчас, вновь, готовому отправиться в путь, сжалился.

— Благословляю на обратный путь, — простер повелительно правую руку над ним, отвлекая, левой за спиной лихорадочно шаря в инвентаре, — дарю тебе вкусный завтрак в дорогу и надежды на повышение.

Сунул ему в руку первое, что попалось и повернулся, намереваясь зайти в дом.

— Но это бухло! — раздалось недоумевающее.

— Всё, пока-пока. Мне некогда, — сказал закрывая дверь.

— Письмо от Аиши? — удивилось ушастенькое и грозное создание за столом. Хотя что в ней сейчас грозного? — пятнышко от сливок на груди, вверху фартучка в виде… Да это же натуральная клетка коронавируса при увеличении! Руки сами потянулись к ней, пока Кая расширив глаза, смотрела на столь вопиющее рукоприкладство.

— Ах, пятнышко, — несколько разочарованно выдохнула она,