Любви все гоблины покорны (СИ) - Краншевская Полина

— Отлично! — воскликнула Согаль. — Этого хватит надолго!

Рейнка бросилась собирать упавшие плоды, а я подошел к убравшей руки от дерева Алисе, обнял и прижал к себе.

— Умница, — прошептал я и поцеловал ее в лоб.

Ее сладкий аромат дурманил голову, а мягкие губы манили, но только я хотел насладиться их вкусом, как она доверчиво прильнула ко мне и сказала:

— Спасибо, Олег! Ты не представляешь, как я переживала, что не справлюсь!

Я улыбнулся и погладил ее по спине:

— Я в тебе не сомневался.

Ее лицо озарила счастливая улыбка, глаза зажглись радостным блеском, и она засмеялась давно знакомым мне заливистым смехом. В груди потеплело, и я прижал Алису сильнее. Как же я соскучился по ее гибкому телу, будоражащим ласкам, томным вздохам.

В паху заныло, но тут послышались слова пигалицы:

— Сын иного мира, умерь свой пыл, нам пора в дорогу.

Алиса покраснела, отстранилась от меня и подошла к Дикару. Согаль раздала нам по одному добытому плоду и сказала:

— Ешьте и восполняйте силы. Впереди долгий путь.

На вкус этот местный деликатес действительно чем-то смахивал на плюшки, которые готовила моя домработница. Я умял свою порцию, но насыщения не почувствовал. Алиса это заметила и отдала мне половину своего плода.

— Кушай, я наелась, — заверила она.

— Спасибо, — кивнул я и тут же все съел.

Согаль тоже не доела свою часть и остатки спрятала в сумку.

— Попробуй договориться с растениями, — обратилась она к Алисе. — Передай им, что нам нужен кратчайший путь к степи.

Та опустилась на колени, приложила ладони к земле и прикрыла глаза. На этот раз сияние возникло почти мгновенно, она затянула какой-то незнакомый мотив и начала раскачиваться из стороны в сторону в такт только ей ведомой музыке. Травы и кусты расступились, образовав проход, а я присвистнул:

— Ничего себе! Вот это да!

Алиса поднялась, немного пошатываясь, и подозвала волка:

— Дикар, сможешь увезти нас всех?

Зверь коротко рыкнул и подставил спину. Я запрыгнул на него и помог девчонкам залезть следом, усадив Алису ближе к себе, а Согаль — перед ней.

— Вперед, дружище! — скомандовал я, и волк помчался по заговоренному пути.

Глава 21

Алиса

Больше всего я боялась ошибиться и что-нибудь напутать, создавая заговоренный путь, но растения на удивление легко откликнулись и помогли нам проехать через лес без помех, правда сил на это ушло громадное количество. Неудивительно, что Елаз пил укрепляющий состав. Я бы тоже не отказалась избавиться от слабости и чувства дурноты после ритуала, только все мои вещи остались в ранце возле лесного укрытия плантаров, в том числе и сосуд с чудодейственной розовой жидкостью.

И что я теперь принесу в дар Варту? Хотя для начала стоит добраться до Святилища, что, как выяснилось, сопряжено с массой препятствий. В памяти всплыло перекошенное от боли лицо Елаза и расползающееся кровавое пятно на пронзенном плече. Выжил ли он? Смогли плантары отбиться, или так и погибли в лесу? Рука сама собой потянулась к кулону, подаренному Хозяином леса. А я ведь даже не вспомнила о нем, когда случилась беда. Вдруг он бы всех нас спас? Хотя, что толку горевать о том, чего не воротишь? Лучше уж в будущем постараться использовать кулон по назначению, если возникнет необходимость.

Деревья расступились, и мы увидели бескрайнюю степь, уходившую за горизонт. Внезапно налетавший ветер пригибал к земле и колыхал высокие травы, разгоняя волны по безбрежному зеленому океану. Редкие кусты собирались островками и темнели среди мелких полевых цветов, чей тонкий аромат щекотал ноздри и побуждал вдыхать свежий воздух полной грудью. На лазурном небе не осталось и намека на прошедшую вчера грозу, редкие белые облака неспешно ползли, иногда скрывая светило, а в вышине парила одинокая птица.

Дикар протяжно завыл, будто приветствуя родную землю, и ему вторил громкий птичий крик. Согаль радостно засмеялась и засвистела что есть мочи, сокол спикировал прямиком на ее выставленный локоть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Гир! Как ты? Что успел увидеть? — улыбаясь, проговорила она, воркуя со своим любимцем. Птица потерлась об ее щеку клювом и защебетала. Девушка внимательно все выслушала и сказала: — Молодец! Лети вперед и предупреди, если нам будет грозить опасность.

Сокол сорвался с ее руки и взмыл в небо, а она обернулась к нам:

— Дети степи покинули лес и теперь направляются к своему вождю. А люди Локина ищут Алиэ далеко отсюда. У нас есть время найти Святилище и принести дары Варту. Только прежде чем отправиться дальше, я должна защитить нас от поисковых ритуалов.

Согаль достала из сумки небольшой мешочек и посыпала всех сиреневым порошком. Странное вещество мгновенно впиталось и не оставило на одежде ни единого следа.

— Это не позволит обнаружить нас раньше времени.

— Отлично! — воодушевился Олег. Он погладил зверя по мохнатому боку и сказал: — Дикар, отвези нас к месту поклонения божеству. Только смотри, чтобы мы не наткнулись на чересчур шустрых анимов.

Волк отрывисто рыкнул и помчался вперед, приглядывая за полетом хищной птицы под пушистыми облаками.

Весь день мы провели в пути, изредка давая и себе, и Дикару немного отдохнуть, а под вечер устроились на ночлег возле зарослей кустарника, где бил из-под земли небольшой ключ.

− Ух, − выдохнул Олег, разгибая мощную спину над ручьем, − хоть напились вдоволь.

− Точно, − отозвалась я, умываясь и черпая пригоршнями ледяную воду. Ее освежающий вкус показался мне слаще любого лимонада, а в груди от выпитого разлилась приятная прохлада.

− Запасайте воду впрок, − сказала Согаль, наполняя сразу две фляги. — Неизвестно найдем ли мы еще один источник завтра.

Я уселась на приготовленную Олегом подстилку и спросила:

− А далеко еще до Святилища?

− Гир принес неутешительные вести, − помрачнела рейнка. — Вождь отправил клич. Вокруг центрального поселения собираются охотники. Наверное, намереваются искать Олифана.

Олег опустился подле меня и нахмурился:

− И что дальше? Где вообще это Святилище?

Согаль постелила себе узкий вязаный коврик и расположилась на нем.

− У анимов общение с Вартом проходит иначе, чем у других, − поделилась она, раздав нам припасенные плоды хлебного дерева. — В степи недалеко от каждого поселения есть жертвенник. Когда кто-то просит милости у Создателя, он оставляет свой дар в положенном месте и обращается с молитвой. Если Варт принимает подношение, он приходит за ним.

Мы с Олегом обменялись потрясенными взглядами, и я спросила:

− В смысле? Варт что, живой человек? И может ходить, где ему вздумается?

Согаль вдруг захохотала, а когда немного успокоилась, ответила сквозь выступившие слезы:

− Нет, конечно. Наш Создатель многолик. У каждого народа свое воплощение Варта. У плантаров — цветок, у рейнов — льдина, а у анимов — зверь. Вот он-то и приходит за тем подношением, которое соизволит принять.

Внутри поселилось нехорошее предчувствие, и я передернула плечами.

− А если не принимает? Он может, ну там, прогневаться, например?

− Ты имеешь в виду, может ли Варт съесть самого просителя вместо его дара? — Согаль лукаво сверкнула бирюзовыми глазами и хищно оскалилась. — Конечно! Поэтому анимы стараются ходить к жертвеннику как можно реже и только с чистыми помыслами.

Девчонка сделала многозначительную паузу, оценила наши вытянутые бледные физиономии и снова загоготала.

− Ах ты мелкая зараза! — разозлился Олег и дернулся, чтобы схватить Согаль, но она легко увернулась от его широкой ладони, вскочила на ноги и отбежала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

− Простите, − давясь смехом, прохрюкала она. — Не смогла удержаться от невинной шутки. Не волнуйтесь, вам ничего не грозит. Варт мудр и не обидит своих детей, даже если они заслуживают наказания.

− Тоже мне шутница, − проворчал Олег и насупился.

Рейнка наконец угомонилась и вернулась на свой коврик.