Индульгенция 6. Без права на ошибку - Тимур Машуков

— А здесь — это вообще где? Меня так-то прямо из постели выдернули…

— Нейтральная зона нереальности. Мы тут собираемся, когда решаем всякие вопросы. А это, так сказать, переговорная, куда можно приводить смертных. В другие залы нельзя — они слишком насыщены эфиром и благодатью. Могут убить. Любого смертного, кроме тебя. Прошедший мою купель уже не является простым человеком. Навь защитит твою душу. Поэтому идем со мной. И вот еще…

Она щелкнула пальцами, и вокруг меня соткалось тончайшее покрывало изо льда, которое превратилось во вполне удобные брюки и рубашку. А на ногах появилось что-то типа мокасин. На ощупь все было как обычная ткань, но очень холодная. Впрочем, меня это не пугало — низкие температуры с недавнего времени мне вообще не страшны.

— Надо было тебя прикрыть, а то я устала уже облизываться. Ну, и всяким сучкам нечего пялиться на мое.

— Как прикажешь, Прекраснейшая, -вновь поклонился я и уже не удивился, когда она цапнула меня под руку.

— Ведь знаю же, что льстишь, а все равно приятно. И знаешь что? Сейчас я тебя с остальными познакомлю. И ты, пожалуй… веди себя как обычно.

— В смысле?

— Ну, нагло так, самоуверенно. Как ты привык. За последствия не переживай — ты под моей защитой. К тому же право имеешь после того, как они на тебя без спроса метки свои понаставили. Да ты их вообще можешь посылать далеко и глубоко.

— Ох, вот это я могу. Но у меня два вопроса в таком случае.

— Спрашивай.

— Кого надо прямо показательно нагнуть, чтоб другим неповадно было? Бесить толпу — это мой родовой дар. А уж про отдельных личностей я вообще молчу.

И второй вопрос — мы вот так просто идем с вами под ручку. Это мне безумно приятно, но все же возникает некоторое сомнение — надо ли это делать напоказ? Я слышал, ваш муж крайне ревнив и напрочь лишен чувства юмора.

— Об этом раньше надо было думать, -усмехнулась она. — Но нет, Чернобог не ревнив. Сомневаюсь, что он вообще знает это слово. За многие века, прожитые вместе, мы стали друг другу скорей партнерами, чем остались семьей. Да и не были мы ей никогда — слишком разные. И пока это не бьет по его репутации, я вполне могу себе позволить небольшую интрижку.

Что же касается первого — дави светлых. Вот всех разом. И это не потому что я темная богиня, а потому, что они тебя не любят, завидуют и презирают. Большинство пакостей в твоей жизни происходило именно из-за них. А если уж быть совсем точным, из-за их баб. Тут и Макошь отметилась — вспомни, как резко у тебя судьба менялась. И Лада постаралась — местами ты ни о чем, кроме как о сексе, вообще думать не мог, а это тебе очень мешало. Доля тоже руку приложила — это она подговорила свою сестру Недолю, чтобы удача от тебя отвернулась.

Да только не получилось у них ничего — Карма, богиня справедливости, на твоей стороне. Кстати, вот с ней ссориться я тебе крайне не советую — сама ее опасаюсь. Впрочем, ее сегодня тут нет.

Так, все, собрался, вдохнул — выдохнул и вперед. Проведу для тебя для начала небольшую экскурсию — пусть Переруг пока подогреет толпу. О ваших переговорах все, конечно, знают, но вот чем они закончились, никому пока неизвестно. И никто из участников не скажет. Сварогу-то плевать — он выше этого. А мелкий божок очень любит внимание. И сейчас, раздувшись от гордости, он вещает что-то максимально глупое и пафосное. Так что не будем отбирать у него его минуту славы. Пока не будем. Ох, чую, сегодня мы повеселимся! А потом… Я тут знаю одну максимально защищенную комнату с бо-о-ольшой кроватью… Тебе понравится.

— Тогда чего же мы ждем? — улыбнулся я ей.

Секс с Мораной в корне отличался от любого другого. Он был иным и более острым, что ли. Поэтому я, несмотря на усталость, был готов нагнуть мир, богов и эту богиню. Просто потому что мог. Так что будем развлекаться, потому как, чую, потом на это времени просто не будет…

Глава 2

Глава 2

Холодок от прикосновения Мораны еще не успел растаять на моем плече, как мы шагнули из сумрака переходов в ослепительное пространство. Не то зал, не то улица под куполом неба, которого здесь никогда не было. Воздух дрожал от силы и… обыденности. Божественный Дворец Соборов. Место, где творились судьбы миров, а сейчас кто-то громко спорил о том, чья очередь выносить амброзийные объедки.

— Итак, мой… Ну, я даже не знаю, как тебя назвать… Ладно, пусть будет друг семьи, — голос Мораны был как шелест инея по стеклу, с легкой ноткой насмешки. — Ты принизил Сварога морально, выторговал неприкосновенность своей добычи и даже Переругу яйца прижал. Респект. Теперь давай, пока не началось очередное заседание совета мудрейших, сопровождаемое мордобоем, покажу тебе наше… Скажем так, закулисье.

Она легко шла рядом чуть скользящей походкой, а ее темные одежды, казалось, впитывали лишний свет этого места. Я же двигался в такт с ней, чувствуя себя как таракан на парадном банкете. Силы витали в воздухе густо, как пыль на заброшенном чердаке — древние, капризные, часто нелепые.

— Вон, смотри, — Морана кивнула в сторону массивной арки, оплетенной живыми, вечно цветущими лозами. Из-за нее доносилось чавканье и довольное похрюкивание. — Там «Солнечная столовая». Ярило обычно там пасется. Любит поесть. Особенно пирожки с… Лучше не спрашивай, с чем. После них даже боги светятся в темноте. Один раз Велес случайно такой съел — три дня его медведи в лесу как маяк обходили.

Я фыркнул. Ярило-обжора. Добавлю к списку «божественных откровений».

Мы миновали что-то вроде внутреннего сада. Только вместо роз — кристаллы льда причудливой формы, переливающиеся всеми цветами, а вместо птиц — сгустки теней с горящими глазами, которые тихо шипели, завидев Морану.

— Мой скромный уголок, — она махнула рукой. — Место для медитаций. Или чтобы спрятаться, когда Перун начинает швыряться молниями из-за того, что у него борода электризуется. Ужасно раздражительный.

— А где сам громовержец? — поинтересовался я, озираясь. Лучше бы знать, где эта ходячая гроза.

— В Зале Воинской Доблести, — Морана скривила губы. — Что-то вроде вашего спортзала. Там он с деревянным манекеном Сварога