"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Булаев Вадим

– А потом что с ними делать станешь?

Антон неожиданно зло посмотрел на Иванова и выругался.

– Что делать, что делать… В ад ублюдков отправят, развоплотить их к свиньям собачьим только ангелы могут, да и то не все. Вот и получается – мы их в преисподнюю, которая для них дом родной, а они по новой сбегают, как революционеры из ссылки, и сюда куролесить. Замкнутый круг!

– Прямо как у нас, – растерянно пробормотал Сергей. – Один в один… а почему сбегают?

– Ну, – поёжился призрак. – Ад – организация серьёзная и там очень не любят, когда их обитатели по миру шляются. Не нравится им там, короче, строгостей много. Но сбежать можно отовсюду…

Наконец Иванов решился задать самый главный вопрос:

– Расскажи про Ад и Рай.

– Нечего рассказывать. Я там не был. В чистилище застрял. Это что-то типа сортировочной станции для умерших. Вот и служу там с 1982 года.

– Застрял? Почему?

– Потому что некомплект в департаменте. Кто в Рай – те кабанчиком туда уносятся, кто в Ад – сам понимаешь, на работу не примут. Вот и выкручивается местное начальство, набирая нас чуть ли не по объявлению. Мне, когда дело моё показывали – так там особо ни грехов, ни праведности не наблюдалось. Потому и оставили, учитывая мою человеческую специальность.

– Это какую?

– Инспектор уголовного розыска, конечно. Тяжело догадаться, что ли?

Полицейскому стало даже немного стыдно. И как не смог разглядеть коллегу?

– На службе погиб?

– Нет.

– А как?

– Смеяться будешь, – Антон стыдливо посмотрел на Иванова. – Глупая смерть.

– Слово даю, что не буду! – торжественно ответил полицейский.

Призрак помялся и неохотно начал:

– Вечером домой с работы через стройку шёл, так ближе было… а в тот день ветер сильный был… Короче, кирпич на голову упал! – единым духом закончил он.

Что тут смешного? Смерть – она и есть смерть. Отсутствие реакции на больную для Антона тему явно пришлось призраку по душе, и он неожиданно протянул руку.

– Антон. Мы так и не познакомились толком.

– Серёга, – и полицейский без колебаний пожал тёплую, абсолютно человеческую руку. – Что делать планируешь?

– Сейчас второго принимаем, он с минуты на минуту появится, а потом с тем обдолбышем разбираться придётся. Там сложно…

– Уверен, что придёт?

– Да. Бесы народ дружный на удивление. Им по одному скучно, -внезапно он всмотрелся в сторону улицы. – Идёт, прячемся.

Быстро прикрыли дверь, встали по бокам.

Минут через пять во двор вломился неказистый, испитый мужичок и стремглав бросился в дом, совершенно не обращая ни на что внимания. Когда он начал только открыл вход, материальный призрак неожиданно резким движением приложил вспыхнувшую ладонь пьянице ко лбу, а другой рукой намертво вцепился в отворот старой куртки. Тот нечеловечески заорал, в глазах замелькала уже знакомая чёрная дымка. Через пару секунд тело неизвестного носителя беса обмякло, и он рухнул на пол, совершенно спокойно похрапывая.

– И всё? – удивился полицейский.

– С этим – да. Я же материальный был, вон он меня и не учуял. Тупые они, говорил уже… Этого, – носок туфли начала восьмидесятых ткнул мужичка, не при чём. Пусть идёт…

– Бес где?

– В аду, как ему и положено. Сейчас ему там воспитательную работу проведут. Да не удивляйся ты, – внезапно рассмеялся он. – Это не я так умею, это служебная Печать. Давай лучше ещё покурим…

Иванов достал пачку, посмотрел – курева оставалось лишь несколько сигарет.

– Дымишь ты как паровоз… Держи, не жалко, надо будет ещё прикупить.

Призрак снова со вкусом затянулся.

– Ты извини… с самой смерти не курил. Купить не могу – и денег нет, и прикоснуться к ним не имею возможности, сразу руки так пекут, что врагу не пожелаешь… Издержки моего нынешнего состояния…

– Стрельнуть же можно.

– На Земле я впервые после… ну, ты понял. Меня только недавно в инспектора перевели из помощников. Испытательный срок пока, потому и ограничений масса.

– Понимаю… Теперь что?

Антон как-то весь подобрался, съёжился.

– Теперь самое хреновое. Тот, второй, из холодильника – с ним не просто. Похоже, что в момент смерти он душой женщины не до конца овладел – да, вот такая форма извращения; и она его посмертным проклятием в голове запечатала перед самым вознесением. Вдобавок и кровь убиенной вокруг… держит беса крепко, одним словом. Чтобы паскудника обратно отправить – проклятие нужно снять. Для этого голову необходимо доставить на освящённую землю – церковь, к примеру. Или на проклятую – ну, где убили кого-то. Однако второй вариант не подойдёт – тогда бес вырвется, и я его не удержу. Потому и прошу тебя помочь. Тут в двух километрах, прямо по улице, есть такое место. Давным-давно часовенка стояла. Намоленная, светлая. Вот туда и надо попасть. Два километра всего вниз по улице. Поможешь?

– А сам?

Призрак явно расстроился.

– Сам я не смогу. Ограничение по грузоподъёмности в девяносто девять грамм, чтобы контрабанду не таскали. Придумал у нас один умник, ещё при Годунове в воеводах ходил. Нудный… Был бы ангелом – без проблем. И проклятие прямо тут бы снял. Но это всё влажные мечты! – неожиданно резко закончил он. – Поможешь?

Иванов думал не долго. Увиденного ему вполне хватило, чтобы поверить этому мёртвому парню.

– Помогу. Только ждать долго. Она же примёрзшая.

– Чепуха.

Призрак подошёл к холодильнику и приложил к нему свою Печать. Через десяток секунд послышалась звонкая, частая капель, а через минуту он произнёс: «Готово. Забирай».

Серёга подобрал с грязного пола какой-то пакет и, стараясь не смотреть, сунул в него голову. После повернулся и, внимательно всматриваясь в лицо покойного коллеги, едко спросил:

– Скажи пожалуйста, а как ты такой небесный сюда припожаловал? Чего же раньше не заявился со своей лампочкой и этих бесов не изгнал? И баба живая осталась бы. Странновато получается…

Призрак не смутился.

– Как только душа женщины в очереди в чистилище появилась, бледная, серая – так сразу ей занялись. Только напугана она сильно, и двух слов связать не может. Несколько часов бились, пока хоть какое-то представление о случившемся составили. Потом ещё час адрес вытряхивали. Потом, – было видно, что ему неприятно это говорить, – дом искал. Города я не знаю, денег у меня нет – такси не возьмёшь… Как смог, так и добрался. Будто у вас по-другому! «Убьют – тогда и приходите!» – гнусавым голосом процедил он.

Всё так… Крыть было нечем.

Вышли на улицу под непрекращающийся, моросящий дождь. Из-за забора торчал любопытный носик Антонины Руслановны.

– Уже все следственные действия, чтоль, выполнили? – ехидно спросила она. Предыдущие эмоции уже переработаны, потому старушке хотелось новых.

Вместо Иванова ответил призрак.

– Конечно, не вечно же нам тут писать. Сейчас голову отвезём, и всё, пойдём отдыхать.

– Какую голову? – не поняла женщина.

– Вот эту, – Антон неожиданно превратился в невысокую худую женщину, которая на пластиковом, старом подносе держала свою голову. Точно такую, как лежала в пакете.

Старуха истошно завизжала, выпучив глаза. Голова на подносе, между тем, раскрыла глаза и громко прошепелявила:

– Съем! Съем! Съем!

После такого зрелища, пробравшего даже Сергея, Антонина Руслановна опрометью бросилась к себе в дом, нервно крестясь. Антон снова стал Антоном.

– Не люблю таких бабок. Явная склочница и вечная жалобщица. Наверняка по профкомам с кляузами бегает. Урок ей будет.

– Это как ты так? – не отойдя ещё от зрелища, спросил полицейский.

– Превращение? Да проще простого. Я же здесь, на Земле, призрак. Вот и меняю форму как хочу. Это с материалкой плохо – как воплотился, так таймер два часа и отсчитывает. А там сколько я в осязаемости пробыл – никому не интересно – норматив! Чтоб его…

Вышли со двора, повернули вправо.

– Там, – уверенно сказал покойный милиционер, ткнув пальцем вперёд. Километра два, не больше. Пакость эту из башки вышвырнем, и поедешь себе куда нужно. По-другому никак, сам видел.