Восхождение Морна. Том 8 - Сергей Леонидович Орлов

А вот с теми, кто решил попробовать саму мадам Розу на прочность лично, она разбиралась без посторонней помощи.

И одного такого знакомства местные жители никогда не забудут.

Был, например, один атаман, известный в Сечи под прозвищем Илья Позолоченный, который в своё время решил, что с такой нелюдимой и одинокой бабой никаких церемоний разводить не требуется. Можно, в общем-то, запросто зайти к ней в покои, заломить руки за спину, поломать на пути пару дорогих побрякушек, выбить из неё уважение, ну и заодно бесплатно попользоваться.

Ну а что? Кто за неё в этой Сечи всерьёз заступится? Девочки эти продажные? Прислуга? Серьёзно?

Илья и впрямь оказался крепким мужиком. Он одним движением зажал Розу у стены, второй рукой рванул вниз ворот её халата, и тонкая ткань коротко затрещала по швам. У Розы от этого треска внутри всё разом похолодело, потому что она прекрасно понимала, что против такого ей сделать не получится ровным счётом ничего. Илья был на голову выше неё и в два раза тяжелее, а вдобавок ко всему ещё и сильный маг, так что любая попытка вырваться или ударить в ответ закончилась бы для неё очень быстро и очень плохо.

Поэтому Роза поступила так, как в её положении и следовало. Тихо охнула, опустила глаза и дрожащим голосом залепетала, что готова сделать всё, что он захочет, лишь бы он не делал ей больно. Сказала, что если он отпустит её хоть на минуту, она всё сделает сама. Сама разденется, сама опустится перед ним на колени, сама постарается, чтобы господин атаман остался доволен. Только пусть он, ради всех богов, перестанет так её пугать.

Позолоченному, разумеется, такое поведение пришлось по душе. Хорошая баба, понятливая, сразу всё сообразила. Он неторопливо разжал руки, отступил на полшага и насмешливо качнул головой: давай, мол, показывай, на что годишься.

Роза судорожно выдохнула и опустила взгляд. Дрожащими пальцами медленно потянула за конец пояса, и тяжёлый шёлк халата приоткрылся, обнажая длинную светлую ключицу с уродливыми багровыми рубцами, которые тянулись от плеча и уходили куда-то под маску. Роза на секунду замерла, словно засмущавшись собственного уродства, а потом всё-таки осторожно повела плечами, и халат сам соскользнул по её телу на пол.

Под халатом у неё ничего не было.

Илья шумно сглотнул и подался вперёд, и Роза мысленно усмехнулась. Старые ожоги Родиона достали её только сверху, по плечам, ключицам и левой стороне шеи, не тронув ни груди, ни живота, ни бёдер. Ниже шеи у неё всё было так же, как в молодости. Высокая тяжёлая грудь, узкая талия, длинные сильные ноги. То самое тело, по которому в столице когда-то вздыхали лучшие женихи империи, и которое до сих пор работало безотказно. Даже когда ей было под сорок, даже с серебром на половине лица, даже с этими уродливыми рубцами на ключицах, у любого нормального мужика при виде такого тела моментально отключался мозг.

Она опустилась перед ним на колени, медленно, как и обещала, и подняла на него блестящие от слёз глаза. Илья довольно хмыкнул, расстегнул штаны и запрокинул голову, прикрыв глаза от удовольствия в ожидании момента.

И этого мгновения Розе как раз хватило.

Правой рукой она быстро потянулась себе за спину, под край прикроватной тумбочки, где у неё на такой именно случай был приклеен тонкий длинный стилет. Илья ещё не успел опустить голову, когда Роза резко ударила его снизу вверх, прямо в пах, по самую рукоять, точно в то место, где толстая бедренная артерия сходится с самым его драгоценным достоинством.

Позолоченный хрипло выдохнул и попытался отшатнуться, но Роза уже била второй раз, и третий, и четвёртый, спокойно проворачивая лезвие в ране, чтобы он чувствовал каждый удар до последнего нерва.

Только когда Илья начал оседать на колени напротив неё, теряя силы вместе с хлещущей по бёдрам кровью, Роза поднялась и аккуратно перерезала ему горло до самой кости. Илья тяжело повалился вперёд, прямо ей под ноги, и она еле успела отступить, чтобы он не упал на неё всем своим весом.

Кровь была повсюду. Горячая, липкая, она забрызгала Розе живот, бёдра и босые ступни, стекала тёмными струйками по голеням и тёплыми тяжёлыми каплями падала на ковёр. Роза несколько секунд просто стояла над телом, голая и перепачканная, и смотрела, как из перерезанного горла Ильи Позолоченного толчками вытекает на её ковёр последние капли жизни.

Надо признать, это было странное ощущение. Совсем непохожее на то, что она себе представляла все те разы, когда мысленно убивала Родиона.

Сердце у неё стучало быстро и ровно, как после хорошей тренировки. Внутри было горячо, только как-то… по-непривычному горячо, ниже живота, и Роза с лёгким удивлением поймала себя на том, что ей сейчас даже немного приятно.

Приятно от того, что этот здоровый сильный мужик, который ещё пять минут назад собирался её ломать, теперь лежит у её ног мёртвой грудой мяса. Приятно от того, что сделала она это сама, своими руками, без Хозяина и без его помощников. И приятно от того, что её собственное тело, оказывается, вполне на такое способно.

Она медленно опустилась на край постели и долго смотрела на собственные пальцы, перепачканные чужой кровью. И они почему-то даже не дрожали.

Утром тело Позолоченного нашли в сточной канаве в трёх улицах от горячих источников. Никаких следов стража по канаве, разумеется, не нашла. Ни оружия в ранах, ни свидетелей, ни намёка на то, кто именно притащил в это место такого здорового мужика.

Ну а мадам Роза вечером того же дня преспокойно занималась своими обычными делами в свежем халате и с привычной серебряной маской на половине лица, как будто никакого Ильи Позолоченного у неё в покоях этой ночью и в помине не было.

С того вечера желающих проверить хозяйку источников на слабость заметно поубавилось.

Поначалу местные ещё пытались разобраться, как одна-единственная баба умудряется так лихо разруливать подобные дела. Но потом, так и не докопавшись до правды, плюнули и решили не лезть.

Тем более что в чужие дела мадам Роза никогда не совалась и спокойно занималась только своими. А этих своих дел у неё было столько, что Сечь только радовалась её существованию. Лучшие в городе горячие источники, лучшие девочки, лучший отдых для уставшего ходока. Ну и какой смысл ссориться с этой женщиной?

Дело в том, что клиентами у мадам Розы были не последние в Сечи люди. К ней ходили те самые ходоки, которые каждый месяц