Моя свекровь – дракон, или Попаданка с характером (СИ) - Ида Фьорд

сделать это семь лет назад, — ответил Родион, подходя к ней. — Прости меня. Я так сильно виноват перед тобой.

Он опустился на колени, взял ее руки в свои и поднес к губам.

— Мама, — тихо сказал Кеша и шагнул к ним.

Карина протянула руку и притянула его к себе.

— Я больше никогда вас не оставлю, — сказала Карина. — Никогда.

— И мы тебя, — ответил Родион.

На кухне было не просто все вверх дном — здесь был настоящий хаос. Фомка сидел на полу, обхватив голову руками, и раскачивался вперед-назад. Глаша лежала на лавке лицом вниз и, кажется, плакала. Аверьян стоял у печи и тупо смотрел на пустые котлы с таким видом, будто жизнь закончилась.

— Ну как вы тут без меня? — спросила Карина, заходя в комнату.

Фомка поднял голову и уставился на нее, как на привидение, а Глаша чуть с лавки не свалилась от неожиданности.

— К-Карина? — заикаясь, спросил Фомка. — Вы ж-живы?

— Живее всех живых, — ответила Карина, проходя к плите. — И есть хочу. Готовить будем?

Глаша расплакалась, подбежала и обняла ее так крепко, что Карина чуть не задохнулась. Аверьян подскочил, схватил поварешку и закричал:

— Даешь ужин!

Фомка бросился растапливать печь.

К вечеру кухня гудела как улей. Карина стояла у плиты, помешивала огромный котел с мясом и одновременно раздавала команды налево и направо.

— Глаша, капусту режь мельче, не на салат.

— Фомка, хлеб из печи вынимай, сгорел уже.

— Аверьян, не стой столбом, накрывай на стол.

Ужин удался на славу.

Карина велела накрыть столы не только в королевской столовой, но и во дворе для всех, кто помогал ей — для стражников, для слуг, для крестьян, которые бастовали ради нее. Дядя Кузьма привез свежее мясо и овощи, и его не пришлось долго уговаривать остаться.

— За Карину! — крикнул кто-то за столом.

— За Ладу! — поправил Кеша, сидящий рядом с матерью.

Карина улыбнулась, подняла кружку с компотом и чокнулась с Родионом. Он смотрел на нее так, будто видел впервые.

Когда ужин подошел к концу и гости начали расходиться, Карина вышла во двор подышать свежим воздухом. Луна висела высоко, звезды мерцали холодным светом, и вдруг из темноты выскочил Тихон, прыгнул на скамейку и выронил из пасти небольшой пергаментный свиток.

— Что это? — спросила Карина, поднимая свиток.

Кот уселся рядом и принялся умываться.

Карина развернула свиток. Внутри было написано старым, выцветшим почерком:

'Твоя настоящая внешность не исчезла. Она хранится в магическом кристалле, который Анисья спрятала в своем тайнике. Кристалл можно разбить — и тогда ты вернешь свой прежний облик. Чтобы это сделать, нужно пригласить Верховного мага из Цитадели. Только он владеет ритуалом, который возвращает измененную магию к истоку.

Тот, кто помнит'.

Карина перечитала письмо три раза, потом повернулась к коту.

— Ты где это нашел? — спросила она.

Тихон мурлыкнул и потерся о ее ногу. В этот момент на улицу вышел Родион.

— Что там у тебя? — спросил он, заметив свиток.

Карина протянула ему пергамент. Он прочитал и нахмурился.

— Верховный маг, — сказал он задумчиво. — Возможно, он и правда поможет. Пошлю за ним гонца на рассвете.

— А кристалл? — спросила Карина. — Где его искать?

— В тайнике королевы, — ответил Родион. — Я знаю, где он. Мать показывала мне его, когда я был маленьким. Но ключ от тайника у нее.

— А если она не отдаст ключ?

— Тогда сломаем замок, — просто сказал Родион.

В дверях показалась голова Кеши.

— Чего вы там стоите? Пирог остывает!

— Идем, — сказала Карина и погладила Тихона по голове. — Сегодня мы заслужили немного вкусного пирога и хороший отдых.

Кот спрыгнул со скамейки и важно зашагал впереди.

Глава 17

Верховный маг

Карина проснулась оттого, что в лицо светило солнце — яркое и настойчивое. Она лежала в своей старой комнате, на своей кровати, и несколько секунд просто смотрела в потолок, боясь пошевелиться. А вдруг все это сон? Вдруг она сейчас закроет глаза, а откроет их снова в сырой темнице, на соломе, с цепями на руках?

Рядом на подушке лежал Тихон и смотрел на нее, щуря свои огромные зеленые глазищи.

В дверь тихонько постучали, и в комнату заглянул Родион. Он держал в руках поднос с завтраком — кашей, хлебом и кружкой травяного чая.

— Проснулась? — спросил он почему-то шепотом.

— Еще не совсем, — ответила Карина, садясь на кровати и поправляя растрепавшиеся волосы. — Но уже проголодалась.

Родион поставил поднос на столик, сел рядом и долго смотрел на нее — так, будто не мог наглядеться.

— Нам нужно поговорить, — сказал он наконец.

— О чем?

— О нас. О том, как жить дальше.

Карина взяла кружку, отпила глоток и почувствовала, как теплая волна разливается по телу. Чай был мятным, сладким — таким, какой она любила когда-то, семь лет назад.

— Я хочу, чтобы ты переехала в мою комнату, — сказал Родион. — Мы муж и жена, Лада. Нам не нужно скрываться.

Карина поставила кружку на стол и посмотрела на него долгим взглядом. Она понимала, чего он хочет. И сама хотела того же — быть рядом, чувствовать его тепло, засыпать и просыпаться вместе. Но внутри что-то сопротивлялось.

— Я тоже этого хочу, — сказала она тихо. — Но сначала я должна вернуть свое лицо. Свое настоящее лицо.

Родион взял ее за руку и сжал пальцы.

— Ты думаешь, мне важно, как ты выглядишь?

— Нет, — честно ответила Карина. — Я знаю, что тебе не важно. Но это важно для меня. Я хочу смотреть в зеркало и видеть себя настоящую.

Родион помолчал, а потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Я понял. Но мы все равно будем спать в одной комнате? Ну, просто спать. Без всякого… Ты же не против?

— Ты как маленький, — усмехнулась Карина.

— Я не видел тебя целых семь лет и теперь не хочу ни на минуту отпускать.

Она хотела что-то ответить, но в дверь снова постучали. Тихон спрыгнул с кровати, выгнул спину дугой и зашипел в сторону двери.

— Войдите, — сказала Карина.

На пороге стоял молодой парень с красным от быстрой ходьбы