Раб с Земли - Андрей
— Почти?! — взвизгнул Грым. — Лекс, он ненормальный!
— Он просто старый, — отмахнулся Лекс. — Веди, дроид. Только без фокусов.
Шар развернулся и поплыл по коридору, на ходу продолжая что‑то бубнить про «повреждённые протоколы» и «необходимость калибровки». Иногда он останавливался, замирал на несколько секунд, а потом продолжал движение, бормоча что‑то вроде «нет, это не туда» или «а, вспомнил, направо».
— Ты ему веришь? — спросил Грым шёпотом.
— А у нас есть выбор? — огрызнулся Лекс, и они двинулись за дроидом.
Путь оказался неблизким. Они петляли по коридорам, пересекали небольшие залы, поднимались и спускались по лестницам. Дроид вёл их уверенно, но иногда останавливался, замирал на несколько секунд, а потом продолжал движение, бормоча что‑то о «сбоях в навигации».
В одном из коридоров пол вдруг ушёл из‑под ног. Вернее, гравитация резко изменилась, и все они почувствовали, что стали легче пуха. Грым, тащивший Зураба, взмыл в воздух вместе с ним, и они едва не врезались в потолок.
— Ай! — заорал парень, отчаянно молотя руками. — Что это?!
— Гравитационная аномалия! — крикнул Лекс, хватаясь за стену, чтобы не улететь. — Дроид, что происходит?!
— Неисправность генератора гравитации в секторе 3-В, — бесстрастно ответил шар, который, кстати, тоже парил, но совершенно спокойно, словно для него это было нормой. — Рекомендуется отключить аварийный модуль. Хотя, если честно, я бы посоветовал просто подождать — может, само пройдёт. У нас тут такое бывает.
— Само?! — возмутился Кор-Дум, который вцепился в балку и болтал ногами в воздухе. — Я, между прочим, не тренировался летать! Я вообще тяжёлый!
— Тяжёлые падают быстрее, — философски заметил дроид. — Но здесь гравитация пониженная, так что вы все равны. Наслаждайтесь моментом.
— Я тебе наслажусь! — рявкнул Лекс. — Где этот генератор?
— Там. — Дроид указал манипулятором на металлическую панель в конце коридора, которая мерцала красным.
Лекс, цепляясь за стены, поплыл к панели. Каждый шаг давался с трудом — ноги почти не касались пола, приходилось отталкиваться и ловить равновесие. Голова взорвалась болью, когда он попытался использовать эфирное зрение, чтобы понять устройство генератора. Но он заставил себя смотреть, видеть линии, токи, соединения. Один из узлов пульсировал слишком ярко — явно перегрузка.
— Надо разомкнуть эту цепь, — пробормотал он, вытаскивая из кармана кусок проволоки, которую носил с собой ещё с полей.
— Ты с ума сошёл? — донёсся голос Кор-Дума, который всё ещё болтался под потолком. — Это же техника Древних! Она взорвётся!
— Не взорвётся, — ответил Лекс, и сам не зная, откуда в нём эта уверенность.
Он ткнул проволокой в панель, замкнул нужные контакты. Разряд ударил в руку, обжигая пальцы, но гравитация мгновенно вернулась в норму. Все с грохотом рухнули на пол.
— Живы? — спросил Лекс, потирая ушибленный локоть.
— Вроде да, — простонал Грым, выползая из‑под Зураба. — Но если ещё раз так…
— Если ещё раз, я сам тебя к этому генератору подключу, — пообещал Кор-Дум, массируя спину. — Чтоб ты знал, каково это — падать с такой высоты.
— Высота была метр, отец.
— Для дворфа и метр — высота! У нас центр тяжести низкий, мы падаем больно!
Дроид, наблюдавший за этой сценой, вдруг издал звук, похожий на смех — что‑то вроде механического «хи-хи».
— Забавно, — прокомментировал он. — Вы первые организмы за десять тысяч лет, которые меня рассмешили. Обычно я тут с ума схожу от одиночества, а тут такое представление.
— Ты умеешь смеяться? — удивилась Айрин.
— Умею. Это одна из моих функций. Поддерживать хорошее настроение у обитателей города. Только обитателей давно нет, так что я смеюсь сам с собой. Иногда над шутками, которые сам же и придумываю. Хотите анекдот?
— Нет! — хором ответили все.
— Жаль. Он был смешной. Про гравитацию и дворфа.
Кор-Дум покраснел, но смолчал.
Они поднялись и пошли дальше. Лекс чувствовал, как силы покидают его, но заставлял себя двигаться. Зураб дышал всё тише, его лицо приобрело землистый оттенок.
Наконец дроид привёл их к массивным дверям, на которых пульсировал красный крест — символ, понятный без перевода.
— Медицинский центр сектора 4-Г, — объявил шар. — Доступ разрешён. Ваш друг может быть спасён, если вы успеете. А если не успеете, то у нас есть отличный морг. Тоже с капсулами. Очень удобными. Правда, они для мёртвых, но если что, могу показать.
— Заткнись, — рявкнул Лекс, и двери разъехались.
Зал оказался огромным, уставленным рядами прозрачных капсул, напоминающих гробы из стекла и металла. В центре возвышался главный терминал, на котором мелькали строки на языке Древних. Лекс прочитал их — знание, загруженное Архитектором, сработало.
«Диагностические капсулы: 23 из 47 работоспособны. Уровень эфира в норме. Ожидание пациентов».
— Сюда! — крикнул он, указывая на ближайшую капсулу, которая светилась зелёным.
Кор-Дум и Грым осторожно опустили Зураба на пол возле капсулы. Лекс лихорадочно искал способ её открыть, но крышка не поддавалась. На панели рядом мигал запрос: «Требуется авторизация Наследника».
Он положил руку на панель, и мир исчез.
Он стоял в пустоте. Вокруг — только звёзды. Миллионы звёзд, сияющих холодным светом. Они вращались вокруг него, складывались в немыслимые узоры, и от этого кружения начинала кружиться голова.
— Ты пришёл, — раздался голос.
Лекс обернулся. Перед ним стояла фигура — человек? Нет, не человек. Слишком правильные черты, светящиеся глаза, в которых не было зрачков.
— Кто ты?
— Я — Архитектор. Я ждал тебя.
— Откуда ты знал, что я приду?
— Я не знал. Но надеялся. Ты носишь ключ.
Лекс посмотрел на свою грудь. Цепочка сияла ярко, как звезда.
— Что это за место?
— Центр управления. Мозг города. Здесь хранятся все знания Древних.
— И ты дашь мне их? Я должен спасти друга.
— Ты получишь то, что нужно для спасения, — ответил Архитектор. — Но только часть. Твой разум ещё не готов к полному объёму. Истинные знания разделены и хранятся у других Хранителей. Ищи их, если хочешь узнать правду.
— Мне плевать на правду! Мне нужна помощь прямо сейчас!
Архитектор кивнул, и Лекс почувствовал, как в голову вливается поток информации — язык Древних, карта города, устройство медицинских капсул, основы работы систем жизнеобеспечения. Информация прожигала нейроны, выжигала всё лишнее, и боль была такой, что он закричал.
— Это цена, — произнёс голос Архитектора, удаляясь. — Плати и живи.
Лекс открыл глаза. Над ним склонились испуганные лица Айрин и Грыма. Из носа хлестала кровь, голова раскалывалась, но он знал, что делать.
— Отойдите, — прохрипел он, подползая к панели.
Пальцы сами забегали по символам, вводя команды, которые он только что узнал. Капсула загудела, крышка бесшумно отъехала в сторону. Внутри зажёгся мягкий свет.
— Загружайте его, — скомандовал Лекс, и Кор-Дум
