Чародей среди Чародеек - Boroda

тоже проявление магии — всё сильно иначе. Оптоволокно, все дела. Тут дорожками из металла не обойдешься, придётся над драгоценными камнями думать.

— Не понимаю…

— Да тут нечего понимать, — иду к закипевшему электрочайнику, который стоял не подключённым ни к какой розетке, но работал. — Магия и её проявления — это не чудеса, это обыденность. Даже твои глазки — это биомагические артефакты, которые обрабатывают световые сигналы, получаемые извне, и отправляет в мозг, который их распаковывает и расшифровывает. В итоге, ты «видишь». Всё — магия, Тарани, — улыбаюсь я. — Ты — такое же волшебное создание, как единорог или дракон, только симпатичнее. Просто в ком-то магии больше, в ком-то меньше. Хотя тут очень приблизительное определение. Магия тех же единорогов она… более насыщенна по сравнению с человеком, сложнее, я бы сказал. Но ни в коем случае не лучше! Она просто другая, понимаешь?

— Я — волшебная? — Тарани улыбнулась, продемонстрировав пальчик, упёртый где-то в район схождения ключиц и хорошую такую долю насмешки на лице.

— Ты? Ещё какая волшебная! Ты — волшебнее большинства населения Земли! Если говорить откровенно, то ты, если будешь учиться, не будешь лодырничать, и не погибнешь в ближайшие годы, вполне можешь стать одной из самых сильных чародеек этого мира. Ты, Корнелия, Ирма, Хай Лин и Вилл. Вы — одни из самых выносливых магов на планете! А это почти то же самое, что и сильные. Я никогда не слышал, что выносливый маг был слабым.

— И опять я ничего не понимаю, — вздохнула девушка. — Это из-за Сердца Кондракара?

— Именно из-за негооо, — почти пропел я, ставя рядом с девушкой заваренную кружку малинового чая из пакетика. — Не всякий маг может выдержать силу сердца. Даже её пятую часть. Даже если это одна стихия. У тебя, Тарани, невероятная предрасположенность к стихии огня — это раз, и два — удивительно мощная энергетика тела. Иначе, бытие стражницей для тебя было бы… мучительной пыткой, а каждое «превращение» сопровождалось бы болью, слово ты сгораешь изнутри. Да, вы с подругами — не хранительницы Сердца. Это не должность, которую можно назначить, но вы пользуетесь невероятной для обычного мага мощью, и пользуетесь ей без негативных последствий, понимаешь?

— Пятеро Стражниц в Хитерфилде, — девушка как-то непонятно улыбнулась, а через секунду нахмурилась, указав мне на свежую дорожку. — Тут не криво?

— Чуть-чуть. Допустимо, — я потёр подбородок. — Думаю, вполне себе нормально. Что касается вас и этого городка: честное слово — это настоящее чудо, что все вы тут собрались.

— Чудеса, да, — Тарани выглядела… не радостной. — Последнее время слишком много чудес в моей жизни.

На несколько минут тоннель погрузился в тишину. Я «напаивал дорожки», девушка смотрела задумчивым взглядом. Красота. Не то, что она мне мешала… Поймите правильно, мне восемнадцать лет, и когда красивая девушка интересуется твоей деятельностью…это льстит, просто-напросто. Тем более Тарани, при всём её любопытстве, никогда за эту неделю не была навязчивой или доставучей, а то, что я ей рассказывал девушка иногда даже записывала.

— Скажи, Нилл, а мне обязательно превращаться, чтобы использовать магию?

— Эээ… — опять я удивляюсь, и снова задаю себе один и тот же вопрос: «Их что, совсем не учили?». — Нет, конечно! Просто при превращении ты буквально получаешь доступ к огромному количеству магии огня. Настолько большому, что управляешь им, не строя формулы или произнося заклинания, а просто направляя огонь волевым усилием. Тут можно даже ничего не знать, а просто ХОТЕТЬ. Но да, даже без доступа к энергии Сердца Кондракара — ты всё равно маг, Тарани. Сильный маг!

— Понятно, — спокойно кивает девушка, о чём-то сосредоточенно думая. Ну, пока всё тихо, можно и протестировать работу законченного плеча с остальным туловищем.

Глава 11

— Восхитительно, — мужчина неопределенной расы, чьё лицо скрывал низко надвинутый капюшон, стоял посреди главной улицы небольшой деревни.

— Господин? — высокий, зеленокожий, сурового вида галгот при оружии, в доспехах и шлеме, забрало которого скрывало нижнюю половину его лица, явно сопровождающий мужчину в плаще, изобразил на лице максимальное внимание, в очередной раз бросив несколько неприязненный взгляд на их спутницу — рыжую девушку с зелёными глазами и волнистыми волосами.

— Что ты чувствуешь, Рейтар? — неизвестный громко, с наслаждением втянул воздух, что было… несколько неожиданно. На деревенской улице пахло отнюдь не розами.

— Чувствую? — удивившийся галгот, переспросив, ненадолго задумался. — Ничего не чувствую, Господин. Разве что запах… не лучший, грязь под ногами. Дождь недавно прошел.

Из-под капюшона донёсся тихий смешок, переросший в сдержанный, но полноценный смех, из-за которого галгот снова с удивлением покосился на своего спутника: его Господин смеялся довольно редко. Девушка же хранила на лице спокойное, чуть брезгливое выражение, рассматривая грязь под ногами.

— Всё же ты, действительно, толстокожий, — отсмеявшись фыркнул мужчина. — Но внимательный, не правда ли? Рейтар, скажи, чем отличается эта деревня от прошлой?

— Здесь недавно прошел или скоро пройдёт праздник, — сразу ответил воин, пожав плечами. — Смерды довольны.

— Праздник… Да, в каком-то смысле ты прав. Только он не прошел и не будет, он уже идёт.

— Господин?

— Магия, Рейтар. Тут стабильный, приятный магический фон, наполненный жизнью. Именно благодаря ему местные такие довольные. Ещё не привыкли к хорошему.

— Господин, — рыжая с намёком посмотрела на мнущегося невдалеке старосту деревни.

— Позови его, — кивнул мужчина, скрывающий лицо.

Девушка призывно махнула рукой пожилому галготу, который только этого и ждал, засеменив к ним, угодливо, и что самое интересное, искренне улыбаясь.

— Госпожа Элис, — низко поклонился крестьянин, — рады вас приветствовать! И вас, господа! Добро пожаловать в нашу деревню!

— Здравствуй, староста, — девушка обозначила на лице лёгкую, благожелательную улыбку. — Как поживаешь? Как дела в деревне?

— Всё замечательно, Госпожа! Благодаря Его Милости барону Герцу и Вам, конечно же! — счастливо заулыбался мужчина, мелко кланяясь. — Чародейство сотворёное… с ним дышать легко стало! Две недели прошло, Госпожа, но уже видать, что благостное оно. Скотина воспряла, надои увеличиваются, травка прёт яркая, зелёная! Даже рожь выглядит… здоровее! Да и сельчане чувствуют себя лучше! Старики так вообще, Госпожа, по себе могу сказать! Кости почти не ломят, вставать…

— Ну-ну, — остановила рыжая взмахом руки словоизлияния старосты. — Достаточно, думаю? — быстрый взгляд на мужчину в капюшоне,