Мастер красоты - Арлен Аир

поиски. Почти год колесила по материку. С моим уровнем магии текущие проблемы этого тела я решу без вопросов. Главное, вселиться и начать что-то чувствовать, а не наблюдать за эмоциями людей со стороны. Очень удобно, что я застала тот момент, когда девица покидала пансион. Опоздай я всего день и уже не отыскала бы её на просторах материка. За воспитанницей приехали на самобеглой повозке дама и водитель. Пока грузили сундук с вещами, пока собирали документы, я не особо прислушивалась, поскольку прикидывала, в какой момент переносить сознание. И решила, что наиболее удачным и естественным местом будет повозка.

Прибывшая компаньонка госпожа Реул ранее с девушкой не встречалась. Эту дуэнью наняли на одну поездку, чтобы соблюсти приличия и помочь бывшей воспитаннице пансиона добраться домой. Получилось всё изумительно. Хлоп! И я уже смотрю на мир глазами молодой Салии из рода Айла, шестнадцати лет отроду, выпускнице престижного пансиона провинции Виньен. Восторг от первых минут пребывания в теле был непередаваемый! Меня даже не смущал запах пота от сопровождающей мадам, да и лишь легкая головная боль напоминала, что у меня теперь имеется голова. Ура! Я живу, я жива и буду жить!

Ехали мы с короткой остановкой на туалет в придорожных кустах до самого вечера. Желудок выдавал хорошо знакомые мне ощущения голода, и это слегка подпортило настроение. Из воспоминаний Салии я узнала, что последний раз тело заправилось слегка теплой кашей на воде. Это типичный завтрак всех воспитанниц пансиона, где девиц прежде всего учат терпению и отказу от роскоши.

Насчёт роскоши всё точно, вернее полное её отсутствие в пансионе. От нечего делать я разглядывала коричневое мешковатое платье, надетое на тело. Стандартная форма воспитанниц. Из украшений лишь белый воротник и манжеты, вывязанные крючком самой Салией. Не сказать, что она умелая рукодельница, но от скуки и не такие вещи научишься делать. К тому же девицы на уроках вязания могли поболтать о чём-то своём без надзора воспитателей.

У Салии в пансионе остались две закадычные подружки. Было три, но Лялечка в прошлом году выпустилась. Писала, как папенька повез её на бал дебютанток в столицу. Как посватали за богатого господина. То, что жених старше в два раза, — незначительные мелочи. Самой Лялечке ещё и семнадцати не исполнилось. Так что будущему супругу всего-то тридцать пять лет. Я попала в этот мир, когда мне примерно столько и было, потому мнения Салии о «старике» в мужья не разделяла.

В целом в голове у девицы был полный винегрет каких-то романтических представлений о семейной жизни и своём будущем. На её месте я бы о другом задумалась. Почему за десять лет проживания в пансионе никто из родных не навестил и ни разу не взял девушку домой на каникулы. Меня этот факт неприятно зацепил. Копнула глубже в воспоминания, желая понять, что там за семья такая.

Оказалось, у Салии есть брат, старше её на пять лет. Он наследник и надежда отца. Мать умерла во время третьих родов. Родитель долго не горевал и женился чуть ли не на следующий день после похорон супруги. По крайней мере в памяти Салии всё выглядело именно так. Мачеха родила дочь уже через год после похорон первой жены господина Айла. Несчастную Салию отправили в пансион на долгие годы.

В отличие от бедной девочки Салии, я видела ситуацию под другим углом. Действительно, когда молодая жена родила дочку, то средний ребенок становится не совсем желанным. Проще сослать в пансион и не нервировать супругу. Маленькая Салия много плакала, пока не привыкла к жизни вне дома. Спорный вопрос, где ей лучше или хуже. Мачеха могла загнобить девицу, а так она получила престижное образование и воспитание. Невест после таких пансионов расхватывают как горячие пирожки. Ох, кстати, о пирожках. Когда мы кушать-то будем?

— Не вертись и не задавай глупых вопросов. Тебя в пансионе не учили манерам? — ответила на мой вопрос о пропитании компаньонка. — Мне выделили два серебряных на всю дорогу, а транжирить свои деньги я не намерена.

При этой фразе водитель грустно вздохнул. Похоже, по пути в пансион они разносолами тоже не баловались. Много или мало две серебряные монеты, я не представляла. Салию учили чему угодно, но не ведению хозяйства, что на мой взгляд должно быль логично. Порядок цен девица не знала. Ну и я вместе с ней.

Получить немного знаний в этой области удалось вечером, когда мы оплачивали комнаты в придорожной гостинице. Компаньонка взяла на нас двоих одну комнату с раздельными кроватями за двадцать медяков. Водителю оплатил номер за пятнадцать монет. Ужин на всех стоил десять медных монет. С учетом того, что у меня в мешке золотых монет более ста килограммов, очень обидно не иметь возможности потратить их на что-то более вкусное.

— Отвар и бублики мне в комнату отнесите, — скомандовала компаньонка по завершении ужина.

Я так поняла, это она для себя заказала. Мне такие изыски не полагались. К слову, я совсем не наелась. Похлёбка и кусок хлеба быстро улетели в желудок и много места не заняли. Несмотря на все ограничения, в пансионе воспитанницам предлагали более сытный ужин.

В общем, на свою сопровождающую я конкретно обиделась и, пока госпожа Реул решала туалетные дела, пипеткой отмерила снотворное в её напиток. Как раз двух зайцев убью. Проверю действенность препарата и уйду из-под надзора прижимистой тетки. Как-то мне слабо верится, что родитель дал ей так мало на еду и дорогу. И вообще, компаньонка могла бы со мной разговаривать более вежливо.

Умяла бублики и запила их напитком госпожа Реул в течение пяти минут. А дальше я стала прикидывать время её беспробудного сна. Одна капля — один час, действовать начинает через тридцать минут. Я добавила пять капель, и время до засыпания сократилось во столько же раз. Заглянув в кувшин, я убедилась, что дама выпила весь напиток, значит, и порцию снотворного получила полную.

Компаньонка, конечно, решила, что её сморило от дороги. С