Эромант. Система Соблазнения (СИ) - Чехин Сергей Николаевич

Крышку заело, фон Винтер усилила нажим и затрясла рукой, отчего в свою очередь затряслись цеппелины, зависшие едва ли не над моим лицом.

И несмотря на некоторую трагичность обстановки, молодой организм отреагировал на них именно так, как и должен реагировать молодой организм при виде стройной барышни с дрожащими шарами навыкате. И реакция не осталась незамеченной для острых глаз естествоиспытателя.

— Sehr gut, — похвалила Ирма. — Весьма достойный экземпляр.

Крышка в кои-то веки поддалась, и немка обильно смазала перчатки в чем-то вроде топленого жира. К тому моменту я находился в полной боевой готовности и понимал, что сбор образцов много времени не займет.

Женщина поправила очки запястьем и взяла пустую емкость, стараясь сделать вид, что это не более чем рядовая процедура — вроде сбора семян у растений или розлива снадобий по пузырькам.

Но пятна на шее и скулах и часто вздымающаяся грудь выдавали ее с головой — происходящее безумицу весьма заводило, хоть та и пыталась ничем себя не выдать.

Она занесла пальцы над моей ракетой, как вдруг тишину кабинета прорезал пронзительный оглушающий звон.

— Scheisse! — фон Винтер бросила все и побежала к телефонному аппарату на столе, что дребезжал, как адский колокол. — Hallo?

— Ирма! — раздался сердитый голос Генриетты, отлично слышимый даже на расстоянии. — Что там пленница? Ты уже расколола ее? Где протокол допроса?

— Эм… — серые глаза испуганно забегали — похоже, ученая довольно сильно боится начальницы. — Она еще не готова. Нужно больше времени.

— У нас нет больше времени! Нужно найти и уничтожить лагерь, пока они опять не напали! Мне только что позвонили с шахты — сказали, видели вдали белых всадников. Немедленно займись ушастой мразью, пока та соловьем не запоет!

— Jawohl, mein oberst, — женщина нахмурилась. — Займусь ею сейчас же. Но перед тем, можно вас кое о чем попросить?

— О чем? — сквозь шелест и треск помех пробилось удивление.

— Я бы хотела, чтобы Семена Любимова и ту рыжую доставили в мое крыло. Они нужны мне для важных экспериментов.

— Хм… Этот парень со странной магией… Поняла, в чем ее суть?

— Да, — фон Винтер посмотрела на меня так, словно я был ей по гроб жизни обязан. — Это мутационная вариации стихии Жизни. При правильном применении можно значительно увеличить урожайность.

— Только и всего? — янки фыркнула. — А я-то думала. Ну да и черт с ними — забирай, не жалко.

— И предупредите своих людей, что эти двое переходят в мое полное подчинение. И порча — особенно семенное загрязнение образцов — недопустимы.

— Окей. Я передам своим, чтобы не били русского и не насиловали его подружку. Что-нибудь еще?

— Нет, — снова холодный оценивающий взор. — Пока нет.

— Ну и славно. А ты расколи эльфийку к вечеру, я уже приказала готовить рейд. Все, отбой.

* * *

Как вскоре выяснилось, несмотря на трепет перед американкой, фон Винтер обладала весьма солидной долей автономии. Например, ей полностью принадлежало левое крыло, под которым и располагалась лаборатория, а над ней — барак с пленниками.

Второй ярус отвели под покои ученой, комнаты охраны и прислуги — все это было если не личное, то в полном распоряжении немки.

Здесь же обитала и Айлейн, которой прислуживали пленные эльфийки, замученные и запуганные настолько, что им доверяли работу в хозяйских покоях.

Тут же выделили комнату и нам с Анри — небольшую, но чистую и довольно недурно обставленную, почти что одноместный номер на три звезды. Даже ванная была с магическим нагревателем — заоблачная роскошь для рабов.

Мало того — еще и одеждой поделились. Мне дали джинсы, сапоги и клетчатую рубаху — старые, поношенные, но, опять же, не в нашем положении жаловаться. Дюран так и вовсе подарили легкое белое платье, в котором француженка меня и встретила.

Похоже, она понятия не имела, почему ее переодели и привели в комнату. Наверное, думала, что будет ублажать наемников, поэтому застал ее сидящей на скамье у зарешеченного окна с таким видом, словно через пять минут ее поведут на казнь — самую мучительную и постыдную.

— Семен⁈ — при моем появлении француженка вскочила и распахнула глаза. — Ч-что… происходит?

— Так сразу и не объяснишь, — вздохнул с горькой улыбкой. — Но не волнуйся. Тебя теперь точно никто не тронет.

Рыжая всхлипнула и прижалась ко мне всем телом. Сгреб ее в охапку, погладил по дрожащим плечам и поцеловал в макушку:

— Не бойся. Мы справимся.

Анри с тревогой посмотрела на меня:

— Почему нас перевели из барака?

Я вкратце обрисовал ситуацию, умолчав о некоторых не самых приятных моментах. Дюран отстранилась, рухнула на скамью и обхватила голову руками:

— Все даже хуже, чем я думала. Лучше бы меня просто бросили в бордель…

— Не наговаривай, — сел рядом, склонился к самому уху и прошептал, таясь чуткого эльфийского слуха. — Я устрою этим гадюкам такое веселье, что они обо всем забудут, кроме грызни меж собой. Втереться в доверие — наш единственный шанс. Как только начнется хаос, мы захватим подлодку и вернемся домой.

— А рабы? — Анри в ярости всплеснула руками. — Ты о них подумал? Все эти эльфы, орки, гномы… что их ждет?

— Конечно, подумал, — расплылся в самодовольной ухмылке. — Как, по-твоему, мы будем лодку захватывать — вдвоем, что ли?

Подруга понурила плечи и печально усмехнулась:

— Да уж… Когда я мечтала о работе корреспондента, я и не думала, что это настолько опасно. А ведь мы даже не на войне.

— Не вешай нос, — бережно приобнял ее и подмигнул. — Это очень важная работа. Много ли людей на Земле знают о том, что тут происходит? А если узнают — мнение может и поменяться. Вдруг этот мир спасет не меч, но слово? Например, твоя статья. Только представь, как она разлетается по свету и на защиту Авилана выходят миллионы в самых разных странах. Я видел нечто подобное — и не раз.

— Ты в самом деле думаешь, что у меня получится?

— Я убежден, что получится. Ты искренняя, честная и открытая девушка. Из тех, кто не могут пройти мимо зла. Тех, у кого болит душа от несправедливости — пусть даже от нее страдают незнакомые люди… а то и не люди вовсе. Таким верят. Такие зажигают сердца. И тем самым меняют мир.

Очки отношений: +100

Уровень отношений повышен до Симпатии

Анри улыбнулась и положила голову мне на плечо:

— Я не особо верю в богов, но все чаще думаю, что наша встреча — не случайна. И что мы оказались в портале не просто так, а ради высшей цели.

— И не сомневайся.

В коридоре послышались осторожные шаги. В дверь постучались и тут же открыли, и я увидел на пороге горничную с мутными глазами и безвольным лицом.

— Семен Любимов, — точно робот обратилась эльфийка. — Госпожа фон Винтер желает видеть вас в теплице. Следуйте за мной.

Мы спустились во двор, где собрались все наемники с плантации, усиленные подкреплением из порта. Более опытные и матерые стрелки проверяли оружие, конскую упряжь и нещадно шпыняли гномов, чтобы те подправили то и подкрутили это, дабы снаряга не дала сбой в самый ответственный момент.

Бандиты помоложе и поглупее травили анекдоты, прикладывались к фляжкам с виски и зажимали полуобнаженных пленниц. Для этих ублюдков грядущий рейд казался лишь веселым и быстрым налетом, что принесет еще больше денег, выпивки и девок.

Идя мимо них, я будто снова вернулся в далекое детство, когда шел со школы через двор полный гопников, алкашей и наркоманов.