Электричка в Буслаевку - Владимир Анатольевич Тимофеев

— Тихо, Гертруда, тихо, — послышался голос Лейки.

Громыхнуло ведро. Корова опять промычала, но уже поспокойнее. Видимо, поняла — хозяйка про неё не забыла.

Выждав какое-то время, я подобрался к краю помоста и перегнулся через шуршащее сено. Лариса, одетая в душегрейку и сарафан, по-простецки, без всякой магии, доила Гертруду — пегую корову с большими рогами и кокетливой чёлкой. Рядом, включив «режим ожидания», тусовался Василий. Дело понятное — молочко коты уважают.

— Уже проснулся? — подняла голову девушка.

— Ага.

— Тогда спускайся. Скоро завтракать будем.

— А-а…

— Удобства справа от лестницы, — Лариса кивнула в сторону выхода и, ничего больше не говоря, продолжила дойку.

«Гостевая» уборная действительно располагалась около приставной лестницы. Обычная дверка в стене, запертая на щеколду. Странно, что я её вечером не обнаружил. Впрочем, было темно, а Васька, гад, проинформировать меня об этой комнатке не удосужился. Ну, да и ладно. Главное, что она всё-таки есть.

Функционально санузел не отличался от такого же в доме Сан Саныча. Разница только в том, что на полочке перед зеркалом помимо мыла я обнаружил еще и «Зубной эликсир» — небольшой пузырёк, украшенный соответствующей надписью. Попробовал. Хорошая штука. Что ни говори, а магические предметы существенно облегчают быт.

Закончив дела, вышел на улицу. Посреди двора сидел Лейкин «сторож» Бутуз и яростно чесал себя за ухом. Задней лапой, как это принято у собак. Заметив меня, он приветственно «бубкнул», махнул хвостом, а затем, не обращая внимания на бродящих вокруг кур и выглянувшую из сарая козу, начал чесаться по-новой. Теперь уже за другим ухом.

Примостившись на брёвнышке у стены, я принялся ждать, когда Лариса закончит доить Гертруду и позовёт меня в дом. По идее, следовало бы как-то помочь девушке, но, увы — в сельском хозяйстве не копенгаген. Скорее, наврежу, нежели поспособствую.

Лейка появилась в воротах минут через пять. С полным ведром. Около её ног крутился Василий. Типа, охранял и сопровождал ценный груз.

Заметив девушку, я тут же поднялся.

Лариса остановила меня взмахом руки: подожди, мол, немного, я ещё не закончила.

Потом глянула на прячущегося среди кур петуха. Внезапно нахмурилась. Перевела взгляд опять на меня.

— Слушай, а что это тебя Петрович боится? Вы что, подрались?

Я виновато вздохнул.

— Ну-у, не то чтоб подрались…

— А что?

— Эээ… короче, я его приголубил слегка, чтоб не лез. Монеткой. Несильно. Вот такой вот, — я вытащил из кармана металлический кругляшок достоинством один чеш. Про ботинок благоразумно умолчал. Это уже «тяжёлая артиллерия». За такое, как правило, не по голове гладят, а наказывают со всей строгостью.

— Как это «приголубил»? — не поняла девушка.

— Ну, как-как. Бросил в него монетку, он и отстал.

— Как это бросил?

— Обыкновенно. Замахнулся, швырнул. Вот и всё.

— То есть, ты… попал в него? Так? — округлила глаза Лариса.

— Конечно, попал. Что удивительного?

Я действительно не понимал, в чём проблема. Точно знал, что Лара на меня не в обиде — этот паршивец и пёрышка не потерял — и тем не менее ситуация складывалась странная. Колдунья была не просто удивлена. Она была ошарашена.

— Этого не может быть, — девушка выразительно покачала головой. — Ты меня просто обманываешь.

— В чём я тебя обманываю?

— Возьми какой-нибудь камушек, — приказала волшебница.

— Ну… взял.

— А теперь брось его… ну, скажем, в меня.

— Зачем? — кажется, пришла моя очередь удивляться.

— Бросишь — поймёшь.

— Не буду я в тебя ничего бросать, — я швырнул камень обратно на землю и рассерженно посмотрел на колдунью. — Не буду, пока не объяснишь, в чём прикол.

— Хорошо. Не хочешь, не надо. Сделаем по-другому, — глаза ведьмы опасливо сузились.

Она поставила на дорожку ведро с молоком и так же, как я несколькими секундами ранее, подобрала с земли маленький камушек. Васька — наш «спор» ему был до лампочки — тут же подобрался к оставленной без присмотра бадейке и, встав на задние лапы, воровато заглянул внутрь.

На эскападу кота Лариса внимания не обратила.

— Смотри, — легонечко, словно взвешивая, она подкинула камень в ладони, затем прищурилась и вдруг, почти без замаха, метнула его прямо в меня.

— Ой! — девушка растерянно прикрыла ладошкой рот.

Пущенный с силой «снарядик» угодил гостю под дых.

Увернуться я, увы, не успел. Просто не думал, что она так поступит.

— Ё! Больно же!

— Прости, я не знала.

Похоже, она справилась с шоком и теперь откровенно веселилась. Почему, непонятно. А вот мне было нифига не смешно. Удар оказался довольно сильным. Даже дыхание перехватило.

— Не знала. Как же? — проворчал я, потирая ушибленное место. Рука у неё, однако, тяжелая. Хотя по виду скажешь… Или это опять магия?

— Прости, — ещё раз повинилась Лариса. Глаза же говорили обратное. Виноватой себя волшебница не считала. Ну, разве что самую малость.

— Вот, гляди, — она опять наклонилась, бесцеремонно отпихнула от ведёрка кота, уже вознамерившегося снять пробу с содержимого молочной ёмкости, и подняла ещё один камень. Довольно увесистый.

Я на всякий случай напрягся.

Нет, снова бросать в меня каменюку колдунья не стала. Булыган полетел в жующую сено козу. Та даже не бекнула. Только слегка покосилась на нас и тряхнула короткой бородкой. В метре от Глашки камень внезапно «подпрыгнул», словно его подбросило ветром, проскочил у Глафиры над головой и с громким стуком ударился о стену сарая.

— Теперь ты, — Лейка повернулась ко мне и указала рукой на козу. — Только несильно, а то покалечишь.

Я пожал плечами, подобрал с земли какой-то сучок и без особого энтузиазма швырнул его в Глашку.

— Ме-е-е! — возмущенная таким непотребством коза отпрыгнула от лотка и замотала рогатой башкой. Деревяшка попала ей точно промеж рогов.

— Что и требовалось доказать, — усмехнулась волшебница.

— Что доказать? — я непонимающе уставился на Ларису.

— Отпорное заклинание. Оно на тебя не действует. Причём в обе стороны.

Я почесал затылок.

— Что есть отпорное заклинание?

Вопрос был резонный.

Лариса сложила на груди руки и насмешливо глянула на меня.

— А ты не догадываешься?

Блин! Терпеть не могу, когда так говорят.

— Ладно. Сама расскажу, — сжалилась Лейка. — Это заклинание придумал Великий Дракон. Он же единственный его и использовал. Один раз и, как говорится, на веки вечные. С тех пор ни одно живое существо в Рингароле не может причинить вред другому, бросая в него какие-нибудь предметы. Всё, что выпущено из рук со злым умыслом, летит мимо. Многие пробовали отменить или обмануть заклинание, но, — девушка развела руками, — прошло уже шесть веков, а воз и ныне там. Ничего у магов не вышло. Отпорное волшебство по-прежнему действует.

— Вот оно что, — задумчиво протянул я секунд через пять.