Бесконечный беспредел х2 - Роман Драксодий

class="p1">Шу замер под диском и почувствовал нарастающую тревогу, когда разглядывал его шероховатую поверхность, состоящую из склеенных между собой странных крупинок. Если как следует напрячь зрение, то можно было заметить, что они похожи на крошечные дворцы с башенками.

— Что скажете, уважаемый Шу? — спросил представитель, становясь рядом и стуча ногтем по золотой поверхности.

— Я не чувствую тут формации, — покачала головой Шу.

— Её здесь и нет, это уже подтвердили многие до вас, — юноша повернулся к Шу и заложил руки за спину, — следуйте за мной, я покажу вам то, что мы уже сумели узнать, и я очень надеюсь, что ваши исследования помогут завершить работу.

Представитель первым сошёл с помоста и Шу последовал за ним, терзаемый самым нехорошим предчувствием.

— Какие именно исследования вы имеете ввиду? — наконец спросил он, когда они вышли из зала и долго спускались по лестнице, скрытой за одним из постов стражи.

— Разумеется, исследования души и бессмертия, — ровным тоном ответил представитель и остановился у большой двери, жестом приглашая войти: — Прошу сюда.

Огромное помещение было просто завалено всем подряд! Были тут и обломки статуй, и даже целые куски стен с резными барельефами. Разрозненно стояли большие шкафы с книгами и длинные полки со свитками. Тут и там виднелись верстаки с лабораторным оборудованием, возле которых возвышались стеллажи с материалами и реагентами. Множество людей хаотично перемещалось между многочисленными столами, заваленными бумагой, и порождали неумолкающий гомон из споров, обсуждений и просто разговоров ни о чём.

Но больше всего внимание Шу привлёкло огромное каменное панно, с изображением пяти человеческих тел в полный рост. Но, едва он сделал шаг в ту сторону, как его груди слегка коснулась ладонь представителя.

— Осталась одна сущая формальность, господин Шу, — юноша обворожительно улыбнулся, — мне нужна ваша клятва о неразглашении и верности лично мне, я же, в свою очередь клянусь бесконечностью мира, что освобожу вас от клятвы, как только портал в пятую сферу откроется и гарантирую безопасность на весь период нашего сотрудничества. Кроме того, я клянусь доставить вам Ёпта, как только мы его схватим.

— А второй портал? — прищурился Шу.

— Он ведёт в ту же сферу, что и этот, — доверительным шёпотом произнёс представитель, склонившись к уху Шу.

— Я согласен, именем бесконечности мира, — Шу кивнул и вопросительно посмотрел за спину представителя.

— Да, да, не смею мешать, приступайте, уважаемый Мастер!

Шу поспешил к панно и расширившимися глазами взирал на контурные изображения человеческого тела в пяти стадиях: небольшие кляксы на теле; полностью почерневшие ноги и чёрные разводы тянущиеся вверх по бёдрам; ноги, руки и грудь покрыты чернотой, за исключением небольшого чистого пятна на солнечном сплетении; покрыто всё, за исключением глаз и лба; полностью чёрный силуэт.

— Красиво, не правда ли? — с каким-то благоговением произнёс подошедший сзади представитель. — Все исселедования говорят о том, что это непобедимая, высшая божественная форма существования, сокрытая от нас многие тысячи лет назад, но с вашей помощью мы наконец-то откроем портал и обретём бессмертие!

— Это не… — начал было Шу, но быстро прикусил язык, — … вероятно.

В конце концов, какая ему разница? Если по ту сторону засилье этой дряни, то Церковь без лишних терзаний сможет уничтожить духовных паразитов вместе с заражёнными. Его же задача затянуть исследования до тех пор, пока он не получит Ёпта и не найдёт способ спасти своих девочек!

* * *

— Учитель Мяусисипопа, давайте сделаем перерыв и пообедаем! — крикнул я с балкона третьего яруса Духовного Дворца, куда меня зашвырнуло очередным ударом Мяу.

К моему сожалению, боевыми искусствами тут и не пахло. Она брала только за счёт немыслимой скорости, обманок и внезапных, точных ударов в жизненно важные органы. Под напором бесконечных вопросов, она всё-таки призналась, что у неё два благословления скорости и одно восприятия, что позволяло ей надирать задницы даже владельцам всяких техник. Нормально противостоять ей удавалось только обмотав себя проводом с головы до ног, но хотелось бы не так сильно зависеть от пылесоса.

Вроде плохо, но за эти несколько дней, разграниченных медикаментозным сном древней, я сумел выработал методику частичного укрепления тела в точке удара, что в разы повышало защиту и снижало расход энергии. Правда мне по-прежнему не хватало скорости реакции, восприятия и глаз на затылке, но Ибун пообещал изготовить для меня какую-то особую пилюлю восприятия. А пока мне ни разу не удалось даже коснуться девушки.

— Спускайся, — она махнула рукой и пошла к костру, на котором уже булькали котелки и чайник, под неусыпным контролем Сарацигаримит.

Усевшись на камень, Мяу приняла позу медитации для восполнения сил. Энергии тут было в достатке, чем не забывала пользоваться древняя, которую не удалось обмануть отсутствием смены дня и ночи. Она вообще не стеснялась меня мучить во время коротких перерывов.

— Заралупангад, если и сегодня у тебя не получится раскрыть ядро, то я убью тебя и оправлюсь на передовую! На поле боя я принесу больше пользы, чем обучая такую бездарность!

— Я буду стараться, учитель! — крикнул я, уворачиваясь от ледяного шипа. — Спускаюсь, не стреляйте!

Спрыгнул возле ворот и крикнул Ибуну, что пора бы отвлечься от мозговыносящих испытаний, становившихся труднее с каждой новой комнатой. Ему осталось разобраться с тремя каморками и финальным испытанием.

Из-за присутствия древней обедали чаще в тишине или выслушивая её наставления, смешанные с руганью и оскорблениями. Хорошо, что у меня нервы железные, а то бы тоже запер её глубоко под землёй. Но был и неоспоримый плюс в такой жестокости — обучение духовному воплощению шло довольно быстро.

— Позвольте мне, многомудрая госпожа Сарацигаримит, — с поклоном произнёс Ибун, принимая фарфоровую тарелку из рук древней.

— Лесть не поможет тебе сформировать ядро! — брезгливо фыркнула та, воплощая перед собой небольшой столик с изящными столовыми приборами.

— Хоть вы и невероятно проницательны, но тут вы ошиблись, ведь я говорю только то, что думаю, — произнёс Ибун, поворачиваясь спиной к бессмертной и накладывая ей в тарелку походное варево, вместе со щепоткой снотворного порошка.

С уважительным поклоном он поставил еду перед ней и мы погрузились в чавкающее молчание. Следом был чай, с которым древняя получила ещё одну порцию снадобья. Ну а затем мы сидели с умным видом размышляющих монахов, пока она не отбыла в палатку.

— У меня заканчиваются ингредиенты, — со вздохом поведал Ибун, отхлёбывая из кружки кипяток и прислушиваясь к храпу из палатки.

— Ну так проходи испытания быстрее, тут наверняка есть что-то нужное, — развалившись на камне произнёс я.

— Проблема в том, что Руон требует знаний в целительстве, а у меня об этом только