Танец Огня - Sleepy Xoma

хочу или нет, но я должен освоить Белый Пламень до того, как мы окажемся на севере – там будет поздно. А ещё неплохо бы сделать шаг, вот только как?

Грешники в оптовых количествах рядом не водились, а где брать зверей Судий - я не знал.

И мы плыли на восток, останавливаясь время от времени в городах и деревнях, у которых имелась телеграфная станция и почта. Артефактор, развивший бурную деятельность, не желал тратить впустую ни минуты.

Я же в свободное от тренировок время глядел на проплывающие мимо берега, такие знакомые и такие чужие, вспоминал летние приключения.

Лесорубы, наверное, уже успели очистить тот участок и разобрали форт, а после двинулись дальше, на запад, а в Дохасе, скорее всего, всё так же скучно и средневековенько. Интересно, а как там дела у гейских паладинов? Сколько новых партий смертников они успели запустить в кошмарный лесок?

А вот дорога в Саол оказалась забита до отказа даже зимой: похоже, местный Лас-Вегас никогда не спит и всегда востребован.

И да, когда мы проплывали мимо столицы Куимре, я видел в небе отсветы неоновых вывесок, слышал шум толпы, кажется, кто-то даже запускал салюты. Тут широкая река со смешным названием Тапа поворачивала на север, куда нам было не нужно, а потому судну пришлось перебираться в приток и сбавить обороты, потому как тут было куда уже.

К счастью, лёд ни капли не мешал: на носу судна стояла какая-то магическая приблуда, позволявшая проламывать его, но всё же капитан отрядил несколько человек измерять глубину и контролировать фарватер. Как он объяснил, скоро будет небольшое озеро, где получится развернуться. Именно там берёт своё начало одна из речных торговых артерий севера, там же стоит и нужный нам городок.

К нему мы приплыли аккурат в полдень четырнадцатого числа.

Большая часть группы осталась на палубе: Иоганн взял с собой лишь меня с Айш-нором да Фотини, настрого запретив остальным покидать судно. А вот матросы дружно загремели по сходням, и очень скоро возле «Стойкого» образовалось немало контейнеров с какой-то таинственной хренотенью, принимать которую подрядили Ананду.

Мы же с охотником отправились в городок, провожаемые завистливыми взглядами близнецов.

Я накинул капюшон на голову и старался особо не светиться. Да удирать от Иоганна через Куимре пришлось несколько месяцев назад, но перед этим я изрядно наследил в Саоле и теперь очень не хотел попадаться излишне глазастым и чересчур бдительным гражданам.

- Куда мы идём? – осведомился я, переступая через вмёрзшее в землю бревно, непойми зачем валявшееся здесь.

- В таверну «Весёлый кролик», - напомнил артефактор.

- А зачем там нужен я?

- Увидишь, - хмуро отозвался Иоганн.

- А для чего нужна я? – тотчас же подключилась к разговору Фотини.

- Для той же необходимости, что и Аластар, ответил он.

Договорив, Иоганн прибавил шаг, оставив нас позади. Переглянувшись с вампирессой и пожав плечами, я припустил следом. Что-то сегодня наш командир не в духе, ну, не будем злить его тупыми вопросами. Да и привык я как-то за последние месяцы, когда все делают рожу кирпичом и напускают туману, вместо того чтобы объясниться по-человечески.

На месте разберёмся.

Искомая таверна нашлась без проблем, благо городок не отличался габаритами, мы вошли внутрь, сняли плащи, заняли отдельную комнату, едва зайдя в которую, Иоганн тотчас же активировал пирамидку от прослушивания и ещё пару артефактов неизвестного назначения. Во-первых, он развесил по стенам изумительной красоты цепочки со вставленными в них мелкими сапфирами, а во-вторых, повесил над дверью отлитую из меди птицу, расправившую крылья. После этого, дождавшись, как мы разместимся на лавке, отправился вниз делать заказ.

Ну а я принялся глазеть на пирамидку.

Говоря честно, я так и не понял, как же работает местная артефактная магия. Нет, Сюин, Ананда и даже сам Иоганн пытались объяснить, но многие нюансы всё равно ускользали. Я допёр до очевидного факта, что маг-артефактор заливает свою магическую силу в предмет, наделяя тот особыми свойствами, но хоть убей не мог уяснить, по какому принципу он выбирает внешний вид артефактов и их материал. И есть ли вообще в этом всём хоть какой-то смысл?

По идее, должен, но у нас же тут Дамхейн, тут всё через одно место, так почему бы артефактору не клепать украшения просто так, для любви к искусству? Почему бы ему не наделять особыми свойствами, ну не знаю, гальку или металлические пластинки?

И как вообще он вбивает в артефакты что-то?

Типа, проснулся утром и решил «а сделаю-ка я блокиратор подслушивания», и делает, говоря предмету «теперь ты не позволяешь никому слушать, что я говорю» - так, что ли?

А предмет ему, небось, ещё и отвечает!

Мои идиотские рассуждения прервал Иоганн, сопровождаемый двумя служанками. Девушки несли пару здоровенных подносов, уставленных снедью, а потому вопросы моментально улетучились из головы. За полторы недели, проведённых на судне, я изрядно пресытился однообразной камбузной стряпнёй и до ужаса хотел чего-то горяченького.

Именно поэтому жареное мясо, сырные закуски, сушёные фрукты и овощи, яблочный сок для меня и пиво для остальных сегодня воспринимались словно деликатесы, приготовленные лично Гордоном Рамзи в лучшем его ресторане.

Я умял две порции и подумывал о третьей, когда наконец-то пришли те, кого мы ждали.

Дверь отворилась, и в кабинет вошли три фигуры в плащах, полностью скрывающих их лица. Мы отложили вилки с ложками, Иоганн поднялся и сделал шаг навстречу гостям.

- Приветствую. Рад, что вы пришли. Надеюсь, что данная встреча окажется в должной мере продуктивной для обеих сторон.

- Я тоже рассчитываю на это, Убийца Чудовищ, - раздался из-под капюшона до боли знакомый голос, - хотя и не надеялся встретиться столь быстро.

Говоривший развязал плащ, перекинув тот через руку, и у меня всё сжалось, перекрутилось внутри. В дверях, сопровождаемый Гуго и ещё одним воином, стоял Киан.

Тот самый Киан! Грёбаный Ленин Дамхейна, с которым мы буквально пару месяцев назад мило так побеседовали об истинности и верности марксистского учения в мультивселенной! Тот самый Киан, что подбил жителей Сиафа, доведённых до отчаяния аристократическими полудурками, до восстания. Тот самый Киан, что бросил Гормлейт и детей на произвол судьбы…

Во мне всколыхнулось нечто дикое, первозданное, необузданное. Волна ярости ожгла нутро, поднялась из глубин сокровенного, взяла контроль над телом.

Я двигался и действовал как во сне. Плоть не подчинялась чистой мысли, словно бы имела собственное глубинное понимание правильного и неверного, она атаковала!

Два баффа легли на меня