"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Рау Александр Сергеевич

— Говори, может быть, и выполню. Ты редко обращаешься ко мне с подобными словами, — милостиво разрешил король.

— Отправь меня с официальным поручением из столицы. Так, чтобы это стало известно всем, — попросил я.

— Зачем? — как бы между делом, осматривая очередной меч, поинтересовался король.

Я не стал юлить, рассказал ему все, что услышал от ля Круса.

— И что дальше? — спросил Хорхе.

— Если это нельзя предотвратить, нужно, чтобы похищение случилось, когда мне это будет удобно. Мой мнимый отъезд — прекрасная провокация. Я буду ждать друзей в доме Изабеллы, — объяснил я свой план.

— Постарайся без крови, — пожелал король.

— Хорхе… — с укоризной ответил я, — их будет минимум трое. Луис де Кордова, Блас Феррейра, Гонсало де Агиляр. Без крови не получится.

— Гонсало останется в живых! — поставил условие король. — Бласа жалко, постарайся не убивать его. Луис — делай с ним, что хочешь.

— Хорошо, — кивнул я.

— Приказ подпишу через ору. Болтливый герольд будет искать тебя по всему дворцу, чтобы вручить официальный приказ.

— У тебя есть болтливые герольды? — улыбнулся я.

— У меня есть все, — серьезно ответил Хорхе. — Взгляни.

Он взял со стола и передал мне меч в ножнах. Я наполовину вынул клинок из ножен. Лишь наполовину — искушать алых стражей[6], личную охрану Хорхе, мне не хотелось. Волнистый узор на лезвии — признак хорошей стали, металл раз за разом перековывали, добиваясь нужного качества.

— Обычный эсток — меч-шпага, — начал я, — вот только сталь почему-то слишком светлая, почти белая. Впервые вижу такое. Не знаю, из-за чего это. Может, особый сорт железа, может, что-то еще — в металлургии я разбираюсь слабо.

— Это зачарованный меч, — спокойно объяснил Хорхе. — Подарок из Далмации. Ему не одна сотня лет. Единичный экземпляр. Секрет создания такого оружия давно утерян.

— И на что же он зачарован? Рубит сталь, как тряпку, делает владельца неуязвимым — все это байки! В деле хоть проверял? — презрительно спросил я.

— Нет, этот меч спасает владельца от колдовства, направленного против воли и разума. Того, у кого он в руках, по легенде, волшебник не может себе подчинить, обмануть, отвести ему глаза, лишить воли.

— Весьма интересно, — прокомментировал я. — Это все?

— Нет, еще это оружие — меч Веры, способно ослаблять заклятия. Даже самые мощные и надежные. Все зависит от силы воли владельца и его веры в свою правоту.

— На деле его хоть однажды проверяли?

— Нет, мне тоже интересно, правдива ли легенда. Это оружие две сотни лет пролежало в далмацийской сокровищнице без дела. Магия могла и развеяться, — ответил Хорхе.

— Да, если и была, то давно выветрилась, — безапелляционно заявил я. — Даже намека на нее не чувствую.

В ответ Хорхе лишь махнул рукой, решив, что ничего больше от меня не добьется. Аудиенция была закончена.

В этот раз принцесса не стала просить дядю отослать мага к ней для разговора. Сама встретила меня, выходящего из королевской оружейной.

— Здравствуйте, Ангела. — Склонил голову в поклоне.

— Добрый вечер, Гийом. — Принцесса была серьезна и неулыбчива.

— Что вас расстроило, принцесса? Могу я чем-нибудь облегчить ваши страдания? Гонсало? Хотите, надеру ему уши? — попытался я рассмешить ее, но Ангела даже не улыбнулась.

— Нет, Гонсало здесь ни при чем, хоть я и беседовала с ним сегодня.

— Он расписывал меня как самого страшного в мире злодея? — спросил я.

— И это тоже. Я пыталась вас защищать, но неудачно, — ответила она. — Он мне все рассказал. И про Агриппу с Марией, и правду о Филиппе. О вашем сватовстве я и так знала.

— Правд всегда бывает как минимум две. Спасибо за то, что пытались меня защищать. Хоть и неудачно. — Я вновь поклонился.

— Не паясничайте. — Девушка нервничала. — Я осторожно отнеслась к его словам. Спросила у дяди, как это было на самом деле. Сравнила обе версии.

— Я не буду вам рассказывать свою. Незачем. Политика, смешанная с любовью, — видите, до чего она доводит? Грязные интриги и наивные убийцы. Ужасная в итоге получилась смесь. Вы опять хотите просить меня за Изабеллу и Луиса? Не надо. Не стоит, — попросил ее я. — Ответы вы знаете, будет только хуже. Для всех.

Ангела долго не отвечала. Наконец тихо сказала:

— А знаете, я все-таки верю в вас, Гийом. В то, что вы не такой, каким кажетесь. Способны любить и творить добро.

— Спасибо за веру. Не хочу вас расстраивать, Ангела. Давайте сменим тему. Хотите, расскажу какую-нибудь смешную историю? Вижу, не хотите. Тогда, может быть, не смешную, а интересную? Я много повидал и рассказал вашему дяде едва ли половину. Задавайте вопросы, — предложил я.

Мы гуляли по пустынным в этот час коридорам королевской части дворца, закрытой для посторонних. Лишь алые гвардейцы, замершие на постах словно статуи, провожали нас взглядами.

— Хорошо, — грустно улыбнулась принцесса. — Сменим тему. Я опять буду мучить вас неприятными вопросами. Вы сами разрешили. Не верю, что можно разучиться любить и ненавидеть. Готовы? Гийом, испытывали ли вы когда-нибудь зависть к чужим чувствам?

— Да, однажды видел такую сильную любовь, что даже завидовал. Ибо была весна, а я был молод и не имел возлюбленной, — отвечал я.

— Неужели? — удивилась Ангела. — А вы же утверждали, что не завидуете любви? И что же это был за союз двух любящих сердец, что даже сейчас вы помните о нем?

— Сейчас не завидую. А тогда был молод и глуп. Очень красивая была пара. О ней стоит помнить. Молодой маг и прекрасная принцесса…

— Гийом, это нечестно! — воскликнула принцесса и обиженно отвернулась. Гвардейцы напряглись.

— Не хотел вас обидеть. Я даже и не думал намекать на вас и Гонсало. Ваша любовь, к горести Гонсало, не взаимна. А та была взаимной. Чуть ошибся: не принцессой была та девушка, а дочь герцога. Но герцог тот был могущественнее многих королей.

— И чем все закончилось? Счастливой свадьбой?

— Нет. Они встречались тайно. Когда их любовь раскрылась, мага схватили, пытали, обвиняя в «оскорблении чести герцога». Мы, то есть другие волшебники на службе у герцога, сумели спасти парню жизнь. Но колдовать он уже не мог — отрубили кисти рук. Как и читать любимой стихи — язык отрезали. Страшная участь. Я бы предпочел ей смерть.

— Вы остались на службе у герцога? — Принцесса остановилась.

— До тех пор, пока не окончился срок заключенного ранее договора. Я никогда не нарушаю данную клятву. Когда срок вышел, ушел на службу к его врагам. Грустная история, — закончил я.

— Да, вы правы, очень грустная, — согласилась принцесса.

Мы некоторое время шли молча. Потом она вновь заговорила:

— Гийом, на этот вопрос можете не отвечать. Он личный.

— Задавайте. Что-то скрывать от вас бессмысленно, вы и так слишком много обо мне знаете, — улыбнулся я.

— Я долго размышляла над вашими рассказами. Если они правдивы…

— То есть если я не врал? Правильно, до конца верить нельзя никому, — продолжил я.

— И это тоже. Но я о другом. Возможно, вы говорите неправду не специально, сами не отдавая себе отчета, стараясь избежать неприятных моментов… если это все правда, то…

— То?.. — спросил я.

— То напрашивается интересный вывод. Вы много говорили о своих прежних сильных чувствах — а вас кто-нибудь любил?

— Мама, — попытался отшутиться я, не получилось. — Лаура — нет, она лишь притворялась, хоть и очень умело. Была одна девушка… ее звали Кора. Она… она была куртизанкой. Лучшей куртизанкой, самой дорогой в том огромном портовом городе, где я жил до свадьбы с Лаурой. Дворянка из обедневшей семьи… Я почти год прожил в ее небольшом уютном особнячке с маленьким садом и фонтаном в гостиной. Мы были красивой парой. Она давала мне иллюзию настоящего дома, тепла и покоя. Даже нет, не иллюзию. Ведь Кора любила меня.

— А вы? — тихо спросила Ангела.