НеТемный 2 (СИ) - Изотов Александр

Так и тут передо мной будет в панике бежать целая стая зверья, стараясь унестись подальше от амулета.

Интересно, а сколько за него можно выручить?

Ну, Всеволод, не будь идиотом. Варвар-проповедник пока что не имеет таких связей, чтобы сбыть такой амулет. Меня скорее сразу схватят, и без суда отрубят голову за убийство стражника.

Вздохнув, я выбросил амулет. И усмехнулся, сообразив, как он здесь до этого оказался — скорее всего, в отряде нашёлся новичок или просто кретин, который тоже на радостях стащил защитный амулет с трупа стражника. И тут же, у ворот, получил от главаря затрещину за свою глупость.

За воротами снова начинался лес. Огромные, в десятки обхватов, стволы подпирали густые кроны, не пропускающие солнечный свет. Посреди тропинки, уходящей в тёмную чащу, тут и там вылезали толстые корневища. По дороге каждые несколько шагов стояли столбики с фонариками, в которых подрагивало пламя.

Лес дышал магией… Настоящей, могучей, неудержимой.

Она налетала, словно ветер, ворошила волосы, и чувствовалась в каждом моё вдохе и выдохе. Даже те заросли, где Кутень потрошил шелкопрядов, не были так пропитаны силой. Вот уж третья зона, так зона.

Я чувствовал себя, словно во Тьму погрузился. Там тоже магия пропитывала каждую клеточку сознания.

Меня вдруг кольнула догадка… А что, если Тьма, в которую погружаются Тёмные Жрецы, это вот такой же хорл? Просто в другом мире, куда можно попасть только в форме духа.

Сейчас мне эта мысль уже не казалась чем-то невозможным.

Огоньки на тропинке всколыхнулись, и через миг мне на плечо упал Кутень. Он жадно облизнулся, и втянул остаток какого-то хвоста. Вот же упрямое животное, я ему не приказывал охотиться.

— Ням-ням-ням, — цербер виновато опустил голову, а потом передал картинку.

Он нашёл Дайю. Она сидит в самой чаще, с луком в засаде перед какой-то огромной пещерой, это выше по тропе. Подлететь к ней Кутень не смог — девчонка зачем-то прихватила с собой такой же оранжевый камень, как те, которые валяются у ворот.

Цербер пожаловался на камень. Он пугает, от него смердит, и он отталкивает, не даёт приблизиться к девчонке. Ну да, для артефакта Кутень — такое же магическое животное, которое надо отпугивать.

Что там в пещере, цербер не знал. Но он точно знал, что там его съедят сразу же, как залетит внутрь. Запах сильных хищников, так напоминающий существ из Тьмы, Кутень знал отлично.

Умная, но в то же время, глупая девчонка… Я зашагал по тропе, прислушиваясь к звукам вокруг. Вот теперь интуиция подсказывала, что надо торопиться.

Глава 17

Видимо, в третьем хорле к безопасности на тропе относились уже посерьёзнее. Свечные фонари вдоль дороги тоже пахли защитными заклинаниями, совсем как артефакты у стражников, только послабее.

Иногда у меня просыпалось чувство тревоги, что за мной кто-то наблюдает, причём стоит буквально в трёх шагах, скрытый листвой. Смердящий свет, а ведь это неприятно, когда тебя оценивают даже не с боевой точки зрения, а чисто с гастрономической… Какой-то хищник приглядывался, пытаясь понять, наестся он мной или нет.

Меня даже кольнула лёгкая обида. Можно подумать, тут хоть раз встречали на этой тропе кого-то с комплекцией варвара. Надо быть честным — в основе своей все маги… кхм… костлявые. Так что, не удивлюсь, если твари на самом деле гадали, подавятся они или нет.

В этот момент фонари начали испускать особо вонючий дым. И тогда кто-то грузный захрустел среди веток, с ленивым шорохом отступая в непроглядную чащу.

Я особо не отвлекался на это. Страха, как такового не было. Когда я был Тёмным Жрецом, и не такое приходилось испытывать… Ну, съедят меня, значит, история на этом и закончится. Как показала магическая практика, после смерти жизнь только начинается.

Помнится, я разок наткнулся во Тьме на цербера. Настоящего, взрослого, матёрого, который проглатывает душу целиком. Именно такие, если их вызываешь в материальный мир, могут стереть целый город с лица земли.

Я и раньше натыкался на церберов во Тьме, но меня не чуяли. Тогда мне пришлось погружаться глубже, чтобы спрятать силу Второго Жреца… Я чудом ушёл от цербера, но долго потом залечивал раны, нанесённые прямо на астральное тело.

Услышав мои мысли, Кутень показал зубы из дубины, а потом и всю голову вытянул. Он заметно подрос, и с его башкой топорище выглядело уже, как неказистый молоток. Толстая рукоять с маленьким бойком.

— Не бойся, Кутень, — неожиданно сказал я ласковым голосом, — Ты станешь сильнее, чем тот цербер.

Кутень тявкнул, а потом зарычал, глядя вперёд.

Мне пришлось остановиться. Тропа ныряла в огромную дыру, пробитую в высоком холме, а сам этот холм зарос тем же дремучим лесом, что был вокруг меня.

Будто сердобольные маги решили в этом месте создать дорогу жизни, чтобы по лесу на вершине холма бедные магические зверушки могли переходить с одной стороны тропы на другую.

Дыра эта представляла из себя относительно ровный тоннель, так же освещённый защитными фонарями на потолке, и я видел тусклый свет выхода с той стороны. Сотня шагов, не меньше…

Кутень вытянул нос из топорища:

— Там-там-там! — он передал картинку, что это не та пещера, и надо пройти дальше. Пройти-то надо, вот только нас ждут…

Я постоял, задумчиво глядя на кости, лежащие по краям тропы у самого входа в тоннель. Мой взгляд скользнул по корням, нависающим сверху — выше росли настоящие исполины…

И вот за их стволами мерцал зеленоватым цветом горящий глаз. Едва я посмотрел на него, как глаз закрылся. Я постоял так около полуминуты.

Если это хищник, то как тут прошла Дайю? Хотя у неё был тот амулет стражника.

Зелёный глаз открылся… и сразу закрылся. Хм, а это животное умом не блещет. И это хорошо.

Кутень осторожно выпорхнул, чтобы показать мне странную помесь — необычно маленькая голова на огромном ящероподобном туловище, две мощные передние лапы, а дальше просто длинный изгибающийся хвост. Точнее, змеиное тело, потому что наверняка эта тварь передвигается ползком.

У крохотной головы, которая была ненамного больше цербера, вместо пасти был длинный хоботок, будто эта тварь питалась нектаром с цветов. Как с такой головой она собралась меня пожирать, я даже не представлял. Но отлично чувствовал, как хищник весь подобрался, готовясь к нападению.

Цербер не приближался к ней, потому что колибри-ящер-змей сразу открыл единственный глаз и стал следить за щенком, прилепившимся к соседнему стволу. Поднял хоботок, из которого вытянулся и спрятался длиннющий язык.

Теперь хищник внимательно следил за Кутенем…

Вокруг его крохотной головы чешуя росла роговыми наростами, и эта россыпь шипов то втягивалась в плечи, то вылезала в полный рост, защищая крохотную голову.

Я почуял неладное и тут же дал команду церберу возвращаться. Едва тот слетел со ствола, направляясь ко мне, как язык выстрелил из хоботка, протянувшись на добрые два десятка метров и воткнувшись в кору дерева как раз в том месте, где только что был цербер.

Язык тут же мигнул, исчез, и его протянутая линия появилась практически рядом с летящей тенью щенка. Язык хлестнул по церберу, и тот кувыркнулся, сбиваясь с траектории, хоть и успел клацнуть зубами. Да что за продрись небесная, тут каждая тварь, что ли, владеет магией Тьмы⁈

Я подпрыгнул, выставляя топорище и снова ловя подбитого Кутеня — тот, беспомощно тявкнув что-то обидное, юркнул в дубину. И тут же её оплёл чуть припоздавший красный язык, рванул на себя, и мне пришлось крепче перехватить оружие…

Меня протащило по тропе, а потом и вовсе оторвало от земли, поднимая вверх. Свет смердящий, какая мощная дура!

Я едва успел подтянуться и, выбросив ноги вверх, упереться ими в край тоннеля, но сила монстра была такова, что под моими пятками земляная арка начала разваливаться. Мясистый язык натянулся, борясь с моим сопротивлением, но я чуял, что для монстра это далеко не предел.