Русский маятник - Андрей Владимирович Булычев

– Николай Иванович, Алексей Петрович, – поманила к себе офицеров Екатерина. – Знаю, не по старшинству сие, но коли уж такое торжество, пусть егеря первыми в парадном строю сегодня пройдут. В их лице мы ведь все войска наши, что в Польше воевали, величаем.

– Слушаюсь, Ваше Императорское Величество. – Салтыков склонился в поклоне.

– Ну что, генерал, а проводи-ка ты меня до Московского полка, – попросила Алексея государыня. – Нет ли у тебя просьбы какой? Говори, я сегодня в настроении, хоть что для себя проси.

– Благодарю покорно, государыня. Всё вроде бы есть, – пожав плечами, проговорил Егоров. – Задумал вот только завод я построить небольшой в своём поместье для производства опытных винтовальных ружей. А с хорошими мастерами ну просто беда. Никого не велено переманивать с казённых заводов, за этим у нас строго следят.

– Новый частный оружейный завод, – произнесла задумчиво Екатерина. – В Европе, как я знаю, таких предостаточно. Они там с казёнными состязаются, а где-то и вовсе даже моду в оружейном деле задают. У нас Демидов, Баташов и Мосолов своими заводами владеют, хорошо казённые заказы исполняют. Почему бы не быть ещё и заводу генерала Егорова? Уж кто, как не командир егерей, должен знать, какое оружие в бою удобней? Присылай прожект свой, генерал, помогу, и Берг- с Коммерц-коллегией указание дам поспособствовать. Мастеров-то хороших и нам, конечно, не хватает, слышал сам, небось, что на Урале сейчас новые заводы закладываем, но тебе всё же поможем. А ты попробуй-ка из-за границы ещё оружейников к себе переманить, глядишь, и они что-то интересное в это дело привнесут?

– Спасибо, Ваше Величество! – воскликнул Егоров. – Обязательно попробую. С вашей помощью и благословением, верю, любое дело свершится.

– Подожди благодарить, сначала дело нужно сделать. Ну а коли о себе сам не просишь, тогда я скажу. Знаю, давно с семьёй не был, дети без отца растут. Нехорошо это. Дом тебе пожаловала, а он, видишь, пустует. Бери-ка ты, Алексей Петрович, полный год отпуска да езжай в поместье. По заводу там своему определишься, начнёшь стройку, дела все поправишь, а к следующему лету вместе с семьёй в Санкт-Петербург вернёшься и в дом её поселишь. Супругу твою, я помню, Катариной зовут? Вот в свет её выведешь. Я как раз в Царскосельском дворце летом буду большие приёмы устраивать, вот и познакомишь. Есть на кого полк свой оставить?

– Так точно, есть, Ваше Величество. На полковника Милорадовича. Мы с ним с первого моего офицерского чина, с прапорщика вместе. Все войны плечом к плечу прошли.

– Серб? Милорадович Андрей Степанович не роднёй ли ему приходится? – поинтересовалась Екатерина.

– Так точно, дальняя родня, – подтвердил Егоров. – Но он сам своим геройством чин выслужил.

– Верю, верю, – усмехнулась государыня. – Сербы – народ хороший, верный, много нашей державе пользы принесли. Так получается, что и он без семьи за тебя тут на полку останется? А ведь тоже всё по походам и баталиям.

– Не женат он, Ваше Величество, – с улыбкой сказал Алексей. – Никак не поддаётся Амуру, всё по сердцу не может себе невесту найти.

– Хм, вот как? – хмыкнула Екатерина. – Это дело исправимо, у меня во фрейлинах дочки из самых титулованных фамилий империи. Сосватаю я твоего серба, будь покоен.

– Эскадрон, смирно! – рявкнул при подходе свиты командир конных егерей.

– Ох и хорош! – оглядывая статную фигуру Воронцова, восхитилась императрица. – Хорош! Кто таков?

– Командир конного эскадрона лейб-гвардии егерского полка капитан Воронцов! – выкрикнул, представляясь, тот.

– Это не он ли караул прусский испугал? – Императрица обернулась к Егорову. – А что, такой запросто. Платоша, – подозвала она следовавшего за ней по пятам фаворита. – Может, тебе его в кавалергарды лучше перевести? Статный, из хорошей фамилии.

– Звал я его, матушка, только не хочет он из егерей уходить, – ответил Зубов. – У нас ведь особый навык в кавалергардах нужен, это сколько же ему переучиваться. Да и все вакансии пока заполнены.

– Ну ладно, коли так. Подождём. Спасибо тебе, Алексей Петрович, ступай к полку, дальше мы уж сами.

Свита пошла к шеренгам Московского мушкетёрского полка, а Зубов, приотстав, бросил пристальный, оценивающий взгляд на капитана Воронцова.

«Недобрый глаз, – мелькнуло в голове у Алексея. – Похоже, всё, на этом и заканчивается особое расположение к Андрею у Платоши. Приревновал. Ну да, фаворитом быть – ухо востро держать».

Егеря маршировали под ритм барабанного боя. Вновь, как под Брестом, Кобылками и Варшавой, реял вверху пробитый пулями стяг. Особые стрелки егеря, а теперь гвардейцы, проходили, чеканя шаг, мимо неё, мимо Самодержицы Всероссийской Екатерины Великой. И уже за ними шли все остальные полки старой гвардии.

Глава 11. Важные дела

– Авакумов, ко мне! – скомандовал Ягодкин, и из разделённого на плутонги ротного строя вышел крепкий, коренастый воин.

– Ваше благородие, стрелок Авакумов по вашему указанию прибыл! – Он вскинул ладонь к каске, не дойдя двух шагов до офицера.

– Поздравляю с производством в гвардейские егеря, – выкрикнул подпоручик и вложил в руку новоиспечённому егерю волчий хвост. – Молодец, Егор, хорошо в учебной роте служил. Направляешься для дальнейшей службы в оружейную команду пионером.

– Благодарю покорно, ваше благородие! – Тот козырнул. – Есть убывать в оружейную команду пионером.

А рядом выходили из плутонгов вызываемые офицерами бывшие стрелки.

– Егерь Ведунов! Определяешься в первый конно-егерский эскадрон капитана Воронцова!

– Егерь Лутовой! Определяешься в первый батальон четвёртую роту капитана Горского!

– Егерь Капишников! Определяешься во второй батальон первую роту капитана Бегова!

– Егерь Мешалкин! Определяешься во второй конно-егерский эскадрон поручика Гагарина!

– Егерь Чирков! Определяешься в первый конно-егерский эскадрон капитана Воронцова!..

– Ваше превосходительство, все! – доложился наконец Топорков. – Только двое моих в лазарете под Варшавой остались.

– Ничего, их позже, как только они сюда прибудут, поздравим, – сказал Егоров, выходя на середину перед строем. – Братцы! – крикнул он, вглядываясь в лица. – Сегодня все вы получили волчий хвост! Это не просто предмет амуниции, а знак нашей особой воинской доблести. Пройдя в боевом походе тысячи вёрст и участвуя в сражениях, все вы проявили доблесть и отвагу, не посрамив нашего высокого звания. Так несите же его и дальше с честью и гордостью в своих новых подразделениях! Поздравляю вас с производством в гвардейские, особые егеря Российской империи!

– Ура! Ура! Ура-а-а! – раскатисто проревела сотня глоток.

Командир полка тепло попрощался, и капитан Топорков приказал разойтись, а егеря всё стояли плотно сбитой массой. Они только что до этой минуты были единым целым, и разорвать эти внутренние связи было непросто.

– Ну что, братцы, пойдёмте в казарму за мешками? – проговорил Ведунов. – Нам ещё новым командирам представляться.

Солнце начало припекать, с крыш потекло, и на Семёновском плацу показались первые грязные проталины. Стряхнув с сапог, в штабную казарму с улицы зашёл старший оружейной команды.

– Их превосходительство у себя? – поинтересовался он у подскочившего к нему унтер-офицера.

– Так точно, ваше благородие, у себя были. Вас только недавно опять спрашивали. Помощник дежурного снова хотел вестового посылать.

– Подрывную мину с пионерами ладили, никак нельзя было оторваться, – ответил, поправляя ремень на шинели, подпоручик. – А ещё и шнура не хватило, опять его наращивать пришлось.

– Да, знаем мы, доложились уже, вашбродь. Так-то генерал не ругался, со старшим квартирмейстером и с интендантом бумаги какие-то всё пишет.

– Ну ладно тогда, глянь, как на мне? – попросил подпоручик. – Ровно ли всё?

– Ровно, ваше благородие. Прямо по стрелочке, не беспокойтесь.

Пройдя по коридору, приглашённый офицер постучал в дверь и, толкнув её, зашёл внутрь просторной комнаты.

– Ваше превосходительство, подпоручик Вьюгов по вашему приказанию прибыл! – доложился он, прищёлкнув каблуками.

– Снарядил мину, Семён? – отложив перо, поинтересовался Егоров. – Или за себя кого оставил?

– Снарядил, господин генерал. Такие дела я самолично контролирую, не дай Бог чего не так, потом греха не оберёшься.

– Ну смотри, так-то у тебя старшие унтеры – люди опытные, – заметил генерал. – Ильин с Уфимцевым ещё в турецкую сами такие мины снаряжали. Ладно-ладно, смотри сам. Присаживайся рядом с Александром Павловичем. – Он показал на свободный стул. – Дело к тебе есть.

Рогозин чуть сдвинулся в сторону, и Вьюгов занял указанное