Рассвет над Самуром (СИ) - Алексей Богородников

на грамотность сдали четыреста человек. Около ста могли с грехом пополам накарябать свое имя, с трудом могли осилить легкий текст. Остальные просто не прошли отбор.

Такие данные реально большой успех и очевидное влияние бафа на преданность от титула, дарованного Создателями принцессе. Большевики десять лет курсы ликбеза проводили. К тому же врали в своей отчетности. Кто мало врал — в лагеря загнали.

Но проверить данные не мешало бы лично, прямо с утра я этим и занимался. За полчаса каракулей на десяти аспидных досках мне стало ясно: кое-кто мухлевал. К счастью, только один из исполнителей программы. К несчастью, это был мой чиновник.

— Всем спасибо, все свободны, — обратился я к присутствующим. — Программа будет продолжена прямо завтра. Желающие сами стать инструкторами, подают заявки в общем порядке.

— Вы двое, — указал на двух забулдыг, — останьтесь.

— Вельге, дружище, — приватно спросил я в холле ратуши своего зама, вытягивая кулачок для приветствия Уолфи Арилгрину, — разве проверки по группам не были перекрестными? Инструктора групп ведь по задумке должны были принимать экзамены у чужих обучаемых.

— Лично я не присутствовал на сдаче, — объяснил он, — на стройке тулоу было жарко. Общее руководство осуществлял Дэнри.

— Он сам не вел никакую группу? — уточнил я. — Список по инструкторам у кого?

Свиток заполненный от руки, тоже был у Вельге. Мы склонились над ним и довольно быстро выяснили, что как за первым нашим коллектором Масаки Пинчем, так и за вторым Ролмом Самори, были закреплены по группе, но отчетности по группам заполнены одним почерком.

Два дебила — это мило. Конечно в их группах каждый проверку на грамотность сдал.

— Разбирайся, Вельг. Уолфи, ты за мной на заседание, посидишь в сторонке, — отдал команды и ушел к своим купцам.

Угодникам монет и топора, романтикам с большой берлоги.

Это их подручных с утра ждала городская стража Самура. Ладно, не всех, всего пятерых.

Зайдя в общий зал, я достал любовно вышитый одной из мастериц Камии белый колпак, с черными полосками и водрузил его на свой стол. Сел в кресло, сложил руки домиком и посмотрел на чинную толпу личинок местной олигархии. Они уставились на колпак, подозревая новый заказ, новый дождь золотых, с любовью и радостью.

Хреном вам по всей бороде.

— Знаете, новогодние подарки очень старая традиция наших Создателей, — добродушно изрек я. — Мало кто был с ними из наших жителей близок настолько, чтобы ему подарки дарили, но между собой они только так обменивались. Очень хочется возродить забытый милый ритуал.

— Древодед Лесодеря, — обратился к главе гильдии лесорубов, — как вам колпак?

Он начал что-то подозревать, замялся с ответом, однако сказал, что выглядит богато и статусно. Что он еще мог сказать: табуирования полосок на одежде здесь не существовало, из-за отсутствия доминирующей религии и, как следствие, вмешательства в культуру. Преступники полосатые робы не носили. Но выглядели полоски несколько авангардно.

— А ведь это для вас, — подзуживающе сказал ему, — подарочек новогодний. Вы оденьте, он волшебный.

Он подорвался, схватил колпак, напялил на себя, расплылся в улыбке, прислушиваясь к ощущениям. Я не мешал.

— Вроде что-то чувствую, — пробормотал он, — ощущаю зовущий к великим свершениям дух Создателей.

— Это не просто колпак, — пояснил я, — это распределительная шляпа Самурского горно-обогатительного комбината. Дух зовет вас в первый отряд наших доблестных добытчиков.

Он осел на пол и глупо уставился на меня.

Я потряс колокольчиком на столе, вошел Кэр Гомэн с двумя стражниками и понурыми арестованными.

Вот тут он всё понял, ноги его отказали: судорожные загребущие движения еще проходили, но сил в них на бегство не было.

Я взял бумажульку со своего стола и прочитал показания.

«Следуя своей цели защиты Самура и всех его жителей, около одиннадцати вечера, в своем вечернем патруле, на объездной тропинке северо-востока города, мною были замечены тяжело груженные телеги в количестве трех штук. Не выходя из невидимости, я сократил дистанцию. Визуальный осмотр не выявил ничего странного, но данные, полученные в ходе прослушивания разговора пяти жителей города, позволили судить о раскрытии преступной группы, намеревавшейся совершить мошенничество в отношении особо ценной породы леса.»

Автором цитируемого мной заявления был якобы Аякс, хотя на самом деле преступление выявила Кая. Случайно, в первый же день, возвращаясь после посещения лагеря прибывших беглецов из Южной Каталии. Её навык стелса раскрывать мне никому не хотелось, потому залегендировать раскрытие мошенничества пришлось на земляного элементаля.

В общем этот гений, глава лесорубческой гильдии, нашел рощу шайнского орлеска, втихомолку с доверенными парнями вырубил, и те повезли бревна в укромное место на сушку. Орлеск порода вроде земного испанского дуба, из которого мастера готовят корабли. Только в отличие от испанского дуба, танинов в нём немеряно, насколько я понимаю, потому он не гниёт и сушить его три года не нужно.

Пара недель и твори из него хоть баржу речную, хоть мебель дорогую.

— Король тебя повесит если узнает, — пообещал я Лесодере, — а так, поработаешь с бандитами лет пять на породе, вернешься в общество другим человеком.

— Пять леееет! — простонал он и засучил руками, забился на полу в безмолвной истерике, словно морская звезда на неуютливой суше.

Местные олигархи со страхом смотрели на шоу, начиная подозревать недоброе.

— Далее, — вчитался я в следующую справку, — сын мясника был найден убитым первого января у городской ратуши.

Я посмотрел на побледневшего Торина Глеорана.

— Сколько это будет продолжаться? — строго спросил я. — Почему, как только твой сын мертвецки напьется, инстинкты тянут его в административное здание? Он что, на моё место покушается? С сыном не можешь управиться, так может и гильдия тебе не по зубам?

— Ав, ам, сть, — задыхаясь проговорил глава мясницкой гильдии, — ваша милость!

— Четыре дня назад он был пойман у лагеря южнокаталийских беженцев, издавающим странные звуки, — продолжил я, — на следующий день, скатил пустую бочку из-под вина на двух паломников, решивших поклониться святыням Шайна. В день Нового года неоднократно пытался прикоснуться губами к лицу статуи её высо…Что?!!

Так вот кем был этот паразит, увиденный мной на площади.

Глеоран затрясся, копируя Лесодерю и пал на колени.

— Ну что, сиротка-три подбородка, — сказал я следующему коррупционеру Гирку Фрейну, — решил что наместник в видах синего гранита не разбирается? Зашакалить маленько захотелось?

По правде не разбирался, но у меня Вельг есть. Он мне и сообщил, как глава гильдии каменщиков решил город развести. Есть два сорта синего гранита: самурский синий и синегномий. Оба светло-фиолетовые, практически неотличимы друг от друга, смотрятся — моё почтение, любой феодал от зависти рыдать будет. Но синегномий прочнее и устойчивее к внешней среде, потому раза в два дороже.

При этом самурский добыть труднее: место добычи известно одно. Находится где-то в