Наследник $$$ уровня - Андрей Еслер
— Вот этим и займешься, — подвёл я итог. — Собираешь аккумулятор из продукта распада и учишься его стабильно заряжать.
Рафаэль вытер руки о тряпку и оглядел свою припорошенную лабораторию с сомнением.
— Сработать может, — признал он осторожно. — Но я одного не пойму, сеньор. Кому такая штука нужна? Неделя заряда, потом подзаряжать. Кто это купит?
— Эту проблему я беру на себя, — отрезал я мягко. — Твоё дело собрать. Покупателей найду сам.
— Ну, вам виднее. — Он развел руками.
— Прекрасно.
Позже поставлю новую задачу, Рафаэль должен будет собрал мне зарядку. Можно и сразу сделать продукт, что не требует подзарядки. Но это дело тонкое, маркетинг, увы, работает не так. Я могу потратить на год больше и создать полноценное устройство, но тогда задам слишком высокую планку. Да и затраты возрастут не пропорционально прибыли, а аккумуляторы из никому не нужного продукта распада, это отличная возможность нарастить маржинальность!
* * *
Вечером я заперся у себя и разложил на столе всю местную технику, какую успел купить.
Планшет, ноутбук, телефон-кирпич, настольный компьютер. Включил каждое устройство и пожалел об этом. Операционная система здесь была одна на всех, и от неё хотелось не работать, а плакать.
Серое меню, в котором всё свалено в кучу. Браузер, который с трудом прогружается в силу слабой оптимизации. Поиск, который ищет все, но не то, что надо. Никаких разметок, никакой логики, никакого намека на то, что между человеком и машиной должна быть хоть какая-то любезность. Складывалось ощущение, что интерфейс рисовал человек, который компьютеры искренне ненавидит и мстит им изнутри.
Я закрыл крышку ноутбука и потёр переносицу.
Проблема в том, что я знаю, как должно быть, но не знаю, как это сделать. Я видел готовый результат тысячи раз, я им пользовался, я даже продавал его другим. Но строить операционную систему с нуля мне не приходилось. Я человек интернет-продуктов. Сайты, сервисы, аудитория, монетизация — это моя кухня. А ядро системы, драйверы, код — это другая профессия, и притворяться, что я её знаю, глупо и опасно.
Значит, с нуля не вариант. Надо идти другим путём.
Утром я поймал Матео за завтраком и сразу взял его в оборот.
— Скажи, операционку можно взломать?
Парень даже не удивился.
— Можно, — кивнул он, отхлёбывая из кружки. — Многие так делают. Но не чтобы что-то украсть, а чтобы под себя переделать. Иконки поменять, цвета, темы всякие. Стандарт же тоска зелёная.
— Покажи.
Матео сходил в офис и вернулся с планшетом Беллы. Я взял устройство и невольно задержал взгляд.
Это был тот же убогий местный планшет, но я его не узнал. Серого интерфейса не было и в помине. Вместо него аккуратные иконки, каждая своя, нарисованная вручную, со вкусом. Мягкие цвета, понятная сетка, ничего лишнего. Системой хотелось пользоваться просто потому, что на неё было приятно смотреть.
— Это Белла, — пояснил Матео не без гордости. — Сама всё перерисовала. Базовый стиль убрала, поставила свой.
— Хорошая работа, — искренне отметил я.
В голове тут же мелькнула приятная мысль. Сенсорные экраны изобретать не придётся, они уже есть. Пусть в узкой нише, пусть на дорогих железках, но есть.
И тут же мысль споткнулась. Я провёл пальцем по экрану. И ничего. Ткнул сильнее. Снова ничего. Планшет реагировал только на стилус, который болтался на шнурке сбоку.
— На палец не отзывается? — уточнил я.
— Нет, только стилус, — подтвердил Матео. — Так у всех.
Значит, экран придётся переделывать под человеческие пальцы. Задача интересная, но не сейчас. Хотел было скинуть её Рафаэлю и осёкся. Парень и так по уши в кристаллах и пыли, ещё одну глыбу на него вешать преждевременно. Москва не сразу строилась, как любил повторять один мой знакомый прораб, пока строил себе дачу за мой счёт.
Я улыбнулся своим мыслям.
— Чего вы радуетесь? — не понял Матео.
— Тому, что местная операционка отвратительна, а планшет Беллы прекрасен.
— И это хорошо?
— Это прекрасно. — Я вернул ему устройство. — Потому что люди не просто готовы к переменам. Они их хотят. Раз девочка-самоучка ради красоты лезет в систему с ножом, значит, рынок созрел и просто ждёт, когда придёт кто-то с готовым решением.
Матео обдумал это и медленно кивнул.
— Тогда вот тебе задача, — продолжил я. — Взломай систему. Изолируй её, поставь на отдельный планшет, и мы начнём её переделывать под себя. И первым делом полностью сними модуль связи. Чтобы ни байта не утекло обратно к разработчикам, пока мы там копаемся.
— Сделаю, — оживился парень.
Матео расплылся в улыбке и побежал обрадовать сестру.
* * *
На террасу я вышел с ежедневником и сигаретой.
Сел в плетеное кресло, закурил и стал складывать в голове всё по порядку, как раскладывают пасьянс.
Пришла мысль о юридической стороне вопроса, надо озадачить Марию NDA контрактами. Сейчас всё на честном слове, это ощущается мною как зуд, что-то не так. Чем дальше мы погружаемся в работу, тем сильнее растёт риск утечки. Пока это преждевременно, но сделать надо. Когда сеть стартует, счёт пойдёт на часы, нужно готовиться к такому исходу. Патенты, не разглашение данных, юридическая сторона вопроса.
Интернет здесь не стал популярным, пока, потому что люди не видят концепт. Интернет — это в целом апогей маркетологов, win-win вариант. Он не привлекает внимания местных корпораций, пока не помогает продавать. Но интернет величайший двигатель торговли в истории моего мира, когда я покажу, как это делается, корпораты спустят собак.
Сейчас они торгуют недрами, сдают земли в аренду, строят, создают и продают. Всё по классической системе развития.
Но я то знал, что это ненадолго. Сильные мира моего, прошлого, на заре двадцать первого века сидят на ресурсной игле, но жадно поглядывают на IT-гигантов, осторожно и мелочно щипая частный сектор налогами и штрафами. Их традиционные кружевные жабо промокли, слюноотделение бешеное.
Старые деньги уступают новым, война за виртуальное пространство вспыхнет — это вопрос времени. Богатейшие главы семей ещё хватаются за старый порядок, но уже их дети развяжут полноценную бойню за новый ресурс — человеческое внимание.
Значит ли это, что природные ресурсы никому не будут нужны?
Как сказал один мудрый человек.
«Вкладывайся в землю, её никто не производит».
Поэтому старые деньги всегда будут в цене, но вот курс скакнет как никогда.
Первый этап — социальная сеть. С неё всё начнётся. Она привлечёт внимание, займёт пустую нишу и приучит людей к новому. И неважно, сколько копий слепят конкуренты, когда
