Когда-то я была злодейкой (СИ) - Лора Лей

Хмыровой чудился Кинг Конг и город небоскребов и свободной торговли.

Почему тайком? Да чтобы не давать новых поводов для сплетен — раз, и иметь секретный козырь — два. Елизавета была очень благодарна и необыкновенному молчуну Лао-ши Гону (старому учителю Гону), и Батшебе, присоединившейся к ней в занятиях восточными единоборствами. Впрочем, китаец поделился не только способами защиты и укрепления тела, но и некоторыми техниками акупунктуры и массажа.

Он прожил в «Новой заре» несколько лет, пока однажды исчез, оставив попаданке маленького нефритового дракончика и три слова «Ищи свой путь». Кто он, как был связан со вдовой Винтер, куда ушел, так и осталось загадкой: вначале оба старика хранили молчание, а потом и спросить стало некого…

* * *

Долго ли, коротко ли сказка сказывается, как говорится, но работа училища вошла в нормальный ритм, упорядочился преподавательский состав и программа, были заняты все ниши, и у попаданки появилась возможность уделять все свое внимание (кроме занятий по машинописи) страусам и всему, что с ними связано.

Лиззи Мортен за проведенные в пансионе годы смогла собрать и сплотить коллектив единомышленников. Не подозревала она (то бишь, Елизавета) за собой такого дара убеждения и лидерства, но получилось! Не сразу, понятно, были проколы, разочарования, конфликты, потери…

Но поддержка советника, проникшихся к ней любовью сестер, дам из кружка Пруденс Осгут и какая-то запредельная вера в неё простодушной и преданной Флоренс не позволяла попаданке расслабляться, жалеть себя и опускать руки.

Ещё и голос она порой слышала во сне...Он хвалил, подбадривал, внушал уверенность и каждый раз напоминал о ее задаче в этом мире — прожить праведную жизнь, нацеленную на служение людям.

Елизавета забывала конкретику таких снов, но вот ощущение от них — нет. И работала дальше.

Глава 22

Промежуточные итоги второй жизни попаданка Хмырова подводила регулярно, а вот глобально отчитаться перед собой и небесами сподобилась только в тридцать третий день рождения Лиззи Мортен, вернее, доставшегося иномирянке по наследству тела.

Елизавета накануне как-то вскользь подумала о некоторой мистичности грядущей даты: срок её пребывания в этой реальности наводил на мысли о восточных учениях, делящих жизненный путь человека на девятилетние циклы, вкупе с фразой о «возрасте Христа». Последнее вроде как к мужикам относилось, но всё равно в душе Хмыровой что-то подрагивало и противненько так поднывало…

* * *

После небольшого застолья в кругу большой уже семьи именинница вышла прогуляться перед сном в сад особняка Мортенов, где и проводилось праздничное мероприятие в её честь.

В пансионе день рождения управляющей отметили несколькими часами ранее вкусным обедом для обитателей и церемонией вручения виновнице торжества многочисленных подарков от воспитанниц и коллег. Лиззи была неимоверно тронута и дарами, и словами, а главное, искренним уважением окружающих, продемонстрированном ими во время чествования её персоны.

Впрочем, она его заслужила. Совершенно точно.

«Так чего же ты добилась за девять лет пребывания в параллельном мире, госпожа Хобякофф, сиречь, Мортен?»

Пожалуй, по порядку. Хотя о многом и сказано выше, но всё же…

Первое достижение, определенно — это замужество Эммы. Почему не вызволение из лап настоятельницы близняшек или «уход» мачехи, или реорганизация пансиона?

Потому, что устроить судьбу недоброй к предшественнице сводной сестры стоило дороже. Но старшая мисс Мортен справилась, к обоюдному удовольствию!

Кэтрин же после отъезда матери и сестры грустила недолго: избавившись от их диктата и контроля, девушка расслабилась, примкнула к сводным сестрам и старательно осваивала с остальными пансионерками все, что Лиззи включала в режим дня и учебный план заведения.

Совместный труд, как замечал мультяшный кот Матроскин, облагораживает и объединяет: уже через полгода Кэтрин хорошо ладила с девочками, совершенно не капризничала, была скромна, весела, трудолюбива, активно проявляла себя в делах и творчестве — например, рисовала с каждым днем все лучше и лучше.

Её «марины» и «пасторали» с идиллическими картинками сельского быта неизменно пользовались спросом на «ярмарке мастеров», что повышало самооценку юной художницы и положительно влияло на её характер, делая Кэтрин спокойнее, доброжелательнее, увереннее и целеустремленнее.

Очень часто (да, впрочем, всегда) она помогала Лиззи рисовать эскизы ювелирных украшений для магазина мистера Йоффе, углядевшего в дизайне парюры Эммы «руку мастера» — необычность и оригинальность.

В этом «баловстве» попаданка тоже смогла найти источник дохода: она описывала Кэтрин возможный вариант украшений (по памяти), определяла огранку, металл, композицию. Сводная сестра воплощала идею в рисунки, Лиззи оговаривала процент с владельцем мастерской, дополняя дизайн краткой характеристикой камней (по гороскопам и данным геммологии — науки, изучающей особенные свойства камней, их происхождение, состав самоцветов и тд).

Упакованные в разработанные девушками «фирменные» коробочки, с вложенными описаниями свойств камней и изделий, украшения продавались существенно дороже, что радовало ювелира и тешило кошелёк Мортенов дополнительным объёмом.

* * *

Как бывшая владелица ювелирного магазина, госпожа Хобякофф много знала о камнях, металлах, способах их обработки, дизайне. В частности, с возрастом она почти перестала носить драгоценные камни, предпочитая полудрагоценные или вовсе поделочные, но включенные в украшения, изготовленные индивидуально, малыми партиями, в оригинальном (штучном) дизайне. Короче, недорогие, но стильные.

Эту идею она и предложила Адаму Йоффе после того, как однажды в беседе мастер высказался о «новом серебре» — нейзильбере — как о сплаве интересном, но в ювелирке не пользующемся спросом из-за предпочтений покупателей, отдаваемых в пользу золота, платины или серебра.

— Вы просто не умеете их готовить — рассмеялась Лиззи и «забросила удочку». — Мистер Адам, попробуйте соединить нейзильбер с недорогими аметистом, кварцем, яшмой, гематитом, авантюрином, хоть тигровым или соколиным глазом, я подумаю над дизайном. Мы можем создать новую моду на недорогие стильные украшения для повседневной носки представительницами среднего класса, и не только. Поверьте, эта затея принесет нам неплохие деньги.

Хмырова в свое время интересовалась историей создания «нового серебра», найденного немецкими исследователями в З0-х годах 19 века в ходе экспериментов по улучшению мельхиора, уже известного специалистам.

Полученный сплав из меди, никеля и цинка (с преимущественной долей меди) оказался прочнее и устойчивее к воздействию, чем тот же мельхиор. Как пример: разрушается он только в кипящих соляной или серной кислоте, при этом прочен и пластичен.

Благодаря серебристому цвету сплав и получил свое название — нейзильбер. В том, родном для попаданки, мире сплав активно применялся во многих отраслях, в частности, в ювелирном деле для изготовления бюджетных (относительно стоимости благородных металлов) украшений.

Изделия из нейзильбера практически не вызывают аллергии, хранить их лучше в шкатулках, не мочить без нужды водой (выдержит, но потемнеет быстрее) и периодически