Лекс. Книга 1 - Евгений Нетт

Стены стремились занять место полов, а коридор стремительно превращался в Ад.

Аристократы, совсем недавно представляющие собой «цвет нации», теперь визжали, толкались, пытались выбить окна или забиться в угол — кто на что горазд. Лишь немногие вооружились катализаторами, с трудом удерживая равновесие и прислушиваясь к пальбе. Грохотало снаружи и, кажется, в стороне «бедных» вагонов.

Одиночные залпы, взрывы, длинные очереди со странным электрическим свистом — что вообще из себя представляли военные в этом мире? Я не знал. Не мог знать, потому как не успевал впихнуть в голову всё необходимое.

Вероятность того, что Его Величество Случай столкнёт меня лоб-в-лоб с террористами или диверсантами была настолько мала, что я её даже не рассматривал.

«Постфактум — зря. Но потом об этом».

— Алисия, — я встряхнул девушку. — Вставай на ноги. Я не могу держать тебя вечно. Слышишь?

— Д-да, прости… — Алисия, вдохнув шумно, попыталась встать. С переменным успехом: ей приходилось держаться за меня, потому что наш вагон уже накренился градусов на сорок, и вот-вот должен был просто рухнуть на бок.

— Лазарь! — Дмитрий окликнул меня, глядя за тем, как самые отчаянные люди выбивают стёкла и на ходу выпрыгивают наружу. Но его взгляд нет-нет, да падал на мои металлические жгуты. — Если нападающие продвигаются от вагонов черни, то тут скоро станет жарко!

— Твои предложения? — я обернулся к парню. — Выходить на улицу нельзя. Лес, темнота. Нас перестреляют, как куропаток…

Брюнетка, та, которую Дмитрий назвал Лизой, оскалилась:

— Предлагаешь сидеть и ждать, пока нас всех вырежут⁈

— Я не сказал «сидеть и ждать». — Я отпустил Алисию, убедившись, что она крепко стоит на ногах. Вновь выпрямился, уменьшил число жгутов до минимально-необходимого и, игнорируя злые взгляды кузины Виктора, держащейся за рассечённый лоб, кивнул в сторону вагонов простого люда.

— Все, кто может использовать катализатор для защиты, должны быть готовы. Я предлагаю продвигаться не «от» врага, а «к» нему. Дима? — я перевёл взгляд на того, кого счёл наиболее профессиональным, если так можно было сказать о юноше «моих» лет. — Повторюсь. Твои предложения?

— То же самое, — он дёрнулся, когда вагон наконец застыл на месте, и накренился ещё немного. — Только дождёмся, пока вагон рухнет…

Я кивнул, приняв во внимание его слова:

— Бери на себя всех, кто в стороне локомотива. Я займусь остальными, — я отвернулся от парня, на щупах двинувшись по вагону. Повысил голос. — Всем заткнуться! Собраться! У нас нет времени! Готовьтесь к тому, что вагоны опрокинутся! Распределиться по коридору, не сидеть друг у друга на головах! Кому я говорю⁈ Встать!

Я подцепил Эльзу за локоток, подняв её на ноги. Виктор последовал её примеру, хоть и зыркнул недовольно. Следом за ними моему приказу подчинились и остальные. Тем более, что позади уже Дима делал ровно то же самое, заставляя испуганных несчастных принять хоть какое-то подобие строя.

— Лекс, — Алисия, умудрившаяся не отстать, дёрнула меня за рукав. — Ты… ты хочешь спасти всех? Их слишком много!

Я посмотрел на неё. На лицо с чуть потёкшей косметикой, на дрожащие губы. На то, как она вцепилась в свой старенький браслет, выбрав в том примитивную материализацию в надежде сделать хоть что-то, когда прижмёт.

— Алисия. Твоя задача — держаться рядом со мной. Если я скажу бежать — ты бежишь, не оглядываясь. Поняла?

— Но…

— Поняла⁈

Она кивнула, сглотнув и слегка отпрянув.

А звуки стрельбы, тем временем, раздавались всё ближе и ближе. Вместе с этим на нас надвигался топот множества ног. Не только аристократов из соседнего вагона — тех было банально не так много, как спасающихся от террористов простолюдинов.

«И все они бегут сюда, к „голове“ поезда. Локомотив, скорее всего, уничтожен. Толпа просто зажмёт нас здесь, лишит манёвра, и мы все поляжем ни за что. Проклятье…».

Я приблизился к выбитому окну, создав снаружи россыпь зеркал. Уткнулся в них взглядом, вращая знакомую конструкцию и собирая информацию.

И первым делом в глаза бросилось, что вышедшие наружу люди пока были живы. Но не факт, что их не держат на прицеле, чтобы мы расслабились.

«С другой стороны, почему нет ударов по нашим вагонам? Если цель — убить пассажиров, то проще всего было бы просто нас всех тут взорвать. Хотят набрать заложников? Это больше похоже на правду».

— Ты! — я обернулся к кузине Виктора, повысив голос так, чтобы точно получить на него ответ хоть от кого-то. — Кто самый знатный в поезде⁈ Живее!

Надувшаяся от возмущения, девушка, тем не менее, вместо ругани ответила вполне конкретно:

— Семья новоявленного графа Сориар, Лазарь. Мог бы и осведомиться об этом заранее, грубиян!

Я кивнул, отыскав взглядом богато одетую женщину со жмущимися к ней детьми. Она сжимала в руке катализатор-жезл, с тревогой глядя в сторону приближающихся террористов. И, кажется, именно она организовала экспансию из соседнего вагона — с ней была пара вооружённых юношей, которые выглядели так, словно готовы грудью закрыть госпожу.

«Правда, на бойцов они ни разу не похожи. Плохо. Времени мало, нормальный план не составить».

Вокруг нас был лес, густой и непролазный. На его краю я, пуская во все стороны автономных светлячков, не видел никого и ничего — ни техники, ни людей. Зато тела мужчин в форме охраны транспортной компании, как и трупы кого-то ещё, у вагонов простолюдинов заметил сразу.

«Что тогда? Взять в охапку Алисию, пару самых боеспособных аристократов и прорваться через лес подальше от железной дороги. Там, в темноте, затеряться, дождаться рассвета и выйти к людям. Цинично, жестоко, эффективно и вполне надёжно. Но…».

Одно большое «но», заставившее меня поморщиться. Дети. И тот факт, что самые боеспособные аристократы были куда правильнее меня, и явно собирались защищать их даже ценой своих жизней.

Я никогда не считал себя добряком. В прошлой жизни я не заходил слишком далеко по тропе серой морали, но и не спасал котят из горящих домов, не раздавал милостыню нищим и не скорбел над каждым преждевременно погибшим по моей вине.

Я был учёным, исследователем, преподавателем и магом до мозга костей. Холостяком и эгоистом, идущим тропой эскапизма. А здесь…

— План меняется, — я прорвался к Дмитрию, который уже вернулся в середину вагона. — Тут вот-вот начнётся толкучка. Выбора нет, нужно выходить наружу.

— Мы там как мишени…

— Нет выбора! — я огрызнулся. — Сейчас сюда наломится сотня с лишним паникующих идиотов. Мы или косим всех подряд, или рискуем пропустить среди них врага. Или уходим, прикрывшись туманом.

— Туманом? — он вскинул брови. — Один справишься?

— Да. Думаю, да. А если не выйдет, то пойдём напролом. Но мне нужно немного