Тринадцатый VII - А. Никл

пасти синее пламя на купол. И Света тотчас бросала огненные шары в образовавшуюся щель.

Секунда… И магическое пламя снова охватывало купол, стремясь удержать нас в ловушке.

На второе открытие бреши наружу выпрыгнул Марс. За куполом раздалось рычание и крики ужаса. О да, этого огромного волка просто так не убить. Он быстрее отгрызёт магу руки, чем тот успеет бросить в него заклинание.

Призраки вырвались за купол, и их не могла остановить ни магия, ни стены. И лишь потом они материализовали своё оружие.

И принялись делать то, что хорошо умели при жизни. Убивать.

Идеальные солдаты… которых не мог остановить никто, кроме меня.

Я не видел происходящего за домом сквозь потоки огня, но слышал крики умирающих. И на этот раз они не вызывали у меня ни капли жалости. Лишь заставляли ухмыляться. Я радовался смерти своих врагов.

— Свет, отойди! — велел я сестре, когда брешь в очередной раз закрылась.

— Что ты задумал? — спросила она, но приказ выполнила.

— Сейчас увидишь. И зови Марса обратно!

Не было времени на объяснения.

Минута… Оставалась всего минута, и защита поместья падёт.

А врагов за куполом ещё полным-полно. Ох, интуиция подсказывает, что там гораздо больше одной сотни магов. Я бы на месте императора перестраховался, раз уж решился на открытое противостояние.

Чтобы уничтожить своего врага раз и навсегда. Только вот у меня в кармане ещё оставались тузы.

Запретные заклинания.

Самое непредсказуемое, что есть в этом мире, не считая регатов. Но сейчас это было мне на руку.

— Зубастик! Огонь! — крикнул я, и питомец раскрыл пасть.

На купол полился шквал синего огня, вновь создавая брешь. Магия Зубастика была сильнее того, чем сейчас выжигало защиту нашего дома.

Раскрылась брешь диаметром всего в метр, и первым делом вернулся Марс. Дыра в куполе начала быстро затягиваться. Но мне хватило пары секунд, чтобы отправить туда своё заклинание.

И по иронии враги оставили нас в ловушке, которая сейчас и станет нашим спасением.

Меня охватил азарт, который бывает во время охоты на монстров… или во время убийства людей, которые заслуживают этой участи.

Крики боли и ужаса прозвучали одновременно. Какое же приятное чувство… когда не нужно думать о жалости.

Все падут.

Все, кто встанет на моём пути к могуществу.

Так я думал, пока наблюдал за происходящим. И сам не заметил, как лицо расплылось в злобной ухмылке. Вот он — настоящий я. Прирождённый убийца.

— Лёш, мне страшно, — позади раздался голос Лесси.

— Иди в дом! — велел я ей, не оборачиваясь.

— Купол начинает исчезать.

Я поднял голову и заметил, как алое пламя постепенно опускается. Пламя, но в самом куполе ещё оставалась энергия.

А вот в моём источнике её оставалось на самом дне, поэтому я достал из кармана два флакона с запасом маны и залпом опустошил их.

Склянки упали на землю, снег на которой успел напрочь сегодня растаять.

— Купол на месте. Присмотрись, — указал я девушке.

— Не вижу. Хоть убей, но не вижу, — призналась она.

— Тогда верь на слово и иди в дом. Третий раз повторять не буду. Если бы купол пал, то мы бы уже не разговаривали.

— Да, я уже ухожу… Но что там? Я никогда не слышала столько отчаяния, — девушка начинала паниковать.

А вот мне часто доводилось слышать подобное. И в этой жизни, и в прошлой. Ведь где я только не побывал… кажется, на каждой войне. Всем нужен был толковый снайпер.

— Это называется — всепоглощающее облако. Оно уничтожает всё на своём пути.

— И призраков?

— Нет. Ни призраков, ни купол. Но сейчас оно начнёт распространяться дальше, если останется энергия.

Калечить соседей тоже не хотелось. Навряд ли их эвакуировали до нападения.

— А ты не можешь остановить его? В соседних домах полно людей.

— Могу, — ответил я и строго посмотрел на Лесси.

— Ой, ухожу, — она убежала в дом.

Но я заметил, что всё это время рядом с ней стояла Маша вместе с Булочкой. Девушка молчала. Видимо, чтобы тоже не прогнали.

— Маш, как насчёт создать небольшой магический ураган? — серьёзно спросил я у графини.

— А разве ураганы бывают мелкими? — улыбнулась она.

— Нет. Смотри, сейчас твоя задача — создать завихрение вокруг купола и направить его в одну точку. Туда, где я открою проход.

— Но тогда всепоглощающее облако начнёт затягивать прямиком к нам.

— На то и расчёт.

Маша кивнула и подошла туда, куда я указал.

Она начала плести свои невидимые нити, заставляя воздух перед ней дрожать. Всего тридцать секунд, и я подошёл к куполу, чтобы приложить к нему руки и открыть проход.

Эти защитные покрытия для особняков были устроены так, чтобы глава рода всегда мог ими управлять. И теперь, без пламенной завесы, что здесь создали уже мёртвые враги, я мог без препятствий создавать проходы.

Воздух вокруг особняка завертелся, превращаясь в настоящий смерч. Машина магия собрала воедино моё облако и заставила его кружиться вокруг особняка.

Магического огня больше не было, и сейчас всё пространство над нами освещали миллионы световых точек, из которых и состояло облако.

— Давай! — указал я Маше на место в куполе и снова открыл там брешь.

Мощный поток ветра ринулся внутрь. Но я встретил его с распростёртыми объятиями.

Воздух был такой силы, что я еле удержался на ногах. Ботинки утонули в мокрой земле.

Но я стоял.

Стоял с раскрытым источником в груди, который принимал обратно свою ману.

Частицы света, из которых состояло всепоглощающее облако, постепенно окутывали меня, чтобы занять своё законное место. Всю кожу жгло… Но я поглощал ману раньше, чем заклинание успевало навредить.

Всё же, поглощай или не поглощай, действие плетения отменить почти невозможно. Но можно действовать быстро. И тогда мана преобразуется в чистую уже в магических каналах. И в моём случае это происходило раньше, чем я бы начал гореть.

Время тянулось… Не знаю, стоял я так пять минут, или целый час.

Но, когда ветер прекратился, я увидел, что в радиусе пятисот метров от поместья осталась лишь выжженная земля, да и летающие призраки.

Только мои призраки. Но даже на их полупрозрачных лицах было написано недоумение.

Если от магов что и осталось, то они предпочли не оставаться здесь. Уйти под землю или раствориться — это выбор мертвецов. И пока они не умеют становиться