ГОН (СИ) - Калошин Вячеслав

Он промолчал.

Нет, ну так не честно. Даже меня проняло, а ему хоть бы хны. Такой шикарный полет через канаву пошел псу под хвост. А какое приземление? Подвеска даже до отбойников не достала! Ну и фиг с ним, чурбаном, нифига не понимающим!

Заехав на базу, я притерся около стенки и заглушил мотор.

– Товарищ подполковник? Александр Яковлевич?

Глава охраны медленно повернул ко мне голову. Шальной взгляд уперся в меня и начал бестолково искать что-то. Это чего, поездка его так вштырила? До полной невменяемости? Вон, аж рот приоткрыт... О, наконец-то взгляд начал приобретать осмысленность...

– Твою же... В рот... Да я... И чтобы вылезло с другой стороны! – из подполковника рванул поток слов и междометий на нецензурируемом варианте великого и могучего.

Он описывал меткими фразами все пережитое и тут же добавлял самые цветистые напутствия в мой адрес. Правда, иногда пожелания были не совместимы с ни с моей физиологией, ни с моей половой ориентацией, но когда и кого это останавливало?

Я молча внимал, пытаясь запомнить наиболее интересные обороты. Ведь осьминог с клешнями это как минимум интересно. Особенно при башню, которую потом... Но вообще, чего он так завелся? Скорость точно ниже сотни была – мне просто негде было разогнаться.

– Но вообще отлично! Леониду Ильичу должно понравиться – внезапно совершенно нормальным голосом завершил он – но ты все-таки так больше не лихачь!

– Кстати, а где он? – я завертел головой, на всякий случая пытаясь отыскать виновника торжества.

– Где надо. Освободится и приедет. Или не приедет. – меня тут же вернули на землю.

– Хорошо, тогда пойду тряпку намочу. А то неудобно – все сиденье в пыли.

– Давай, а я тут еще осмотрюсь.

Одним сиденьем не обошлось. Оценив объем работ, я притащил ведро с теплой водой и принялся оттирать все, видимое глазу. Чую, у двигателя к некоторым местам не прикасались еще с завода.

Выжимая в очередной раз тряпку, я распрямился и увидел два ЗИСа, которые как-то уж очень плавно вплывали в ворота базы. Тут же рядом магическим образом нарисовалось начальство, усиленно делающее вид, что оно тут совершенно случайно. Дескать вообще ни сном, ни духом. Шло себе по делам и нате вам, визит первого лица республики. Вот совпало, так совпало... Но распоряжение Брежнева об отсутствии шумихи сработало. Ни приветственных криков, ни плакатов с транспарантами не наблюдалось. А ЗИСы... Ну так они к этому гаражу приписаны, где им еще быть-то?

– Доброе утро, товарищи – выйдя из машины, Брежнев поздоровался со всеми за руку.

Надо же, подготовился. На Леониде Ильиче были плотные брюки и отливающая матовым блеском куртка. У летчиков, что ли отобрал? Наверняка не продуваемая и, кажется, воротник можно поднять и закрыться от ветра. Вещь! Я тут же захотел себе такую.

– И вот это вот дотащило ЗИС?

Даже слова те же. Только не понятно, кто у кого нахватался – Рябенко у Брежнева или наоборот. Леонид Ильич обошел кругом, немного похмыкал, рассматривая мои потуги в сварке, а потом решительно уселся за руль.

– Давай, садись рядом и подсказывай! – рука первого секретаря повелительно похлопала по сиденью со стороны пассажира.

Оппа. А вот такой вариант мне как-то в голову не приходил. Вдруг он не справится с управлением? Ладно я гикнусь, но генсека на тридцать лет раньше за что? Выполняя распоряжение, я поймал взгляд подполковника. Тот чуть кивнул головой и прикрыл глаза. Ага, если это не «все в порядке», то...

Додумать о возможных значениях невербальной сигнализации мне не дал мой высокопоставленный водитель. Заведя двигатель, он включил первую передачу и подгазовывая, резко тронулся.

– С газом аккуратней, машина легко в занос задней оси уходит! – тут же предупредил я.

Леонид Ильич молча кивнул, прислушиваясь к рокоту двигателя. Ладно, раз я справа, то быть мне штурманом. Вытянув левую руку вперед, я взмахами ладони подсказывал маршрут. Осматриваясь на предмет посторонних, я увидел, как оба ЗИСа пристроились к нам сзади. Это они правильно конечно поступают, но немного наивно... На этих крейсерах соваться в степь смысла мало...

– Так, теперь вот тут, по накатанному съезжайте в степь – по совету Александра Яковлевича я решил не выпендриваться и просто дать Брежневу прокатиться по большому кругу. Ям и горок тут вроде нет, а всякие кусты видны издалека.

– А теперь плавно добавляйте газу. Для степной езды очень хорошо подходит поговорка «больше скорость – меньше ям»! – окончание про слесарей я решил не озвучивать.

Черт, кажется, у нас разные понятия для термина «плавно». Взревев мотором, багги выбросило огромную кучу пыли и тут же попыталось уйти в занос. Однако Леонид Ильич, не моргнув глазом, спокойно парировал рулем и тут же воткнул вторую.

Мама! Теперь я понимаю причину охреневания подполковника. Водителю-то хорошо – он держится за руль и у него ремни. Пассажиру же не остается ничего, кроме как попытаться зацепиться за обивку сидения или за наваренный каркас. Вот что мне стоило подумать чуть раньше и приварить какую-нибудь ручку перед носом? Упершись ногами в остатки пола, я очень остро жалел о том, что я не Фредди Крюгер. Счас бы вонзил когти на полную глубину и хрен кто меня отсюда выковырял бы.

– Газ в пол! До упора! – пока я разбирался со своими ощущениями, мой водитель нашел-таки приключений на свою пятую точку. И где успел горку-то найти? Тут же все гладкое, как стол! Теперь главное, чтобы носом не клюнуть, иначе я полечу сизым лебедем впереди машины...

Однако все получилось так, как будто Брежнев выполняет такие трюки по десять раз на дню. Машина, словно почувствовав возложенную на нее роль, взмыла в воздух по совершенно идеальной траектории и пролетев метров пятнадцать, коснулась земли сначала задними, а потом и передними колесами. И никакого намека на занос! Умничка! Вернемся, я тебе все масло поменяю!

Внезапно пепелац чуть вильнул задом и пошел в глубокий занос. Выматерившись про себя, я уже почти бахнул телекинезом, но что-то заставило меня бросить для контроля взгляд влево. А там меня встретила широченная, буквально до ушей, улыбка. Леонид Ильич, чуть склонившись в сторону поворота, заставлял багги крутить широченные «пятаки». Пыль не успевала оседать, поэтому мне в какой-то момент показалось, что мы оказались посреди великого ничто и магическим образом перенеслись к персоналке, давшей мне эту реальность.

Наконец ему это надоело и он вернул руль в среднее положение. Вырвавшись из пыльного плена, мы стремительным галопом рванули вперед. Я тут же закрутил головой, пытаясь отыскать знакомые ориентиры.

– Туда! – снова выставив руку вперед, я показал ладонью нужное направление.

Описав широкую дугу, машина снова воспарила над степью, лишь изредка взбрыкивая и проверяя реакцию сидящего за рулем. Успокоившись насчет водительских навыков, я зашарил глазами в поисках ЗИСов. Ага, вон они. Один медленно ползет по нашим следам, переваливаясь с бока на бок, а водитель второго оказался поумнее и остался на дороге.

Брежнев немного успокоился и сейчас просто летел по прямой, наслаждаясь новыми ощущениями. Ладно, чем бы дитя не тешилось, лишь бы по трамплинам больше не скакало. Но вообще комфорта у пассажира ноль. Ладно ручки нет, так еще и от выпускного коллектора пышет жаром. Бросив вперед взгляд на предмет новых препятствий, я аккуратно переставил ноги, а то затекать начали... Опять «змейку» принялся выделывать... Может, уже назад поедем, а? А то вон, у меня опять радиатор потек, весь двигатель справа внизу мокрый. Или это не радиатор, а помпа? Хотя пофиг, в системе воды в четыре раза больше, чем в двигателе – течь может долго, да и обдув тут гораздо лучше...

Твою же мать! Склонившись в очередном повороте, я увидел источник мокроты. Из бензонасоса легким туманчиком летел бензин. И внезапно, гад такой, прямо на раскаленное колено глушителя. Для предотвращения попадания бензина в картер двигателя в случае повреждения диафрагмы, сделанной из специальной ткани, в нижней части корпуса бензонасоса предусмотрено небольшое отверстие. Познание, ты как всегда вовремя! А раньше процитировать мануал не могло? Я бы трубочку латунную запилил от греха подальше. И про огнетушитель я как-то не подумал тоже...