И.О. Древнего Зла, или мой иномирный отпуск (СИ) - Чернышова Алиса

— Отвратительно, — выплюнула Шийни, стараясь не смотреть на застывших за моим троном огромных пауков. — Ты — чудовище.

Я с огромным трудом подавила ухмылку и, будучи кремнём и аскетом, даже не ввернула популярную в интернетах цитату про карму.

Хотя мне хотелось, да. Уместно, как никогда.

— Как скажешь, дорогая, — усмехнулась я. — Но не большее чудовище, чем ты.

Она тряхнула головой.

— Это… видение… про бордель и колодец. Зачем ты навеяла его? Зачем тебе пугать и унижать меня… этим?

Вот же напасть, а.

— Спроси что-нибудь более релевантное.

— Ладно!.. Зачем мы тебе? Что ты собираешься сделать с нами?

Вот и я думаю — на кой вы мне, такие геморройные, сдались вообще.

И ведь теперь не отвертишься. Как там сказала Шийни, от одной Паучьей Королевы к другой?

Проклятое правило замкнутых кругов и завязанных узлов.

Куда же на моём пути без него.

— Я — монстр, пожирающий и прядущий линии судьбы, — сказала я толику правды о себе, которую малышке напротив всё равно рано понимать, но однажды… — Я забрала ваши судьбы и заменила их своей пряжей. Я выбрала вас, чтобы вы стали моими человеческими паучатами.

Она сглотнула.

— Ты превратишь нас в пауков?

У, какой тяжёлый случай… Девочка моя, ну кто же понимает такие вещи настолько буквально?

— Я превращу вас в то, во что вы позволите себя превратить. Научишься сама прясть свою судьбу — станешь тем, чем пожелаешь стать. Не научишься… Ну, это зависит от моего настроения, знаешь ли. Может, и правда превращу тебя в одного из моих паучков… Хотя пока что, конечно, ты недостаточно хороша для подобной чести.

Она сжала руки в кулаки.

— Что я могу сделать, чтобы ты не превратила моих брата и сестру в пауков?

Я с усмешкой наклонилась вперёд и подмигнула:

— Сказано же тебе: если не хочешь, чтобы твою судьбу ткали за тебя — научись делать это самостоятельно. Других путей нет. Хочешь уничтожить монстра на троне? Научись быть таким же монстром.

— Никогда.

Я не выдержала и рассмеялась.

Неужели я тоже была когда-то вот такой?

А ведь да, была. Очень, очень давно.

Забавно вспоминать.

Зато злодейский смех на фоне этих воспоминаний получается отлично! Лучшая точка в нашем с Шийни разговоре — кроме тех, что однажды, много времени спустя, расставит Пряха.

Но этого я, судя по всему, уже не увижу.

Показав в улыбке множество острых клыков, я решительно развела руки, разрушая иллюзии.

Пора возвращаться к нашим баранам… в смысле, пророкам и тёмным властелинам. А то как они там без нас?

13

— Самое время для пикника, — сказала я.

— Что?! — возмутилась Шийни. — Но там… На нас напали!

Остальные двое человеческих миньонов таращились с не меньшим непониманием.

Учить их ещё и учить!

Я зевнула и посмотрела на происходящий в нескольких метрах от нас бессмертный бой: ребятки с разнообразными фибулами всё же подкараулили нас на выходе из пещер.

Ну то есть как — подкараулили… Я их почуяла издали, но пришла к выводу, что моим спутникам тоже надо заниматься в этой жизни чем-то полезным. Если за них все политические проблемы будет решать хрупкое и ранимое хтоническое зло, то как они после моего ухода жить будут? Убьются же, как пить дать!..

И потом, тут так много красивого показывают.

Я, может, посмотреть хочу.

— Вы правила помните? — уточнила я у своих человеческих паучат. — Корзинки для пикника. Живо! И обустройте нам местечко поуютнее. Это похоже на непонятную ситуацию, а значит мы сделаем что?

— Пойдём поедим? — предположила Шуа робко.

Ну вот, разве не умненький мне попался паучишка? Она определённо начинает улавливать динамику!

— Верно, — согласилась я предовольно. — Пойдём поедим! И заодно полюбуемся на прекрасное.

При мыслях о прекрасном взгляд мой тут же переполз на мастера Лина, грациозные и стремительные движения которого в этих одеждах были просто… Эх.

Всё же жаль, что ему нельзя. Такая фактура, такая стать, такая грация, и эта тёплая энергия…

— Вы облизнулись, — заметила Шуа, очевидно, почувствовав себя значительно свободнее, — вы хотите его съесть?

Хм.

— Слегка, — усмехнулась я, предовольно растянувшись на травке и подставляя лицо лунному свету. — Надкусить так точно. Он выглядит очень вкусным.

Шуа повернулась и серьёзно осмотрела его. Я фыркнула в бокал с вином, поданый предупредительным Шаном.

Ну да, я так себе няня. Кто-то сомневался? Нет?

Одного из подопечных Дэа впечатало в стенку неподалёку, и я задумчиво проследила полёт… Плохо он их всё же выдрессировал. Понимаю, что не хочет конкурентов, но это ж уже совсем не дело, товарищи…

— Госпожа, — о, Шан подал голос, — а мы не должны им помочь?

Хм?

— Помочь? Под “мы” подразумеваюсь я с паучками? Или ты тоже поучаствуешь, что ли?

Он растерянно заморгал.

— Я… тоже поучаствую.

Ох, детёныш, что ж ты такой тупенький?

— И с чего бы, интересно, нам это делать?

Парень моргнул.

— Ну, они же дерутся.

Неоспоримый факт.

Я ещё раз окинула взглядом панораму развернувшегося передо мной магического боя.

С одной стороны был Дэа, который отмахивался хорошо если на одной десятой своей реальной силы, но всё ещё был стильно жесток, как и положено Тёмному Властелину. Его чёрный клинок хищно блестел, а заклятия, которые роились вокруг, были чудо как хороши. Его подручные занимались тем же самым, но с несколько более переменным успехом.

С другой расположился мастер Лин во всём своём текучем, плавном великолепии. Его движения были небрежными и вроде бы даже ленивыми, из оружия присутствовали только ладони, и он, кажется, всё ещё никого не убивал — но между тем, выпадение осадков из бессознательных человеческих тел происходило едва ли не быстрее, чем там, где орудовала другая сторона силы.

Ну не лепота ли?

Хмыкнув, я покосилась на паучонка.

— Ну да, дерутся, — признала я. — Красиво получается. А мы тут при чём?

— Но… люди ведь должны помогать друг другу?

Я придирчиво выбрала себе небольшой сладкий рулетик и постучала палочками по по губам, демонстративно обдумывая концепцию.

— Ты знаешь, кто они такие?

— Ну… наши спутники? А те, напротив, наши враги?

— Нет, лично ты. Ты знаешь, кто они? И что за недоразумения между ними? Почему они дерутся?

На меня изумлённо хлопали три пары человеческих глаз. Мне показалось, что я уловила также взгляд мастера Лина, быстрый и острый… Но, когда я повернулась, чтобы проверить, он уже был чрезвычайно занят нашими новыми знакомыми.

— Нет. Но… мы путешествуем вместе?

— Ну да, целых полдня. Это ты считаешь отличным поводом для того, чтобы соваться в разборки магов? Даже не разобравшись, кто есть кто? Интересно же ты на это смотришь. Или ты считаешь, что твоя жизнь — медная монетка, которую можно выкинуть просто так?

— Эм…

— Ах да… Люди должны помогать друг другу, говоришь ты. И не то чтобы концепция была плоха, но я вижу в ней два недостатка. Первый: те, кто напротив, тоже ведь люди. И как быть? Кому помогать? Второй: люди очень любят придумывать себе и другим (особенно другим!) долги — но не то чтобы кто-то непременно обязан эти непостоянные, изменчивые счета оплачивать… Только если сочтёшь это необходимым с учётом момента; только если сам этого хочешь.

Парень выглядел, как человек, который очень сильно хочет поспорить, но не решается. Я на это только плечами мысленно пожала: возраст.

Повезло, что у меня есть неоспоримые аргументы на этот счёт.

— Ты теперь прислужник Древнего Ленивого Зла, потому тебе надо уяснить одну простую истину: прежде чем бежать отдавать какие-то метафизические долги, очень внимательно подумай, сжуй что-нибудь, а потом задай самому себе два вопроса: что я на самом деле знаю об этом и на кой оно мне надо?.. И вот, я задала себе эти вопросы и пришла к однозначному выводу: непонятная ситуация, которую мы тут наблюдаем, не является моей проблемой. Никаким боком. А значит, и вмешиваться я в неё не стану. Вон те… благородные мужи сами в это вляпались — значит, пусть сами и разбираются.