Империум. Книга 2 - Антон Романович Агафонов

сильнейший воин не просто города, а княжества Саратовского. Сколько раз князь саратовский пытался Андрея Филатова к себе сманить, золото предлагал, дочь свою, красавицу, на выданье даже, а тот всё носом вертел.

— И как думаешь, зачем его сюда твой родственник прислал?

— Запугать вас, барон, — пожал плечами Синицын. — Людей с ним немного, но имя Андрея знают почти все. Кто ж отважится с таким героем драться?

Я на это лишь хмыкнул, продолжая разглядывать корабли. Людей там и впрямь было мало, человек по десять на каждом, но из воинов помимо Филатова, который носил весьма навороченный и разукрашенный латный доспех, было человек пять.

— Ладно, я тебя понял, — кивнул мужчине. — Уходи и не отсвечивай. Нельзя, чтобы он увидел тебя или твоих людей. Если узнает и после этого вернется назад, то вся история с вашей казнью провалится.

— Конечно, Ваше Благородие, — Александр поклонился, ударил кулаком в грудь и поспешил спуститься вниз, а я продолжил наблюдать за кораблями.

Судя по тому, что смог разглядеть издалека, для многих из прибывших тоже было удивительным, что у Вольнова внезапно выросли каменные стены. Теперь это не просто захудалый приграничный городишко, а настоящая крепость, и то ли ещё будет.

— Что мне делать? — спросила прибежавшая Ксения.

— На башню и следи, если начнется бой, стреляй вон в того в цветастой броне, с зеленым плащом. Он самый опасный из них.

— Поняла, — девушка с винтовкой в руках отправилась на позицию, а я пошел вниз, собираясь встречать дорогих гостей.

Поскольку их было немного, я решил рискнуть и позволил отворить ворота, ведущие в портовую часть города. Пятерка воинов и ещё семеро слуг неторопливо вошли, оглядываясь по сторонам. И этот Филатов мне не понравился, смотрел на всех сверху вниз и напоминал мне баронета, сидящего в темнице.

— Кто тут барон Градов? — громко крикнул он.

— Я барон Градов, — ответил ему, сидя на стуле прямо на центральной площади. За моей спиной стояло мое небольшое воинство, исключая людей Синицына. Те сейчас в казармах дожидались приказа к битве. Судя по тому, как Синицын говорил о Филатове, большой любви к нему он тоже не испытывал, так как даже не попытался вступиться или убедить меня, что с ним можно договориться. — А вы сами кто будете?

— И впрямь глушь, несмотря на крепостные стены, — криво усмехнулся воин. — Не уж-то люд тут не слышал никогда о Филатове Андрее, богатыре земли саратовской?

При упоминании имени кое-кто из наших зашептались, видимо, слышать им всё-таки доводилось.

— Первый раз слышу.

Мои слова для самодовольства Филатова стали пощечиной. Я даже издалека увидел, как у него дернулась щека, и тем не менее, держался он молодцом.

— Я прибыл сюда по личной просьбе барона нижнереченского, Ильи Владиславовича, чтобы убедиться в том, что с его сыном и его людьми всё в порядке. Он готов выкупить их по справедливой цене.

— Выкупить баронета — не проблема. Приведите его, — я кивнул Борису, затем сообщил мужчине: — Но вот с солдатами есть небольшая проблемка. Ночью, после того, как я отправил гонцов с вестью о том, что вероломное нападение на меня провалилось, Александр Синицын и его люди попытались сбежать и освободить юного баронета. Увы, неудачно. Их убили во время этой попытки.

При этих словах богатырь помрачнел.

— Можешь передать своему господину, что они были верны до самого конца и погибли с честью. Надеюсь, о их семьях позаботятся.

— Позаботятся, — кивнул он.

В этот момент Борис привел и баронета, снял мешок с его головы и усадил неподалеку от меня.

— Дядя Андрей! — воскликнул парень, увидев знакомое лицо.

— Заткнись, — Борис дал ему подзатыльник, и от такого обращения вражеский богатырь аж побагровел, а рука легла на рукоять меча.

— Да как вы смеете так обращаться с высокородным! Он наследник барона Нижнереченска.

— Да, только мы в Вольнове, а не в Нижнереченске, и этот человек привел войско в мой город. Пусть твой господин радуется, что я человек прагматичный, и вместо того, чтобы рубить голову баронету, предлагаю выкупить его жизнь.

Филатов пока молчал, смеривая меня гневным и высокомерным взглядом. Руку с меча не убирал, а я всё гадал, во что это выльется. Можно было бы просто прикончить этого типа, лишив нижнереченского барона столь сильного бойца, но и необходимых денег тогда я не увижу. А они нужны.

Нелегкий выбор, но если есть шанс избежать ненужного кровопролития, я им воспользуюсь. У людей тут один враг — та таинственная сущность, что дает силу колдунам и демонам мрака, и она просто использует чужую алчность в своих целях.

— Так что, — бросил я мужчине, — будем меняться? Баронет на выкуп, или так и будем попросту тратить время? Деньги хоть привез, богатырь?

— У меня есть другое предложение, — напыщенно заявил Филатов, а я едва сдержал сокрушенный вздох. Вот, блин, что сложного просто отдать деньги и забрать пленника? Нет, нужно какие-то условия ставить. — Вы отдадите нам баронета, а взамен мы забудем ту неприятную ситуацию, что случилась между Вольновом и Нижнереченском.

У меня от такого наглого заявления едва нервный смешок не вырвался. «Неприятная ситуация», три раза «ХА!».

— Барон нижнереченский напал на мой город, привел войска сюда, штурмовал стены. И вы предлагаете отказаться от компенсации? Это несерьезно, витязь Филатов, — не был уверен, что правильно применил обращение, но никакой реакции от окружения не последовало, значит, все нормально. — Если барон хочет своего щенка, то пусть присылает деньги.

— Вы делаете ошибку, барон. Если я не вернусь с баронетом, то Илья Владиславович обратится к своему доброму другу князю саратовскому за помощью.

А вот и запугивания пошли.

— Хочешь сказать, что саратовский князь отправит сюда свою дружину? — я ухмыльнулся и поднялся со стула, неторопливо приближаясь к мужчине. — Барон уже пытался, и вон где он, — я махнул рукой в сторону баронета, что стоял на коленях и жалобно смотрел на своего «дядю Андрея».

— Не сравнивай войско, отданное в услужение баронету, и дружину светлого князя! — возмутился тот. — Сюда придут сотни обученных воинов, против которых не помогут даже каменные стены.

— Да пусть приходят, — сказал я, зловеще улыбаясь. — Посланники ведь передали другую новость, да? О том, что я маг?

— Да, они говорили, что ты колдун, но твои жалкие фокусы не…

Мужчину отбросило назад. Мгновение он лежал, а затем рывком подскочил с земли, выхватывая меч.

— Ну как, фокусы не действуют?

— Значит, правду говорили, барон Вольнова душу мраку продал… — сквозь зубы процедил богатырь.

— Никому я душу не продавал, — ответил ему. — Но кое в чем они правы: я маг. Который может