Чемпион. Часть вторая (СИ) - Риддер Аристарх

— Саня, ты же водить умеешь? — спросил Иванов у меня.

— Конечно, правда я учился на сто тридцатом, но и отцовскую шестерку тоже водил.

— Ну это без разницы. Садись за руль. Смирнов, тащи этого негра к машине.

— Так точно, товарищ капитан, — ответил тот. А вот и проявилось то что они оба из органов. До этого оба себе такого не позволяли

Пока я садился за руль а Смирнов с негром на заднее сиденье, нож так и оставался возле горла нашего заложника, Иванов держал на прицеле всех остальных.

Но вот мы были в машине и я завел мотор. Тачка оказалась с автоматом так что вообще никаких сложностей у меня не предвиделось.

Иванов рывком открыл переднюю пассажирскую дверь и сказал мне, — гони.

Ну я и погнал, двигаясь примерно туда, откуда мы и заехали в Гарлем.

Сзади нас тут же раздался рёв еще одного двигателя, видимо дружки нашего заложника не могли допустить чтобы мы его увезли.

— Вот козлы, — бросил Иванов со злостью, — всё никак не уймуться.

— Будешь стрелять? — спросил я его смотря на дорогу. На перекрестке горел красный но я даже и не подумал тормозить.

— Что? Нет конечно! Я не собираюсь дипломатический скандал устраивать.

А вот у наших преследователей тормозов, видимо, не было и сзади раздался выстрел, а потом еще один.

Но это только в фильмах можно сразу попасть в цель стреляя из машины, которая ехала по далеко не идеальным улицам. Так что выстрелы ушли в молоко.

И тут же откуда-то сбоку раздалась самая настоящая музыка. Вернее сирена полицейской машины.

— Ага, а вот и местные полицейские, — удовлетворенно сказал Иванов.

Я кинул взгляд в зеркало заднего вида и увидел как машина преследователей постаралась свернуть на одном из поворотов.

Но в неё на полном ходу врезался полицейский форд из которого выбежало сразу двое.

А следом прямо на нас выехало еще две машины с мигалками.

— Всё, Сашка, тормози!

Выходить из машины мы не спешили, сейчас это было просто опасно, нас всех вполне могли застрелить.

Поэтому мы дождались пока сразу четверо патрульных окружат машину. Оружие Иванов предусмотрительно выбросил в окно едва я остановился.

— Рядом с машиной пистолет! — закричал один из полицейских и тут же на нас наставили стволы револьверов, — Руки! Я хочу видеть ваши руки! — приказал нам один полицейских.

Естественно что мы выполнили его приказ. Нож Смирнов кинул себе под ноги. Сейчас было уже не важно что рядом с ним сидел громила который хотел всех нас на ремни пустить. Негр так же как и трое белых рядом с ним держал руки на виду.

Служители правопорядка рывком открыли двери машины и нисколько не церемонясь вытащили всех четверых на улицу. Никто из нас даже и не думал сопротивляться. Потом мы по их команде широко расставили ноги и положили руки кто на капот машины, кто на багажник а кто и на крышу.

— Я сотрудник консульства Советского Союза, — громко, так чтобы его было хорошо слышно всем сказал Иванов. У меня во внутреннем кармане пиджака советский паспорт и удостоверение.

— Ага, а я Томас Джефферсон, — сказал один из патрульных ударил Иванова по ребрам. И вроде бы, удар был не голой рукой. Хотя почему вроде бы? Он точно ударил кастетом, вон он виден, — Сержант, я видел как этот парень выкинул из машины пистолет. Этот нигер тоже из советского консульства? — это уже нам.

— В наручники всех четверых, — сказал тот к кому обратился патрульный, совсем еще молодой парень, — и проверь его карманы.

Этот сержант тоже был негром, и таким здоровым что ему в пору в баскетбол играть. Вернее даже не в баскетбол а в американский футбол. На позиции лайн брейкера, или тайт энда он смотрелся бы уместней. Этакий черный Тревис Келси, зачем-то нацепивший полицейскую форму, в свете фар, полицейских фонарей и уличного освещения я успел заметить на его значке звание и имя с фамилией. Сержант Рэймонд Холт.

— Сержант, — в голосе молодого патрульного появилась неуверенность. А парень-то не врал. У него и правда советские документы.

— А ну ка дай их сюда, и кто-нибудь, дайте свет, — сказал Холт.

В это время еще один из его подчиненных обыскивал Смирнова и достав и его бумаги тоже сказал.

— Рэй, тут еще один русский. Тоже сотрудник консульства.

— А у меня без сюрпризов, у черного как бы не две унции марихуаны и дюжина таблеток.

— Документы второго тоже сюда. И Диас, вызови диспетчера, пусть позвонят капитану и скажут чтобы он срочно ехал в участок. Чувствую он нам понадобиться.

— На вашем месте, сержант, я бы сразу вызывал комиссара и кого-нибудь из гос. департамента, — сказал Иванов. Вот же железный мужик! В голосе ни тени недавнего удара по ребрам. А я видел что патрульный ударил его кастетом. Интересно, это у них сейчас правила такие или кастет личная инициатива подчиненного Холта?

— Помощник атташе по культуре Николай Иванов и второй заместитель консула в Сан-Франциско Николай Смирнов, — задумчиво проговорил сержант когда прочитал документы моих сопровождающих.

Он убрал документы в карман и в свете фонарей внимательно посмотрел на всех четверых.

— Третий белый тоже дипломат? — спросил он у патрульных.

— Нет, у него обычный паспорт, — раздался ответ.

— Ладно, русских в мою машину а нигера к его дружкам. И поехали в участок. Там со всем разберемся.

— У нас будут проблемы? — спросил я у Иванова когда нас всех троих посадили в полицейскую машину. Патрульный который бил кастетом был за рулём а Холт занялся рацией.

— Конечно будут. Мне голову в комитете снимут за наши приключения. О майорских звёздочках теперь можно и не мечтать

— А здесь?

— А, ты про это? Нет. У нас же с Колей дипломатические паспорта. Вот если бы я начал стрелять. тогда да. А так нет.

— А почему ты сказал только про комиссара полиции и чиновника из гос. департамента но не упомянул наших, посла или консула?

— Посмотри на этого Холта. Он же служака с одной извилиной и та от фуражки. Ни к чему было его дополнительно мозги парить. Приедем в их участок и там уже потребуем вызвать Юрия Владимировича Дубинина, нашего посла. Он как раз сейчас в Нью-Йорке. Не переживай Сашка, всё будет нормально.

— Так парни, — сказал Холт, он в это время как раз закончил разговаривать с диспетчером и вызвал к себе в участок комиссара полиции, — я ни слова не понимаю из того что вы говорите, поэтому заткнитесь. И как там тебя, Иванов, что вообще случилось, почему вы оказались в Гарлеме?

— Я не готов разговаривать с представителями власти без советского посла. Как там у вас, «Всё что вы скажете может использоваться против вас», верно?

— Ну как знаешь, — несколько разочарованно произнёс Холт.

Когда мы приехали в участок то сержант первым делом приказал снять с нас наручники, очень вовремя, у меня уже руки начали затекать а завтра финальный аккорд моей командировки.

— Сержант, этих куда, — спросил патрульный Диас, тот который обыскивал Смирнова, — в обезьянник к их черным дружкам?

— Будешь задавать такие вопросы никогда так и не поднимешься выше. Нигеров за решетку а русских в кабинет капитана.

Оказавшись в этом самом кабинете, кстати довольно уютном, за креслом куда Холт уселся на стене висели награды в рамке и фотографии, судя по всему капитан этого участка был итальянцем, Иванов сказал:

— Я требую чтобы вы вызвали сюда советского посла.

— Прям таки требуешь? — спросил негр доставая сигареты и закуривая.

— Да, требую. Давайте не будем усугублять проблему. Вы же понимаете что в любом случае это потребуется.

— Понимаю, — вздохнул Холт.

Через сорок минут в кабинете было не протолкнуться от очень важных людей. И только когда прибыл Дубинин, Иванов начал говорить.

Если бы упомянул о том что ему сломали ребра при задержании, а то что это так выяснилось уже в гостинице при консульстве, то у людей Холта и у самого сержанта были бы очень большие проблемы.