Кинетик. Цикл (СИ) - Анин Александр

Так получилось, что его работа стала практически единственным развлечением на заставе, и в его мастерской появилась пара лавочек, на которых постоянно сидел кто-то из бояр или солдат гарнизона.

Ковал сейчас Серый в четыре молота, и от частоты ударов заготовки не успевали остывать. Это позволяло делать колоссальный объём работы в кратчайшие сроки. На изготовление меча и ножа у него уходило всего два дня, при этом он ещё успевал поболтать с целительницей на тоурлендском и дважды в неделю позаниматься контролем. Когда пришло время ехать за заказами в Литейное у него на руках было ещё восемь мечей и дюжина добрых ножей.

Воеводы на месте не было, и Серый оставил клинки у него в светлице, а на реализацию ножей договорился с торговцем на торге.

В Литейное он попал только после обеда, но сразу пошёл не к Бурану, а к старосте.

Дом старосты отличался своими размерами и высотой, возвышаясь на два этажа. Толстые саманные стены были украшены глиняной лепниной и побелены, а крыша была не просто обмазана глиной, а аккуратно натянута блестящим слоем.

Постучав в дверь, Серый дождался пока ему отворят.

— Здравствуй боярин, чем обязаны?- поздоровалась с ним высокая крепкая женщина в домотканом сарафане с обилием вышивки на груди и подоле.

— Здравствуй, хозяйка. Старосту мне нужно видеть.

— В отъезде он в Полянске, боярин, но к вечеру должен быть.

— Мне сегодня переночевать в вашем селе нужно будет, к кому обратиться?

— Так у нас гостевая комната завсегда дожидается дорогих гостей.

— Предусмотрительно.

— Проходите, вам стол когда накрыть?

— Обед я пропустил, поэтому от еды не откажусь. За еду и постой заплачу. Звать меня Серый.

Он с вопросом посмотрел на женщину, и та, спохватившись, тоже представилась.

— Зарина я, боярин. Мужа моего Тавром зовут, дочь Верба, а сын Стриж.

— Будем знакомы, — проговорил он и проследовал за хозяйкой в дом.

На кухонном столе быстро появились копченое мясо, хлеб и миска похлёбки, и Серый с аппетитом принялся уплетать Заринину стряпню.

— Боярин, а что привело вас в наше село?

— Во-первых, у меня заказ тут, а во-вторых думаю домик тут построить, чтоб было куда с заставы вернуться на зиму.

— А что не в городе, а у нас?

— Заказов много буду делать литейщикам, а мотаться туда-сюда не хочу. Артель -то строительная у вас есть?

— Есть, как не быть. Мы село богатое, и строят у нас часто. Но ежели что, то и баб соберём глину месить да стены мазать и всё быстро сделаем.

— Это хорошо. Дом мне нужен будет небольшой, и нужно будет строение под большую кузницу. И, кстати, крышу вы такую как делали?

— Да как все.

— Зарина, не лукавь. Я торговать вашими секретами не буду.

— На рыбьем клее обмазку замешивали. Дорого, но уже пять лет стоит и как новая.

— Вот и мне так надо будет сделать.

— Боярин, а кузница тебе на что?

— А что я зимой делать буду?

— Так не боярское это дело, молотом махать…

— Значит, я неправильный боярин. Да и не ваше это дело, чем бояре развлекать себя в зиму надумают.

— Как это не наше? У нас тут девиц много, и от боярина понести всяка захочет.

Серый аж глаза вытаращил, что заставило женщину покраснеть.

— А что, боярин, вы так смотрите, вам не трудно, а бабам радость, если дитя одарённым народится. Это же деньги от князя каждое лето по золотому.

— Ага, а мне по улице не пройти будет. Из каждого двора будут кричать — папа! Нет, таким способом материальное благополучие повышать на следует, а то будет не Литейное, а Боярское или Волково. Да и если учитывать ваши нравы, то и металл лить некому будет, а это одна из основ процветания княжества. Ладно, пойду я к мастеровым, заказ забирать и спасибо за обед.

В литейном цеху ассортимент продукции был ныне иной. Молоты конечно лили, но в углу цеха возвышалась гора сковородок разных размеров.

— Привет, мастера!- бодро поздоровался он.- Смотрю, новую продукцию освоили?

— И тебе здравствовать, боярин, -навстречу ему вышел Буран.- А что не лить, если вещь добрая и спрос есть. Да и мясо жареное не на костре тоже вкус добрый имеет. — Тоже верно.

— Заказ твой мы сделали. Не сказать что было просто, но познавательно. Так что можешь принимать работу.

Серый внимательно осмотрел работу и был доволен.

— Молодцы, на вид добротно.

— Лучше не умеем. С наковальней конечно на маялись, всёж два с половиной пуда нагреть, поднять и разлить не просто, но для кузнецов вещь будет удобная,- оценил мастер.

— Даже не сомневаюсь. Вы меня не забывайте, я у вас ещё появляться буду, так что можно сказать не прощаюсь.

— Рады будем видеть, боярин. Особенно с интересными заказами, — ответил Буран.

Подхватив Силой все свои приобретения, Серый направился к кузнецам, чтоб купить белого порошка для сварки, а от них к кустам с полётником и к дому старосты.

Гружёный полётник у селян понимания, что это такое не вызывал, поэтому они только хлопали глазами, глядя на непонятную конструкцию с непонятными литыми железяками, плывущую следом за боярином.

Пока Серый ходил до кузнецов и литейщиков, солнце уже начало уходить в закат, и у ворот усадьбы старосты было оживлённо. Тут стояло несколько телег и с них сгружали мешки, по всей видимости с зерном. Зарина стояла тут же и ставила черточки на кусочке бересты.

Опустив полётник у стены дома, Серый спросил:

— Зарина, все мешки сгружать будете?

— Да, боярин, — ответила женщина и обомлела, когда десять кулей поплыли в сторону сарая.

— Уй-ё…- раздалось оттуда, и крепкие руки мужиков сноровисто стали принимать мешки, висевшие в воздухе у двери.

Оставшиеся четыре телеги сгрузили быстро, и из сарая вышло четверо крепких мужиков.

— Спасибо, боярин, что подсобил.

— Кто из вас староста?- спросил Серый.

— Я за него, — ответил очень крепкий мужчина с окладистой седой бородой.

— Мне бы с вами переговорить.

— Всегда пожалуйста, боярин. Прошу в дом.

В доме стол уже был накрыт, и у него стояла молодая стройная девушка с двумя косами и тоже в домотканом сарафане, которая при виде боярина покраснела и опустила глаза.

— Присаживайтесь с столу, уважаемый, а я сейчас пыль смою и тоже присоединюсь.

Серый опустился на лавку и ещё раз бросил взгляд на девушку. Высокая, пшеничные волосы, голубые, как у матери, глаза и как женщина уже вполне сформирована. Почему ещё не замужем? Может дура или чем больна, что никто не берёт, но с такими вопросами приставать к девице не станешь, поэтому сидим тихо и помалкиваем-решил для себя он.

— Поснедаем, боярин, или сразу к делу?

— Можем и совместить, пока ещё светло.

— Тоже верно.

Тавр присел за стол, а Зарина с дочерью присели на лавку очага, сложенного из дикого камня. В очаге горел огонь, над которым висел бронзовый котёл с крышкой. Эдакий камин для приготовления пищи.

— Мне нужен участок земли и люди, что до холодов дом поставят и большую кузницу.

— Насколько много земли?

— Шагов двести на двести пятьдесят.

— Выделим.

— Дом небольшой, шагов десять на восемь в один этаж, а кузницу в два раза длинней. Окна большие под потолком, горн и печь в доме. Дрова и уголь на обогрев, и крышу, как у вас. Баню. Если нормально успеете, то забор справить нужно. Денег оставлю сколько скажете. Да, ещё пригляд нужен в моё отсутствие.

— Воля ваша понятна,боярин. Денег нужно не меньше восьми монет золотом, раз крыши как у нас.

На улице быстро опускались сумерки, и Верба принесла глиняную миску со свечой и поставила на стол.

— Спасибо, дочка, — проговорил Тавр и, посмотрев на Серого, спросил. — Сами-то когда появитесь?

— До снегов я на заставе, а так буду наведываться посматривать, да и сталь тут покупать выгодней.

— Стали много надо?

— У вас в доме есть?

— В сарае.

— Шесть криц возьму.

— Восемнадцать монет серебром.