Авантюристка Кейт. На краю земли - Айлин Лин

Мне приходилось быть вежливой с этим человеком, всё же я аристократка, а притом что парень не допускал в мою сторону откровенных поползновений, могущих негативно отразиться на моей девичьей чести, то и у меня не было повода его жёстко отбрить. Но я чувствовала, что его сладкие речи мне порядком надоели и я на грани.

Также меня радовали дороги. Прекрасные насыпные дороги, их уже провели почти по всей немалой территории острова. Я запустила масштабное производство сыра с голубой плесенью и даже выкупила маленькую уютную лавочку в Ушуйе, чтобы без посредников продавать это удивительное лакомство. Вкус и текстуру оценили все, кто хоть раз пробовал мой Рокфор. Название я оставила прежним, не став заморачиваться и выдумывать что-то своё.

И так как все наши дома, хозяйственные постройки, мастерские и цеха уже красовались застеклёнными оконными проёмами, то пришло время выполнить обещание, данное епископу Мишелю, а именно: облагородить церковь, подарив ей прозрачные окна. Завтра рано утром главный мастер стекольного завода с подмастерьями отправится в Ушуйю, за ним вслед потянется обоз, полный готовой продукции. По моим прикидкам за месяц — два, его бригада должна застеклить всё здание церкви и все пристройки. На этом мой долг епископу Мишелю будет полностью погашен, а в качестве особого расположения я решила подарить ему несколько мешочков с драгоценными специями, которые мастер Джейкоб должен будет вручить священнику лично в руки. Думаю, святой отец оценит мою щедрость и будет ещё более сговорчив, хотя, куда уж больше? А ещё, как бы епископ ни морщился в тот день, когда прибыл в моё поместье: ему сильно не нравились мои новинки, но жадность победила, и он попросил оказать ему маленькую услугу: сделать такую же ванную комнату в его личных апартаментах в Церкви. Отказывать ему не стала, но попросила подождать некоторое время, поскольку строители мои были загружены по самую маковку. Только после того, как они достроят мне пирс, я смогу выделить часть из них, дабы уважить церковника.

Добыча жемчуга застопорилась: мне некогда было заниматься ещё и этим непростым промыслом. Да и, если честно, рабочих рук катастрофически не хватало, даже с учётом пополнения.

Мой маг-менталист, Шарль, всё ещё лечил деформированные сознания людей, пострадавших от рук инквизиторов. Его упорство, вкупе с приложенными выматывающими усилиями, в итоге спустя несколько недель, принесли свои плоды: потерявшие магические способности, а таких было большинство, потихоньку вливались в общество, адаптировались, ко всем частично, а к кому-то и полностью, возвратились воспоминания. Некоторые хотели вернуться туда, откуда они родом. Я, конечно же, тут же предложила всем желающим деньги и через порт Ушуйи отплыть к дальним туманным берегам Англосаксии. Отчего-то никто из новичков, прожив в нашем уже достаточно крупном поселении несколько дней, так и не пришёл за деньгами и просьбой о сопровождении.

— Рря! — у моих ног лежала Гроза, присев на корточки я погладила блестящую шёрстку, животное в ответ ласково заурчало.

— Ты так мурчишь, как-будто в тебя встроен маленький, но очень мощный, моторчик, — улыбнулась я. — Хочу проложить нормальную дорогу между Огненным островом и Ушуйей. А затем заняться созданием самоходной повозки.

— Мм-ря?

— Хмм, — почесав за толстеньким ушком львёнка, я задумалась. — Железную дорогу проложить тоже было бы хорошо, но как бы пупочек не развязался, дорогая моя. Красавица, — нежно поглаживая свою Грозу, размышляла я.

— Ваше Высочество! — ко мне, чуть запыхавшись, подбежал маленький Бобби, — там это… как там…

— Отдышись, — улыбнулась я, глядя на мальчонку, — попей воды.

Ребёнок кивнул, сорвал с ремня свою маленькую фляжку и, откупорив крышку, жадно сделал пару крупных глотков.

— Там к вам прибыл сам лорд Дорби, просит срочно принять. Говорит, что начался сезон и его корабли вскорости отправятся в дальнее плавание.

— Спасибо, вот держи, — я вынула из кармана яблоко, — угощайся.

Было заметно, что малыш видеть этот фрукт не может, точно приелись, но отказаться постеснялся, правда, робко добавил:

Ваше Высочество, а можно я тут с Грозой ещё посижу?

— Если она не против, то я возражать не стану, — подмигнула ему и перевела вопросительный взор на львёнка.

— Мря! — баловница лениво вытянулась, открывая светлое пузико. Приглашение было понято правильно, и Бобби тут же плюхнулся рядом, чтобы погладить всеобщую любимицу.

Я же уже спешила в сторону поместья. С лордом Дорби мы познакомились на балу в доме бургомистра; мужчина оказался очень хватким и весьма деятельным человеком. Мне импонировало его отношение и к своим работникам, и к партнёрам. Остановив выбор на нём, я ещё ни разу не пожалела, что когда-то поступила именно так.

— Ваше Высочество! День добрый! — Жорж уже ждал меня в приёмной, поздоровавшись в ответ, пригласила его в свой кабинет.

— Лорд Дерби, — я вынула список со всеми товарами, которые хотела пустить на экспорт в другие страны. — Бумага, посуда из стекла, сыр Рокфор, ароматические масла, хлопковая ткань отменного качества и разной расцветки — всё это уже упаковано и уложено в деревянные ящики. И подписано, — припечатала я, следя, как Жорж шевелит губами, изучая врученный ему перечень товаров.

— Отлично, просто отлично, — партнёр довольно сложил лист вчетверо и спрятал за пазуху.

— Цены я тоже приписала.

— Я заметил, — спокойно кивнул мужчина.

— И вы не будете спорить по этому поводу? — удивилась я.

— Все вещицы я уже видел и, Ваше Высочество, простите мою дерзость, но их цену вы неприлично занизили. Этот товар невероятен, ему нет аналогов, — покачал головой мужчина.

— Это вы так думаете, — весело хмыкнула я. — Всё, что накинете сверху ваше.

Лорд мечтательно посмотрел перед собой, мысленно прикидывая, какую накрутку ему сделать, а точнее, насколько его совесть способна была обобрать бедных покупателей Константинуполиса.

Глава 22

Интерлюдия

Лорд Дерби стоял у правого борта своей каракки и глядел на близкий берег Константинуполиса. Белоснежный дворец на возвышенности сверкал в лучах восходящего солнца, как крупный бриллиант в обрамлении мелких камней поменьше. Лорд-купец любил столицу Византийской Империи, его душа торгаша радовалась каждому дню, проведённому в этом городе и на рыночной площади, самой большой в мире. Его осудили бы снобы Англосаксии за увлечение подобными делами, но где был он, а где тот туманный, промёрзший остров вместе со всеми аристократами? А кровь его матери, потомственной купчихи, кипела и требовала выхода. И быть успешным бизнесменом, как часто говорила Её Высочество Екатерина, не позор, а привилегия, ибо он был одним из лучших в своём деле. Да и сама Её Высочество отменно вела переговоры, а уж продукция, которая выходила из её мастерских, поражала воображение.

Когда он впервые увидел белый пергамент,