Дракон, выйди вон! - Анна Митро

для моих ушей, для двоих мужчин точно стал ядом. – После личной трагедии, дар у нее вырос в разы, и я все это время была с ней. Никаких признаков буйства или безумства я не вижу, наоборот, она со всей ответственностью подошла к произошедшему. Наблюдается у меня два раза в день, выполняет все рекомендации. Физические нагрузки и медитацию в том числе посоветовала ей именно я, для того, чтобы каналы как можно быстрее пришли в норму. Если хотите, я сделаю отчет по своим записям.

– Вы ведете записи по мистрес Моранди, Генезер? – у подруги, а никем другим я ее с этой минуты считать точно не могу, получилось удивить ректора.

– Да, веду. И дар свой она контролирует, тому есть свидетели. Единственное, что я замерила бы его уровень, чтобы документация совпадала с новыми реалиями. И была бы не прочь осмотреть магистра Дизраэли, чтобы убедиться, что больше никого гонять по полигону боевыми заклятиями он не станет, – у того снова вырвался рык, но уже потише.

– Что же, вашим словам у меня нет причин не доверять, – ректор задумчиво уселся в кресле.

– Какая же это трагедия могла случиться у такой юной девы, раз у нее дар вырос настолько, что понадобился присмотр лекаря? – прищурился Дизраэли. – Насколько знаю, герцог Мор себе вполне здравствует.

– Как вам не стыдно? – опешил Аштау.

– Ничего, магистр, с одним хамом я как-то справлюсь, мне скоро противостоять целым группам, – усмехнулась я. Может для Брианны разговор про секс вне брака и был бы прилюдной казнью, но Софью Эдуардовну он может даже развлечь. – Обычная трагедия для юной девы, магистр Дизраэли. Если вы не в курсе, то я не должна была возвращаться в академию, да еще и преподавателем бытовой магии, а собиралась выйти замуж. Вот буквально со дня на день. И потому, а так же от бесконечной влюбленности потеряла голову и позволила своему жениху лишить меня чести. Ведь у него своей отродясь не бывало! Он после этого доложил все моему отцу и аннулировал помолвку. А отец отрекся от меня. А вы… Вы лишь подтвердили мои мысли, что большинство мужчин не заслуживают ни доверия, ни расположения. Этого объяснения, я думаю, вам будет достаточно! Простите, ректор Гроссет, если вы намереваетесь меня уволить, то давайте решим этот вопрос сейчас же.

– Нет, мистрес, с точки зрения профессионализма у меня к вам претензий нет, кабинет ваш я видел. Да и слова мистрес Генезер в вашу защиту вполне достаточно. Думаю, магистр Дизраэли согласиться со мной и сделает выводы, – ректор склонил голову на бок, и посмотрел на боевика так, словно что-то от него ждет.

– Я… Приношу свои извинения, – процедил дракон. – Я сомневался, что вам тут место, но вы развеяли мои сомнения.

– Так вы меня проверяли таким образом? – мое возмущение вызвало у него усмешку. – Ладно. Хорошо. Тогда ходите теперь и оборачивайтесь.

– Вы мне угрожаете? – к слову сказать, опешил не только он, а все присутствующие. Даже мне самой стало неловко от последних слов.

– Нет, просто жизнь стремиться к равновесию. Сегодня вы меня проверяли, завтра вас кто-нибудь проверит. Баланс, – постаралась я реабилитироваться, но никто не поверил мне ни на йоту.

– Так, а давайте всех проверять будем только я и мистрес Генезер? Например, узнаем, насколько вырос ваш дар. Обычно для успокоения после скачка достаточно нескольких дней, а у вас все продолжается больше недели. Мистрес? – он обратился к Этери, та кивнула. – Сейчас от вас ничего не потребуется, просто взять в руки одну вещь и расслабиться.

– А я помогу тебе. Хорошо? – подруга была задумчива, но ее состояние не вызывало испуга, поэтому я просто кивнула.

Дизраэли и Аштау отсели подальше. А ректор, достав из шкафа резную коробку, вытащил из нее круглой формы черный камень. На нем как круги на воде расходились полоски со значениями от единицы до десяти, а от центра к краю стремились шесть лучей.

Я аккуратно взяла в ладони камень, оказавшийся очень тяжелым. Настолько, что охнув, я положила его к себе на колени, но рук оторвать от него не смогла. Этери приобняла меня за плечи.

– Просто закройте глаза и не сопротивляйтесь, Моранди, вы же уже проходили подобную процедуру, – поморщился ректор.

Но я уже не слушала его, ведь меня от рук до головы пронзила адская боль. Было ощущение, словно из меня вытягивают кровь, силы, жизнь, не знаю, что именно, но это было жутко. И лишь тепло от рук Этери удерживало меня в сознании.

– Невероятно, – одновременно произнесли дракон и ректор.

– Что-то не так! – пыталась обратить их внимание на какую-то странность подруга.

И я слышала голос Аштау, но слов уже разобрать не могла. В голове раздавались тысячи взрывов, а кожу словно вспарывали тупыми ножами. Слезы полились градом.

– Прошу, прекратите, – прошептала я, не в силах скинуть мерзкий камень с себя. Но никто меня не услышал. – Пожалуйста, хватит!

– Потерпи, Бри, – Этери прижала меня сильней, и я чувствовала, как ее энергия льется в меня, но словно мимо.

– Остановись, Эт… Все зря, – яркий свет даже сквозь закрытые глаза был виден, и любопытство, не смотря на весь кошмар, что со мной происходил, победило. Я их открыла, и увиденное заставило даже о боли забыть на какое-то время.

Огонь с моих рук вытекал в камень, раскалив его докрасна, при этом шестая часть поля горела, а остальные мигали, словно уровень звука на музыкальной записи, от ноля до десяти. А потом со страшным скрежетом камень рассыпался на куски, оставляя на моих ладонях кровавые ожоги.

Глава 9

Огромная морда нависала надо мной и глаза этой морды, не мигая, смотрели на меня. А я, лежа, тряслась, как осиновый лист. Ломило тело, горели ладони, раскалывалась голова, но это не мешало мне пытаться отползти прочь.

– Ты где-то р-р-рядом. Твое тепло повсюду, такое пр-р-риятное. Но тебе пора.. Просыпайся!

Я пришла в себя резко, словно вынырнула из воды. И тут же на меня обрушились звуки, запахи, чувства, ощущения. От них было плохо. Голова кружилась даже с закрытыми глазами. А когда я их открыла, то вокруг вместо привычных картинок меня окружали цветные пятна. Нет, через несколько мгновений я смогла сфокусироваться, но