Рассвет. Том 1 - Андрей Валерьевич Степанов

от войны подальше, добрались аж до самой Нируды — внезапно передумали и вступили в боевые действия. Которые им вообще не сдались.

— Лишь бы у человека были подходящие навыки, — я обиделся на то, что Анарей так внезапно выдернул мысли из моей головы наружу. Да еще и умудрился вывернуть все так, словно я пытался загнать несчастных в очень неприятные условия.

— А как оно выглядит, Бавлер? Так и выглядит. Ты меня только неправильно не пойми, — он отложил в сторону куриную косточку и посмотрел на меня, как на последнего мясника. По крайней мере, я так посчитал, а капитан продолжил: — Все же ты стараешься для людей, но сейчас это выглядит, как будто ради жизни сотни можно и одним пожертвовать?

— Вероятно, только я не согласился бы с этой жертвой!

— А если его раскроют? Убьют на месте, понимаешь?

— Значит, наша задача, раз уж мы тут сидим и планируем, — громким шепотом продолжил я: — организовать все так, чтобы этот парень, который решится войти в форт, не пострадал и не погиб тем более.

— И как это сделать?

— У вас же не именные формы? — спросил я, глядя на одежду Вариола и Виллемента.

— Нет, — ответили те.

И ведь надо же было мне только что присмотреться к ним. Именно в искусственном свете свечей я заметил, что у них не просто вареная кожа. А крестом расположенные полоски, нашитые на груди. Были ли такие же на спине — я не мог увидеть.

Но у Конральда и многих людей, кто носил кожу, крестов не было. Поэтому я внимательно посмотрел на одежду Вариола:

— Что это? Отличительные знаки? — и указал на полоски кожи.

— У каждого города свои комбинации, отличающие его от других, — ответил тот. — Во время боя очень важно выделять своих.

— Но разве в бою обратишь внимание на эти полоски? — спросил я. — Они не очень-то выделяются, и я их только что заметил.

— Военного дела люди знают, куда смотреть. У нас — кресты. Есть еще полоски: одна, две, три — горизонтальные и вертикальные. И много других комбинаций, — пояснил Вариол.

— Анарей, в форте же все с такими ходят? Ну, или хотя бы большинство? — уточнил я. Капитан замялся, но кивнул.

— Форму я никому не отдам! — воскликнул солдат.

— Отдашь. Еще как отдашь — если будет, кому отдавать, — фыркнул я. — Слушайте, я тут чего подумал, — и, пошире расставив локти, продолжил: — А что случилось с камнеметными машинами? Они были довольно высокими, но внутри крепости я их не увидел.

И посмотрел на тех, кого с нами отправил Миолин. Те недоуменно уставились на меня:

— Мы не понимаем, о чем ты говоришь.

Пришлось рассказать им историю о том, как создавался этот форт, как пришла вражеская армия в количестве пары отрядов, а мы отжали у них камнеметные машины. Которые сейчас благополучно растворились в воздухе.

— Да, их было бы видно, — озадачился капитан Анарей.

— Разобрали?

— Нет, для этого нужны инженеры, а в моем отряде таких не было. И никто не посылал инженеров мне в помощь, — добавил он. — Чем дальше в лес, тем злее волки…

— Значит ты выяснишь, куда они делись, — ответил я.

— Я⁇ — возмутился капитан.

— Тебе же предстоит потом заниматься фортом. Как и раньше. Идем, — я встал, убедившись, что к нам трактирщик так и не подойдет. — Нужно поспрашивать людей в лагере. В Ничках мы и правда никого не найдем.

— То есть ты оставил нас обсудить, потом все порешал сам? — спросил Анарей.

— Конечно, я же главный, — хитро улыбнулся я. — Но нам правда очень повезет, если мы сможем найти хоть кого-нибудь нам в помощь. Такого, чтобы, как ты сам говорил, и хитрый, и ловкий.

Мы кивнули на прощанье трактирщику. Тот пожал плечами, развел руки в стороны, чтобы показать, что так ничего и не сможет нам предложить.

Поэтому наша четверка отправилась в путь — к счастью, довольно близкий, но усталость после бессонной ночи, подкрепленная вкусной едой, привела к вялости. И едва ли мы бы сделали значительный рывок, кроме как до лагеря. Типичную стометровку.

— И кого мы здесь спрашивать будем? — поинтересовался у меня капитан.

— Я бы… — и тут на меня напала жуткая зевота. — Так дело не пойдет, — я постарался открыть глаза пошире, но веки усердно стремились встретиться, поэтому я собрался с силами: — Едва ли я сейчас смогу быть хоть чем-то полезен.

— Вижу, — мрачно отметил капитан Анарей. — Что ты предлагаешь? Оставить нас втроем?

— Нет, как только найдем четвертого, мне на замену, я отправлюсь спать, — проговорил я. — Но не уверен в том, что доберусь до Рассвета, так что схожу в гости к Арину.

— Тогда чего мы… — продолжил вояка и затих.

Он смотрел на криво расставленные палатки, среди которых копошились дети, женщины, иногда попадались старики. Я попытался одним только взглядом найти кого-нибудь, кто мог бы нам помочь.

Людей вокруг было довольно много. И все не подходил никто. Я успел насчитать почти тридцать человек самого разного вида. И никого, кто подходил бы под наши запросы.

— Кажется, Бавлер, твой план сорвался, — с грустью проговорил Анарей. Притворной или нет — трудно сказать.

— И что же, будем теперь пытаться реализовать твой? — спросил я, раздосадованный ситуацией. — Можем, но… — я снова зевнул. — Как-то уже без меня?

— Добрые люди, — обратилась к нам какая-то женщина, неся таз с бельем: — Вы нам помочь или как?

— Какая помощь вам необходима? — вежливо спросил Виллемент, немного склонив голову в приветствии. — Нас, к сожалению, будет на одного меньше.

Я уже едва мог стоять на ногах. Кто ж знал, что после еды так накатит сон! Из последних сил я присматривался к женщине, а потом отвел в сторонку Анарея, вытащил из сумки два серебряных и золотой:

— Если вдруг найдешь исполнителя, — пояснил я, не дожидаясь вопросов со стороны капитана, — здесь и аванс, и оплата.

— Многовато, — поморщился Анарей. — Я бы обошелся двумя серебряными.

— Только наемникам платят гораздо больше. А у нас вообще разовый заказ. Если что