Запретная территория - Роман Соловьев

– Садись на диван, что стоишь как истукан? – усмехнулась Марьяна.

Я снял куртку, ботинки, прошел и осторожно присел на край дивана.

– Олег, а это у тебя откуда? – хозяйка показала на повязку.

– А… порезался вчера. Консервной банкой.

Марьяна достала из холодильника мясные нарезки и бутылку коньяка. По-хозяйски разложила все на маленьком столике у дивана и разлила коньяк по рюмкам:

– Давай за знакомство.

Мы чокнулись, я залпом опрокинул коньяк, закусив тонкой полоской буженины. В голове сразу приятно зашумело.

– За что тебя Егор хотел убить? Ты шпион?

– Нет. Хотя пересек границу.

Врать этой доброй и смелой женщине совсем не хотелось.

– Меня наняли люди. Чтобы я добрался до схрона. Он находится недалеко от Зоны.

– Ты случайно с высокого кедра головой не падал? – насторожилась Марьяна,– туда сейчас никто не ходит.

– Я бы и сам не пошел. Но у этих людей в заложниках мой лучший друг. Мы росли вместе. Он для меня дороже брата. Понимаешь? Я должен принести им содержимое схрона и только тогда они его отпустят…

Вроде если и соврал, то только наполовину…

Марьяна присела рядом и ласково потрогала мои вихры:

– И ты, дурачок, собрался туда один идти?

– Мне сказали в Таежном можно нанять проводников.

Хозяйка задумалась:

– Пожалуй… знаю я надежного и толкового парня. Возможно, он возьмется провести тебя к Зоне. Спроси у толстого Алика, хозяина трактира «Медвежий Угол», про Артура Хазина. Они вроде даже братья двоюродные.

– А… далеко еще до Таежного?

– Отсюда двадцать семь километров. Ты не волнуйся, завтра утром я тебя отвезу. А сегодня погостишь у меня.

Она придвинулась ближе и я почувствовал мятный запах ее волос.

Марьяна улыбнулась, быстро запустила руку под мой свитер и провела теплой ладошкой по животу. Через несколько секунд ее рука соскользнула ниже.

Я не стал сопротивляться и приобняв Марьяну здоровой правой рукой, завалил на спину. Она стянула с себя водолазку, обнажив небольшую белую грудь с темно коричневыми сосками.

В соседней комнате раздался приглушенный свист.

– Кажется, чайник закипает…– тихо сказал я.

Марьяна рассмеялась и быстро стащила с себя спортивные брюки и трусики…

После любовных утех мы хорошенько пообедали Я чувствовал себя после часового секс-марафона как выжатый лимон. Марьяна знала толк в сексе и вдоволь попользовалась моим молодым телом, хотя и я тоже получил море удовольствия.

Когда мы одновременно пришли к финишу во второй раз, Марьяна устало прилегла на мою руку и по-кошачьи потянулась от удовольствия.

Мне было приятно чувствовать рядом ее голое и теплое тело, еще разгоряченное после любовных игрищ.

Но настало время поговорить по душам.

– Марьяна, я так и не понял, как ты Егора с одного удара свалила?

– Я же тоже из бывших военных,– усмехнулась хозяйка,– но только служила не в артиллерии, как этот придурок, а в спецназе.

– Так вы с Егором родственники?

– Он женат на моей троюродной сестре. Если честно – отмороженный тип. Человек десять уже в тайге похоронил. Ему все шпионы вокруг мерещатся…

– Слушай, а откуда у тебя здесь водопровод, электричество?

– Муж оборудовал водную станцию, здесь грунтовые воды неглубоко. А электричество от ветрогенератора и аккумуляторной установки.

Я чуть не поперхнулся:

– Так ты замужем?

– Олег, не волнуйся. Вадик в командировке. Он только через неделю вернется.

Однако мне стало тревожно на душе. Поначалу я подумал, что Марьяна просто изголодавшаяся до мужского полу разведенка, к тому же живет в глухой тайге, но раз такое дело – нужно брать ноги в руки и сваливать… Сейчас в моей жизни и так полно проблем, и не хватало еще нежданно вернувшегося из командировки обманутого мужа…

– Не боишься одна в тайге, пока муж в командировке?

– Я не одна. Ты же видел Борюсика во дворе. Его даже волки за версту обходят. А среди людей я уже давно никого не боюсь…

– А почему вы вообще в этой глуши поселились, а не в городе?

– Что там хорошего в городе? А здесь… да только воздух какой! А нашу тайгу ты летом видел? Это же сказка!

– А как телик включить?

Марьяна потянулась к тумбочке и щелкнула пульт. На экране показывали большой завод с серебристыми самолетными фюзеляжами в просторных цехах. Невысокий чернявый мужик в зеленом военном кителе, в сопровождении двух крепких вооруженных бойцов брел вдоль цеха, внимательно осматривая оборудование. Старик в синей спецодежде и белой каске, семенил рядом, энергично жестикулируя и что-то рассказывая. Следом неторопливо брели несколько рабочих.

Я прислушался к репортажу: диктор рассказывал, что император Володарский прилетел на Енисейский Авиационный завод и осмотрел производственные цеха.

– Володарский скоро наведет порядок . Он еще и до России доберется…– задумалась Марьяна.

– Я слышал вЗоне-69 испытывается новое оружие.

– Что там внутри происходит – тайна за семью печатями. Но слухи о территории вокруг Зоны не на пустом месте возникли. Я знаю точно, что там полно дикого зверья и мутантов. Со мной раньше один парень служил, Игорь Стрельников. Человек небывалой храбрости и отваги. В тысяча девятьсот девяносто пятом году мы находились в боевой командировке в Ханкале. Однажды попали в окружение и отстреливались несколько часов от боевиков. Когда боеприпасы закончились, а из нашего взвода в живых осталось только трое, боевики обо всем догадались, вышли из укрытий и стали окружать здание. Восемь крепких бородатых мужчин, вооруженные до зубов. Я знала, что со мной сделают боевики, когда схватят. Один патрон у меня все же оставался. Я сидела возле стены и с ужасом прислушивалась к приближающимся шагам боевиков…

Игорь и Алекс вышли из укрытия навстречу. Алекса убили сразу, выстрелом почти в упор. А Игорь, приблизившись вплотную, ударом остро заточенной саперской лопатки срезал голову первому боевику, выхватил у ближайшего бородача автомат и быстро расстрелял оставшихся, прикрываясь боевиком как бронежилетом. Все это произошло за считанные секунды.

– Отчаянный мужик…– я удивленно покачал головой.

– Знаешь, Олег… я не встречала в жизни человека более отважного и решительного. Но пять лет назад он с двумя приятелем поехали на Запретную территорию, к Зоне… Через две недели Игорь выбрался оттуда один, едва живой и почти в