Игрок (СИ) - Риддер Аристарх

— Дура что-ли? — натурально возмутилась хозяйка, — нет конечно. Я скидок не делаю. Пусть даже и мужику с которым хочу кое-что закрутить.

— Ну ты эта, как её там, а вот. Бизнесменша. Любовь любовь а деньги по расписанию. Смотри, капиталист-миллионщик, так и помрешь вдовой Владимир Владимировича.

— Эх, какой у тебя муж был мужчина, — слышу вздох, — капитан Одесского морского пароходства. Да не на балкере каком-то или еще хуже сейнере а на круизном лайнере. Какие он тебе шмотки привозил.

— Прекрати, не порть мне весь настрой. Ну помер мой Володька. Всё. А теперь я хочу развлечься. Оксаночка, выручи старую подругу, одолжи мне ту свою плиссированную юбку и красные туфельки.

— Те которые мне мой из Марселя привёз?

— Да, я про них.

— А вот знаешь что, Валька, не дам. Мой мужик в плаванье ушёл, да не просто так, а перед отходом судна еще и мать свою, кошелку старую, к нам привез, чтобы, как он выразился, я за ней присматривала.

— Хахаха, — сразу две женщины рассмеялись, — это еще кто за кем присматривать будет.

— Что вы смеетесь, дуры? Конечно он это сделал специально, чтобы его молодая жена ему новые рога не приделала, еще раскидистей прошлых. Ну и вот, ты, значит, будешь развлекаться с этим красавцем, а я в это время должна слушать гундение свекрови? Ну уж нет, обойдешься.

— Злая ты, Оксаночка, но хорошо, обойдусь и без твоей помощи. Только и ты больше на мою не рассчитывай и когда твой в следующий раз у меня спросит что мы с тобой делали днем или прошлым вечером, так и скажу. «Я в кафе ходила, а что твоя жена делала, так это сам у неё спрашивай, она мне не отчитывается».

— Ладно, — тут же пошла на попятную неизвестная мне Оксана, — будет тебе и юбка, и туфли, и даже новый парфюм. Шанель номер пять. А то ты опять своей красной Москвой надухаришься. Только с тебя отчет! Что и как. Раз уж сижу в клетке, то хоть за тебя порадуюсь. Но чтобы подробный!

— Да, да. Подробный, — поддакивает третья, — Как, где, в каких позах и сколько раз.

— Ну вы и дуры, — отвечает хозяйка и на этом их собрание завершилось.

Вот как, думаю я лежа в постеле. На меня тут аж целую охоту открыли. И охотник, судя по всему хорошо подготовится. Возьмет винтовку поточнее да патроны помощнее.

НЕ сказать что я сильно против каких-то приключений на амурном фронте, скорее даже за, учитывая то что еще несколько дней назад я был беспомощным инвалидом в кресле. Но всё-таки, хозяйка этого райского местечка не совсем в моём вкусе. Она вполне привлекательная. спору нет. Но я не люблю женщин бальзаковского возраста.

Но в любом случае будет интересно понаблюдать за её поытками соблазнить московского постояльца.

Но в деловой хватке её не откажешь, несмотря на вполне определенные желания цену мне озвучила как и для всех.

Рассмеявшись этой мысли я уснул

* * *

«Отель» Валентины Алексеевны, это прям типичное, практически клишированное место для южных приморских городов.

Вся красота, которая так восхитила меня вечером, все эти розы, дорожки и беседка были перед домом, там и правда очень и очень красиво. А вот во внутреннем дворе, который не виден с улицы, располагался самый настоящий Вавилон.

На участке в каких-то восемь соток такое количество самостроя что московский мэр Собянин словил бы сердечный приступ, от такого беспредела. Потом, придя в себя, он конечно же распорядился всё снести, что и было сделано лет десять назад в Москве.

Небольшой уютный домик, который когда-то был единственной капитальной постройкой на этом участке, буквально оброс пристройками, разной степени капитальности. И помещения в этих пристройках комнатами могут называться только условно, метраж ну просто крошечный. чуланы, вот честное слово. И в каждом из этих чуланов кто-то да живёт.

Кроме этого муравейника чуть ли не на двадцать человек в наличии сразу два флигеля, которые представляют собой точно такую-же картину и бывшая беседка, которую переделали под комнату. Вот в этой беседке я и обитаю.

Она стояла на самом углу участка и окнами выходила уже на другой, владельцы которого не столь алчны, ну или практичны, и помимо дома, имеется беседка, не жилая, в которой и происходил ночной разговор.

Контингент в «отеле» тоже соответствующий. Вот уж действительно большая семья народов Советского Союза. Кого тут только не было.

Нефтяники из Тюмени с женами, желающие погреть свои косточки после сибирских холодов, большая компания студентов из Воронежа, шумные, веселые и очень дружелюбные. Большая семья из Ашхабада, дородная и почтенная мать семейства, муж, худой как щепка, её полная противоположность, и целый выводок ребятишек разного возраста. Их было столько и они постоянно пребывали в движении. так что подсчитать точное их количество не представлялось возможным. Примерно шесть — восемь.

И сразу две парочки молодоженов. Валентина, очевидно опытная в деле сдачи жилья в аренду, их поселила в самом дальнем флигеле, благо что там как раз две комнаты, и ни тех ни других толком никто не видел. Оно и понятно почему.

В общем, повторюсь, это прям клишированное изображение советского южного отдыха для тех кто решил сэкономить, как те же нефтяники, по обрывкам разговоров я понял что мужики-то и не против были пожить в гостинице, а вот их жёны отказались напрочь, или для тех у кого это в принципе единственный вариант, как у тех же студентов.

Хотя, если разобраться, я и сам сейчас одно сплошное клише.

Молодой, но уже успешный, советский писатель, решил выбраться из уютной тишины и прохлады своего кабинета и пожить немного среди тех, о ком он и должен писать свои книги, среди простых советских людей.

По сравнению с условиями у всех остальных у меня еще всё не так уж и плохо. Я хотя бы один, места в беседке много и окна открываются.

Правда с электричеством беда. Я пощелкал выключателем, не работает. Электробритва, которую я взял с собой вместо опасной бритвы тоже не подавала признаков жизни. Что ж, придется идти на поклон к хозяйке.

Облачиться в боевой наряд она еще не успела, туро-же, но и не стала меня встречать в бигудях, с лицом намазанным сметаной или что-то в этом роде. Нет, совершенно обычный внешний вид недавно вставшей женщины но уже успевшей привести себя в порядок. Это ей в плюс. на самом деле.

— Что-то случилось, Федор Михайлович?

— Да вот, что-то в хоромах, которые вы мне сдали электричества нет. хотя вчера было.

— А, ну так это понятно. Я по весерам всё кроме своего дома обесточиваю. нечего по ночам свет жечь, да другим отдыхающим мешать.

— Валентина Алексеевна, — это совершенно неприемлемо. Мне нужен свет не только днем, хотя днем он мне как раз и не нужен, но и по вечерам и по ночам. Я пишу книгу и мне нужно над ней работать.

— О, так вы не только доктор, Федор михайлович, Мо еще и писатель! А о чем она? Эта ваша книга? Надеюсь о любви! — Дамочка расцветала буквально на глазах, — о страстной любви вспыхнувшей на берегу прекрасного черного моря! Вы же дадите мне почитать что-то из вашего романа?

— Нет, книга о переломах шейного отдела позвоночника, методов лечения и ухода за больными. А почитать я вам конечно дам. Вам какую часть? Про сами переломы или про уход. Давайте про уход. Там такие страсти кипят, закачаешься.

— А, — она стремительно скисла как оставленное на солнце молоко, — так это медицинская книга, пожалуй нет, что-то мне не хочется такое читать. Но так уж и быть, раз уж вы настаиваете, то будет вам свет. Только имейте в виду, именно у вас в беседке проводка достаточно слабая, кипятильник и электроплитку одновременно она может и не выдержать.

— Странно, а вчера вы мне об этом ничего не сказали и взяли с меня как и со всех, у которых таких проблем нет.

— Ой, доктор, ну что вы прицепились ко мне с этим светом, ну забыла я такую малость. А вообще, вы знаете, я часто стала что-то забывать. Может посоветуете что-то, или вам сначала нужно провести осмотр? — она достаточно выразительно коснулась лямки своего сарафана.