Магия и пули (СИ) - Дроздов Анатолий Федорович

Она шагнула к Федору, извлекла платочек из кармана и стала вытирать кровь с его лица.

– Мерси боку – сказала, завершив. – Вы спасли мне жизнь. Как зовут вас, мой герой?

– Федор, – ответил Кошкин. – По-французски – Теодор. Инженер Юсупов.

– Русский? – удивилась женщина.

– Да, – ответил Федор. – Я приехал по делам в Париж, здесь увлекся авиацией. Вот, учусь летать.

– На сегодня вам достаточно, – заявила баронесса. – Вы отправитесь со мной. Я должна поблагодарить своего спасителя, – объяснила окружившим их мужчинам.

Она взяла Федора под руку и повлекла к стоянке экипажей.

– Кто оплатит мне разбитый аппарат? – крикнул вслед Леру.

– Позже разберемся! – отмахнулась баронесса. – Вы же видите: я занята.

– Ловко отбоярилась, – заметил Друг. – Съехала от темы. А потом замылит, дескать, ничего не знаю, аппарат мне дали неисправный. Сами виноваты. Дамочка из шустрых. Гадом буду, у стоянки попрощаетесь.

Друг ошибся. У стоянки экипажей баронесса встала, повернувшись к Федору.

– Как вы это сделали, месье? Я не прыгала сама. Отвечайте честно!

– Я владею магией, – ответил Федор.

Близость этой женщины волновала его не на шутку. Ее жаркое дыхание, аромат духов…

– Вы аристократ? – спросила баронесса.

– Князь, – признался Федор.

– Ой, ля-ля! – воскликнула она. – Прямо как в романе. Познакомилась в полете с русским князем, и при этом он же спас мне жизнь. Вы женаты, Теодор?

– Нет, – ответил Федор. – Слишком молод для семьи.

– Ну, а я не замужем, – сказала баронесса. – Как все это романтично! Предлагаю познакомиться поближе. Вы не против проводить меня домой?

– Буду счастлив, – отозвался Федор.

Баронесса подозвала экипаж. Там заняла место рядом с Федором, прислонившись к нему телом. Даже сквозь толстую одежду Федор ощущал ее горячее бедро. По пути они не говорили, баронесса лишь назвала извозчику адрес. Экипаж остановился у большого дома на Елисейских полях. Федор расплатился, выпрыгнул на покрытый асфальтом тротуар и помог Ларош сойти.

– Нам сюда, – указала женщина на богатый подъезд.

Дверь им открыл швейцар. Федор сунул ему франк и, подав руку баронессе, поднялся с ней на второй этаж. Там Ларош извлекла из сумочки ключи и отперла дверь квартиры.

– Проходите, князь! – улыбнулась обещающе. – Будьте моим гостем.

В небольшой прихожей он помог снять женщине пальто, сам стащил с себя тужурку.

– Предлагаю так, – сказала баронесса. – Там за дверью ванная. Есть горячая вода. Вы ее налейте и влезайте, я же попрошу консьержа заказать для нас обед. Ресторан неподалеку. Отдыхайте, мой герой!

Федор так и поступил. Скоро он лежал в горячей ванне, наслаждаясь негой. В воздухе довольно так продрог, да еще неслабо испугался. Выплеск дара опустошил его силы – он едва довел «Фарман» до аэродрома. Эскапада со спасением могла кончиться печально – грохнулись бы оба, Федор это понял лишь сейчас. И с чего его толкнуло помогать? Он подумал и ответил твердо: трусости себе бы не простил. Хладнокровно наблюдать, как погибает женщина… Пусть даже незнакомая ему.

Дверь внезапно распахнулась, в ванную вошла Ларош в халате. Сбросила его и, оставшись совершенно обнаженной, подошла поближе. Федор не успел на это отреагировать, как она полезла в ванную.

– Как тут мой герой? – спросила, улыбнувшись, и устроилась напротив. – Нравится горячая вода?

– Вы мне нравитесь гораздо больше, баронесса! – не замедлил Федор. – Прямо как наяда, шагнувшая сюда с картины.

– Вы галантны, князь! – улыбнулась баронесса. – А раз вспомнили о мифах, нарекаю вас сатиром. Эта ваша шерстка на груди, – пальцы женщины коснулись его тела. – Рожек нет, но это дело поправимое. Вот женитесь и заведете.

Ларош захохотала. Федор подхватил ее под подмышки и посадил к себе на колени – лицом к лицу. Она не воспротивилась.

– Давай же, мой сатир! – шепнула и прикрыла веки. – Люби свою наяду. Я чувствую, что ты готов.

И Федор дал. Получилось очень бурно: с криками и стонами, с волнением воды. Заодно и сполоснулись. После обоюдного оргазма баронесса выбралась из ванны.

– Скоро принесут обед, – объяснила и подняла с пола халат. – Вы тоже одевайтесь. Здесь, на вешалке, халат, тапочки внизу.

Федор подчинился. Чья одежда, спрашивать не стал – без того понятно. Халат оказался великоват, тапочки – больше на размер. Покойный Вуазен, как видно, был немного покрупнее. Едва ступил в прихожую, как в двери позвонили – привезли обед. Два официанта занесли корзины с судками и бутылками. Они накрыли стол в гостиной, использовав посуду из буфета. Федор расплатился, дав каждому на чай. Ларош стояла рядом, наблюдая. Как понял Федор, все в деталях разглядела: и сколько денег у него в бумажнике, и сколько дал официантам. Те собрали судки и удалились.

– Прошу, мадмуазель! – Федор указал на стол.

– Мерси, – сказала баронесса, подходя. Федор помог ей сесть и устроился напротив.

– Шампанского? – спросил, указывая на бутылку.

– Давайте, – согласилась баронесса.

Федор сорвал фольгу с горлышка бутылки и, наклонив ее, вытащил пробку. Хлопок – и в бокалы полилась пенная влага. Федор поднял свой.

– За наше случайное знакомство, мадмуазель Ларош!

– Для вас – Раймонда, Теодор, – сказала баронесса. – Знакомство наше вышло романтичным, но меня сейчас трясет. Как вспомню штопор и свое отчаянье… Когда б не вы… На поле так не ощущала, но теперь…

– Вы пейте, – улыбнулся Федор и пригубил шампанское.

Раймонда осушила свой бокал, вздохнула и взяла столовые приборы. Некоторое время они молча ели. Проголодались оба, поэтому и кассуле, котлеты де-воляй и прочие мясные блюда сметались на ура. Дессертом стало крем-брюле. Шампанское сменилось на бордо, а после – на коньяк. Плеснув в бокал янтарной жидкости, Федор пригубил напиток и сыто улыбнулся. Раймонда достала пахитоску. Федор сбегал в прихожую и принес зажигалку. Щелкнув, помог ей прикурить.

– Какая странная вещица, – сказала баронесса, забрав ее у Федора. – Маленькая и изящная. Не видела таких. Вы где купили?

– В России. Их производят в Туле.

– В Париже нет ни у кого? – спросила баронесса.

Он подтвердил.

– Отдайте мне в подарок. Я многих удивлю.

– Берите, – улыбнулся Федор.

– Вы настоящий русский князь, – сказала баронесса. – Решительный, отважный, щедрый. Какие ваши планы на Париж?

– Закончу здесь дела, вернусь в Россию.

– Я была там, – сказала баронесса. – Приехала на состязание пилотов. Призов не получила, зато увидела страну. Она большая и богатая. Я б с удовольствием туда вернулась, но нужен покровитель из России. Ведь я актриса, Теодор. Приеду к вам сама, начну с низов, не факт, что даже примут в труппу. Летать, как видели, умею, но нужен аппарат и помощь в продвижении. Без человека со связями в России делать нечего.

«Что ж, очень откровенно», – подумал Федор.

– Француженка! – заметил Друг. – Они ужасно меркантильные. Но наши тоже не отстанут. Надеюсь, не влюбился? В Россию не потащишь?

– Подумаю, – ответил ему Федор.

– А вы ведь князь, – закончила Раймонда. – И сможете помочь.

– Всего лишь инженер, – ответил Федор. – Служу на казенном заводе, в высшем свете не вращаюсь.

– Но вы же маг!

– У нас их много. К тому же я плебей и рос в приюте. Меня принял в род известный князь Юсупов, но для аристократии остался парвеню. При всем желании помочь не в состоянии.

– Что ж, очень жаль, – вздохнула баронесса. – Я все равно вам благодарна и могу помочь познакомиться с Парижем. Театры, казино, кафешантаны, кабаре… Не пожалеете.

– На бабки круто разведет, – раздалось в голове. – Не вышло с покровительством, так здесь разденет. Француженка, ты ее в качель.

– Учту, Раймонда, – поклонился Федор. – Как только разберусь с делами…

– Дела, дела, – скривилась баронесса. – Шарль тоже ими занимался постоянно. А я скучала. Теперь вот вы. Иди ко мне, мой занятый герой…

В «Ритц» Федор вернулся лишь к утру. Сняв с себя одежду, принял ванну, надел халат и, вызвав коридорного, велел подать омлет и кофе. За завтраком его застала Оболенская. Ворвалась в номер после стука в дверь и бросила на стол французские газеты.