Повелитель теней #8. Финал - А. Никл

— Конечно, — сказал я, смотря на кости командира. — Конечно, всё в порядке.

Глава 9

— Конечно, — сказал я, смотря на кости командира. — Конечно, всё в порядке.

Одновременно с этим я уловил ментальное возмущение — словно кто-то рядом радовался и упивался своим превосходством. А ещё… жажду размножения. Сложно объяснить, как это ощущается. Что-то между жадностью и желанием уничтожить всё живое и заменить его собой. Желание захватить всю планету. Из Данжа выбралось что-то невероятно прожорливое и ненавидящее всё, что не принадлежит к его виду. Я поморщился. Меня очень беспокоило, что где-то в Российской Империи, в лаборатории, находится разносчик заразы. Я пока не понимал, почему монстр убивал не сразу. Выжидал? Развлекался? Странно. Ведь он уже заразил Свету, но она до сих пор жива.

— Пал Палыч? Что нам теперь делать? — вдруг спросила Юля, повернув голову туда, где недавно стоял командир. Конечно же, ей никто не ответил. Она повторила напряжённым голосом: — Пал Палыч?

— Он отошёл по делам, — соврал я.

— Неправда! — возразила Света. — Я не слышала его шагов. Пусть я ничего не вижу, но слух-то у меня есть!

— Он умер, да? — всхлипнула Юля и резко перешла на ультразвук: — Он умер! Он умер! Мы все умрём! Только он знал, что нам делать! Как мы без него отсюда выберемся⁈

Один из мужчин нашёл на ощупь её руки, аккуратно схватил за плечи и, встряхнув, произнёс:

— Паника нам не поможет.

— И мы умрём! — закричала Юля, оттолкнув его. — Пал Палыч умер!

Света зарыдала в голос, вскочила и попыталась убежать в лесок — а ведь Тени полностью закрывали ей глаза. Разумеется, она почти сразу споткнулась о какой-то корешок и чуть не размозжила голову о камень. Тень смягчила удар и оттащила её обратно на полянку.

— Командир ввёл меня в курс дела. Он рассказал свой план и объяснил, как вызвать подмогу, — вставил я.

Снова ложь. Ни о какой свободе или подмоге и речи не шло. Только карантин. Возможно, о-о-о-о-о-о-очень долгий карантин. Пал Палыч показал место, где едва-едва ловила связь. Для полноценного звонка не хватит, но пропустить сообщение о чрезвычайной ситуации — вполне. Карантин будет объявлен, как только снаружи поймают условный сигнал тревоги. С этого момента выход будет закрыт. Не знаю, почему Пал Палыч не отправил сообщение раньше. Возможно, до последнего надеялся, что всё обойдётся. Не хватило духу захлопнуть смертельную ловушку сразу. Я склонился над мёртвым командиром и обыскал его карманы. Нашёл рацию.

Я посмотрел на плачущих девушек и вздохнул. Нет, я не могу рисковать всем человечеством ради спасения четырёх человек. Я быстро забрался на дерево, которое мне указал Пал Палыч и нажал нужные кнопки. Рация заскрипела, пискнула и замолкла. Я нажал ещё раз. Рация не отреагировала, зато загорелась красная лампочка, показывающая, что связь отсутствует. Ну, думаю, через пару часов мы узнаем, прошёл сигнал или не прошёл. Я спустился с дерева и вернулся на поляну. У девушек случилась полномасштабная истерика. Они обнимались и что-то невнятно бормотали. Я включил сканирование в тщетной попытке отыскать хоть какую-то подсказку.

— Юля? — Света вдруг отстранилась от своей подруги, и я понял, что та внезапно замолкла и перестала двигаться. — Юля, с тобой всё в порядке? Почему ты… шевелишься?

— Что ты имеешь в виду? — уточнил я.

— У неё под кожей… то есть под доспехом что-то ползает. Как муравьи.

Я дотронулся до Юли. Действительно — от неё исходила едва ощутимая вибрация.

— Отпусти её, — приказал я, и Света испуганно отпрянула. Я развеял Тень, которая защищала Юлю, и полянку залило ярким сиянием. Я прикрыл глаза, чтобы не ослепнуть. Мерцание было необычным. Оно словно состояло из миллионов мельчайших частичек. Ментальный фон заполнило знакомое ликование — монстр был счастлив. Светящиеся частички внезапно рванули ко мне и прыгнули на мою ногу. Лодыжку пронзила сильная боль. Меня ели заживо. Я на автомате использовал Торможение времени, а потом — Распыление в Тьму. В этой жизни я использовал Распыление всего один раз, когда на меня охотилась куча наёмных убийц. Моё тело превратилось в темноту, я стал Тенью. Я ощутил ярость монстра, и через пару секунд мерцающие «муравьи» просто рассыпались. Буквально. Сверкающие яркие песчинки упали на землю и рассосались. Постепенно на полянку вновь опустилась темнота.

— Она умерла? — спросила Света.

— Умерла, — подтвердил я. Теневой доспех не защитил Юлю. От неё остались обглоданные кости, как и от остальных жертв.

Видимо, для Светы это стало последней каплей, и она забилась в припадке. Тень смягчала её судороги и не позволяла случайно покалечиться. Я уложил Свету, придерживая её за плечи. Повисла гнетущая тишина. Словно в замедленной съёмке я поднял голову и посмотрел на двух мужчин. Они не шевелились. Не пытались помочь. Не интересовались, что происходит. Я убрал их теневые доспехи, и на траву посыпались кости. Всё повторилось. Те же сияющие «муравьи», стремительное нападение на меня и отступление, когда я опять использовал Распыление в Тьму.

— Всё будет хорошо, — прошептал я, материализовавшись, и погладил Свету по плечу. Она не двигалась. В карантинной зоне остался только я. Но что-то мне подсказывало, что эта зона очень скоро начнёт расширяться. Монстр уже не скрывал эмоций. В ментальном фоне поднялась настоящая буря. Словно вокруг меня собралась толпа и безостановочно скандировала: «Убить! Убить! Размножаться! Убить! Размножаться!» Тварь охотилась не ради еды, а ради истребления. Я знал, что где-то не так уж далеко, в лаборатории, монстр вот-вот сожрёт незадачливого охотника и выберется на улицы Москвы.

Хотя, наверное, правильнее эту тварь называть колонией. Монстры были невероятно крохотными, почти микроскопическими и по отдельности были фактически беспомощными. Однако они могли размножаться с огромной скоростью. Достаточно одной-единственной мелкой твари, и через несколько часов она превратится в несколько тысяч. И вот тогда новообразовавшаяся колония нападёт на жертву и молниеносно сожрёт. Как их уничтожить? Не знаю. И будет ли у меня время, чтобы узнать? Нет, неверный вопрос. Будет ли у человечества время, чтобы это выяснить? Я-то спастись могу, а вот остальные… Мозги кипели. Я пытался отыскать выход из ситуации, но отметал одну идею за другой. Бесполезно. Бессмысленно. Слишком долго. Оставался один вариант. Безумный. Идиотский. Ва-банк.

Я снова почувствовал сильную боль — в этот раз монстр