Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 2 (СИ) - Афанасьев Семён

— Кому вы сейчас звонили? — ну очень хмуро поинтересовался инспектор.

Сорри за задержку☺

Глава 9

— С какой целью интересуетесь? — удивился в ответ Решетников. — И следующий вопрос, тандемный: это официальный разговор?

Инспектор вместо ответа почему-то задумался. Аяке момент был непонятен, почему не сказать, да?

Видимо, какой-то подстрочник, понятный только мужчинам.

Бывший подчинённый, изображая вселенское терпение, наклонил голову к плечу, покачался с пятки на носок, потянулся. Потом и вовсе махнул рукой:

— А ещё есть третий вопрос. Почему мой абонент интересует вас больше, чем личности преступников? — Такидзиро ткнул пальцем под ноги, указывая на злополучную дверь.

— Если от подачи заявления вы отказываетесь, нам нечего здесь больше делать. — Сержант в очередной раз срезал угол перед носом у вспыхнувшего недовольством начальника.

— Всего доброго, — проворчал Решетников, обходя по дуге четвёртого правоохранителя и в обуви проходя в квартиру.

Патрульные стремительно и тихо удалились, причём инспектор смотрел на сержанта взглядом, далёким от приязни.

— Я не смогу за тебя выйти замуж, извини. — Аяка шагнула следом и остановилась на пороге, чтобы снять обувь. — Несмотря на то, что это фиктивно и временно.

— НЕ РАЗУВАЙСЯ! — Такидзиро подался в её сторону. — Смысла уже нет, всё равно убираться после ремонта двери.

— Я по инерции.

— Что не так с женитьбой? Я не спорю и не уговариваю, хочу выясняю. Где и в чём я, м-м-м, нет, не прокололся, неправильное слово… Что я сделал не так?

— Ты не японец. — Она прошла внутрь и села на кровать.

Ходить в обуви по жилищу, даже с учётом конкретных обстоятельств, было дискомфортно.

— Могу документ показать. — Возразил хафу, щёлкая по нагрудному карману, в которой убрал смартфон. — Электронное правительство не ошибается.

— Не в этом дело. Ты интересный: неглупый, уверенный, сильный. Совсем не та серая посредственность, которая трудилась под моим началом пять лет.

— Но…?…

— Мне страшно, — просто и искренне пояснила Андо, поёрзав по кровати, чтобы облокотиться о стенку.

— Не везёт мне на этой неделе с женитьбами, — заявил Решетников, приседая на корточки и вытряхивая содержимое упомянутого по телефону шкафчика. — Одна невеста свалила к начальнику, вторая без объяснений переду…

— Я не отказывала тебе как женщина! — перебила Аяка. — Как мужчина ты меня интересуешь. Настолько, что я даже уподобляюсь тебе — открыто заявляю вслух. Я лишь сказала, что мужем и женой мы быть не сможем, даже фиктивно! Разницу улавливаешь?

— Оригинальный поворот событий. Точнее, загиб мышления, — озадачился Такидзиро. — Кстати, ты мудрая: после этих слов даже негатива не ощущаю. Хотя было бы логично.

Женщина прикрыла глаза:

— В каждую горькую пилюлю нужно класть капельку мёда, если человек нравится. Ты мне залетаешь, сказала же!

— Я окончательно запутался. Объясни? В чём проблема с этой дурацкой дверью, что ты так радикально сменила план?

— А дверь причём? — удивилась Андо. — Я о тебе, о твоих скрытых демонах.

—???

— Знаешь, пока ты работал у меня, ты в основном молчал. — Она задумалась, подбирая слова. — Нижняя должность, подай-принеси… Сейчас, когда ты начал раскрываться, мне рядом с тобой интересно, но дискомфортно.

— Почему⁈

— Этикет. Неписаные правила. Ты не заморачиваешься и ведёшь себя как чужак, игнорируя законы общества. Которое ты своим, к слову, не считаешь — прямо вытекает из твоих действий.

— Я слегка в стрессе, — возразил Решетников. — Прихожу домой с аппетитной невестой и вполне определёнными планами — а здесь такое.

— А неважно, — фыркнула Аяка. — Ты реально действуешь как чужой! Я сейчас думаю, если объяснять тебе подробно, у меня часа полтора уйдёт — и не факт что получится.

— Хоть попытайся, а?

— Слишком охотно создаёшь вокруг себя конфликты там, где обычный человек будет пытаться договориться. Не уверена, что у меня получится объяснить, но точно знаю тип мужчин, от которых как от мужей нужно держаться подальше. — Она подумала и добавила, — если женщина хочет спокойствия. На склоне вулкана о последнем речь не идёт, понимаешь? Твоя пружина слишком долго была сжатой, ты как будто стремишься наверстать упущенное за годы! А уют семейного очага требует иного.

— Мы ж собирались понарошку жениться, нет? — Решетников удивился. — При чём тут уют семейного очага⁈

— Я тебя обманула. Это ты собирался понарошку, а я подумала — рискнем. А вдруг. Сейчас вижу, что рисковать не стоит. Честно тебе говорю.

— Понял…

— Для роли моего мужа ты слишком выдаёшься за рамки. Знаешь поговорку про гвозди и молоток?

— Да.

— Ну вот. А ещё я благодаря тебе минуту назад поняла, что даже от ненастоящего брака в первую очередь ждала б душевного комфорта.

— Хм.

— Твой вулкан слишком яркий, хотя я повторяюсь. О комфорте речи точно не будет, женщины такое чувствуют сразу. А мне уже не столько лет, чтоб начинать с подстроек под кого-то. Хочу царствовать и почивать на лаврах.

— Ладно. Понял. Без проблем.

— Ты индивидуалист! — она наконец сформулировала и зажглась по второму кругу. — Настолько индивидуалист, что это пугает!

— Да я уже сообразил, что с этими полицейскими следовало вести себя иначе. К сожалению, сработал автомат, — вздохнул вчерашний стажёр. — Досадно, что зря тащил тебя сюда и отнял время.

— Не нужно жалеть, — она покачала головой. — Мне всё более чем понравилось и я впечатлена, хе-х. Единственное, из всех ролей откажусь только от жены.

Он открыл рот, но женщина не дала себя перебить:

— Не потому, что ты плохой! В очень ярком свете твоей личности моим поискам душевного равновесия будет неуютно. Тьфу, язык заплетается… Опять по пьянке повторяюсь и хожу по кругу.

— Да нет, я понял, о чём ты. В любом случае спасибо за попытку.

— Что за тон? — Аяка удивлённо открыла глаза. — Ты что, отказываешься от остальной части плана? Я думала, мы договорились⁈

— Э-э-э? — Такидзиро бросил терзать злополучный шкафчик и развернулся к ней с озадаченным видом.

— Ну, я думала, сейчас подъедут те, кому ты звонил, — пояснила Аяка. — Ночь, дороги пустые; значит, будут быстро. Ты их оставишь тут наводить порядок, бросишь эти свои бумажные пакеты наконец, переоденешься — и мы поедем в лав-отель. Совместные фотографии на твоей территории утратили актуальность, но была же и вторая часть программы? — она проткнула указательным пальцем правой руки виртуальное кольцо, образованное большим и указательным левой.

— Чёрт, я здесь сейчас часа на три прилипну. — На лице бывшего сотрудника прорвалась наружу досада. — Не могу сказать в деталях, но лав-отель точно не прямо сразу. Долбаные обязательства, — он тоскливо покосился сперва на женские ноги ниже поддёрнутой вверх юбки, затем на декольте. — И такой шанс, — Решетников шумно сглотнул слюну.

— Нестрашно, — уверенно кивнула Андо. — Я тогда зову такси и еду спать, а к интересной теме мы вернёмся, например, завтра. Точнее, уже сегодня.

Решетников снова собрался что-то сказать, но она примерно представляла текст, потому ещё раз перебила:

— Я непротив! Просто здесь с выломанной дверью не смогу расслабиться, а ты кого-то ждёшь! Придётся подождать следующего дня.

Аяка легко поднялась с кровати несмотря на выпитое и чмокнула Такидзиро в макушку:

— Не провожай, не нужно оставлять квартиру в таком виде.

— Э-э-э, спасибо, конечно, но…

— Ты мне очень нравишься, — мягко напомнила она. — Но сейчас для нас обоих лучше так.

Не говорить же вслух, что и она не железная. Особенно выпив. Слово за слово — процесс пойдёт прямо на этой кушетке перед выломанной дверью.

На виду у всех, кто будет шагать мимо по коридору.

— Кстати, а что у тебя украли в итоге? — поинтересовалась она, уже выходя в коридор. — Если тайна — без обид, пойму. Хотя и жуть как любопытно.