Отдельный 31-й пехотный (СИ) - Виталий Абанов

С одной стороны вроде бы меньше причин для беспокойства, уж если сама ушла, и никто не заставлял… а с другой стороны — видел я тут уже ребят, которые в мозгах копаться могут. Страшное дело. В любом случае, пока сам не увижу, что с ней все в порядке — не успокоюсь. Вот, найду я их, и окажется что этот Лунг — красавчик бисенен с длинными волосами и кубиками пресса на рельефном теле, стихи слагает, а член у него как хобот у слона… и сидит такая Маша Мещерская, довольная, словно сладостей наелась и все ее устраивает… ну тогда другое дело. Рукой помашу, мира и любви пожелаю, с чувством выполненного долга — дальше поеду. Ах, да, еще этому бисенену с слоновьим хоботом — двух близняшек оставлю, по крайней мере спрошу — не хотят ли остаться? И… свободен!

А если серьезно, то такие вот «герильес» в условиях наличия централизованной власти могут существовать только если местное население их поддерживает, не просто даже нейтрально относится, а поддерживает. И еще боится. Смесь восхищения и страха. Тут тебе и благородные разбойники Робин Гуда в Шервуде и отряды Хо Ши Мина, военные группировки наркобаронов и полевые командиры Бетельгейзе-Три. Совсем ненавидеть себя они не могут позволить, но и слюнтяями, эдакими Тимур и его команда — тоже не могут стать. В первом случае их начнут сдавать властям при каждом удобном случае, а во втором — сядут на голову. Они — действуют на основании какого-то морального кодекса, скорее всего провозглашая себя не просто разбойниками, а борцами за свободу и против угнетения. Чьего именно угнетения и за какую именно свободу — пока не знаю, да и не всегда это уточняется. Просто — за свободу и против угнетения. Но пассаран. При этом они довольно жесткие по отношению к своим врагам и жестокие — по отношению к предателям. Иначе они не выживут. С этой точки зрения — они не будут казнить или насиловать Мещерскую или Цин Лан. Плен, выкуп — вот такое у них мотто. Разве что, если Мещерская — прямой враг. Но и тогда без какого-то своего ритуала, имитации суда — казни не будет. Это важно. Конечно, возможны и исключения… может это она сама с ними пошла. Все может быть. Но до той поры, пока сам не разберусь — считаю, что похищение было недобровольным, а тех, кто его организовал — своими врагами.

Вывод следующий — придется остаться и найти полковника и барышню Лан, тем более что Лин без нее скучает. Эх… до чего проблематично.

— Поезд отправится через полчаса. — говорит мне подошедший неприметный из СИБ: — к сожалению в составе не так уж и много боевых магов, а те, что были — пострадали и в откате. Ситуация не позволяет объявить мобилизацию и призвать их на службу, так что мы ограничены в ресурсах. Лучше всего было бы последовать вместе с поездом… но тогда я не выполню приказ. Да и ты… ты тоже свою полковницу не оставишь, ведь так? Так что собираем вещи и выходим. Полчаса на все. Нас всего… ты, твоя Мастер Парных Секир и я. Несколько слуг возьмем.

— Погоди. — говорю я: — а эта, которая с одним глазом? Медуза Горгона? Она ж тоже из СИБ, значит что-то да умеет. Кроме того, чует мое сердце что ее умения сейчас нам ой как понадобятся… или ее тоже похитили?

— Не мог бы ты не называть меня так? — морщится неприметный: — нам еще работать вместе.

— Как? Медузой? Погоди… ты — это она? Но… — я протягиваю руку, чтобы потрогать неприметного за щеку, но тот делает шаг назад. Жест рукой и лицо неприметного — растворяется, оставляя на своем месте Ирину Васильевну Горгону, агента СИБ с черной повязкой на одном глазу.

— Классный трюк — говорю я: — а то я никак твое лицо запомнить не мог. Или лицо твоей маски? И… я так понимаю, что нет никаких четверых сотрудников СИБ, а? Есть только ты.

— Информация засекречена — буркает Ирина, поправляя повязку на глазу: — но к твоему сведению сотрудников службы прибыло достаточно для выполнения всех необходимых задач.

— Ну да. То-то же вы руки не пожимаете… да и не носите в руках ничего. Из кабинета, когда выходили — один все нес, никто ему не помог… плохо, когда твои копии — иллюзорные, а? Все самой таскать приходится. — прищуриваюсь я.

— Гвардии лейтенант Уваров — отступает еще на шаг назад Ирина Медуза: — сотрудничать со следствием в твоих интересах. А уж сейчас и вовсе. У нас не так много времени, хунхузы с похищенных женщин кожу сдирают на барабаны. И обесчещивают. Собирай вещи.

— Во-первых, если бы сдирали, то и отношение к ним у местных совсем другое было бы — отвечаю я: — слышали мы такие сказки. А во-вторых, нельзя нам сейчас с поезда сходить. Мы все вместе поедем до следующего поселка на ветке. Там уже и сойдем. Искать в тайге бесполезно, надо начинать с поселения. Что там следующее? Уездный центр?

— Уездный Центр. Чеховское. Но там нет хунхузов. Там ярмарка.

— Вот тем более. Ярмарка. — киваю я: — ярмарка — это самое то. Там мы все и разузнаем. Хорошо, что ты со мной, легче все пройдет. Быстрее. Пойду, Пахома кликну, чтобы вещи собрал. И с мастерицей Лин поговорю.

— Ярмарка. При чем тут ярмарка? Я следопыта нашла в телячьем вагоне, не местный, тунгус, но лучше, чем ничего — невпопад отвечает мне Ирина: — на ярмарку-то зачем? Пряников расписных захотелось, да на девок нарядных посмотреть?

— Ну… и это тоже. — не отрицаю я: — пока у тебя жену похитили — всегда надо иметь в голове запасной вариант. А вдруг ей там понравится? Так что и себе надо кого-нибудь присмотреть…

— … дурацкая шуточка. — делает заключение Ирина: — вот найдем полковника — я ей все расскажу.

— О… я и не сомневался. Доносы — это у СИБ в крови. Правда может так статься, что полковника то найдем… а тебя — потеряем… тайга же.

— Твои попытки запугать меня — смешны и нелепы — отвечает мне она, но делает еще полшага назад: — и у тебя нет времени. Ты совсем не беспокоишься?

— Если бы беспокойство помогало в данном случае — я бы очень беспокоился — отвечаю ей я: — пойдем, Медуза Горгона, поезд скоро тронется, вещи собрать надо. Впереди — ярмарка! Надо бы кофе прикупить, а то тут только «Рыбов и Ко» на паях… вот как кофе может запаковывать человек с фамилией Рыбов?

Глава 9

— Подходи, налетай! Есть горячий каравай! С пылу, с жару, полно у нас товару! — надрывался розовощекий молодец в овечьем тулупе, размахивая руками и всячески