Дело прежде всего (СИ) - Мушинский Олег

Платформа при ударе о мостовую разлетелась вдребезги. Двое спасенных карликов сидели посреди обломков, обнявшись, и с ужасом смотрели на лежащую перед ними цепь. Звенья у нее были толстые. Приземлись она на полметра ближе, обоим бы черепа проломила. Феликс подумал, что Томас, должно быть, сломал подъемник.

— Машину поломал, гад, — подтвердил всё тот же бас его предположение.

Феликс повернул голову. Рядом стоял кузнец, у которого он недавно «одолжил» молоток.

— А сам он где? — спросил сыщик.

— Убёг, — буркнул кузнец. — Так что тебе объяснять народу, что вы тут за тарарам устроили.

Народу было много. Сплошь карлики. Через толпу протолкался пузатый бородач в дорогом халате без единого кармана. Не иначе, кто-то важный. За ним, без шляпы и со смущенной миной на лице, следовал Максим.

— Ну что, — сказал бородач. — Кто не убёг, все в сборе. Кто отвечать будет?

— Я, — выдохнул Феликс.

В голове как будто шуровали три напильниками разом, а разговор позволял хоть немного от этого отвлечься.

— Я преследовал преступника по имени Томас, — сказал Феликс. — Кто-нибудь его знает или видел раньше?

Как оказалось, на обе части одного вопроса у них был один ответ: нет.

— А ты кто ж таков будешь? — строго спросил бородач. — Полицейский, что ли? Тогда почему не по форме одет?

— Частный сыщик, — ответил Феликс, предъявляя лицензию.

Строго говоря, на Балтийск его лицензия не распространялась, но карлики с большим уважением относились к любому официальному документу.

— Тоже мне, сыщик, — пробурчал кузнец. — Даже с помощником не смог злодея отловить.

— Извини, папаша, — ответил Феликс. — И за молоток тоже извини.

— Извиняю, — буркнул тот. — На вот улику. Вывалилась у тебя, покуда падал.

Кузнец протянул Феликсу револьвер. Второе падение добило то, что не сделало первое. Оружие чуть не развалилось в руках Феликса. Тому, что осталось, место было на помойке, но настоящий сыщик, понятное дело, со спасенной уликой так поступить не мог. Он сказал «спасибо» и припрятал пистолет во внутренний карман.

На этом инцидент оказался исчерпан. Как только стало ясно, кому разбираться с этим «тарарамом», остальные карлики разбрелись по своим делам, громко обсуждая, кто что видел, сделал или понял.

— Вот поэтому я и говорю, что с народом еще работать и работать, — проворчал Максим. — Никому ничего не надо. Как у нас говорят, моя хата с краю. Никак они не поймут, что если хотят достигнуть большего, то за это надо бороться. Иногда даже с оружием в руках!

— А если не хотят? — бросил Феликс, ощупывая голову.

Та оказалась на месте и по-прежнему в собранном виде. Боль спряталась где-то внутри, но своим противным нытьем постоянно напоминала, что она еще здесь. Феликс тяжело вздохнул.

— Ты как? — спросил Максим.

— Да вроде цел, — отозвался Феликс. — Только башка трещит как после пьянки. Куда Томас делся, ты заметил?

— Не-а, — вздохнул Максим. — Я за шляпой погнался. Извини.

— Да ничего. Шляпу-то хоть догнал?

— Не-а. Потерял.

— Она вниз слетела, — сообщил звонкий голос.

Слева появилась стайка карликов-подростков. В дешевых серо-черных халатах, потертых и заношенных, они поразительно походили на воробьев. У многих полы халатов были подрезаны, позволяя увидеть столь же непрезентабельные штаны и сапоги, по сравнению с которыми те, что сбагрил Поль Феликсу, были шикарной обновкой. Многие вместо кушаков были подпоясаны веревками. В общем, обычная беднота рабочего района. Предводительствовал ими высокий — по меркам карликов — рыжий паренек с широким армейским ремнем на поясе. Волосы он, скорее всего, чем-то подкрашивал, уж очень сочно-красного цвета они были.

— А ваш Томас наверх рванул, — добавил рыжий звонким голосом. — На два уровня по лестнице, а потом на лифте уехал.

— Спасибо, — сказал Феликс.

— Спасибо лучше всего звучит в материальной форме, — ответил рыжий.

Его компания рассмеялась, будто он отмочил невесть какую шутку. Феликс тоже улыбнулся и бросил ему рубль. Рыжий поймал монету на лету. Потом он взглянул, что поймал, и усмешка сползла с лица. Для таких, как он, это была очень приличная сумма. Повисла пауза.

— Вы это… — неуверенно сказал рыжий. — Может, еще чего спросить хотели?

Феликс пожал плечами.

— Ну разве что вы видели, как тут вечером люди пять сотен ружей пронесли.

Подростки переглянулись. Кто-то помотал головой, кто-то пожал плечами.

— Не, господин хороший, такого мы не видели, — с явным сожалением в голосе сказал за всех рыжий.

— Ну, увидите — скажете, — спокойно ответил Феликс. — Максим, давай всё-таки выберемся отсюда. Мне нужен свежий воздух.

Он кое-как поднялся на ноги, и с помощью Максима доковылял до той двери, в которую не удалось прошмыгнуть Томасу. Она всё еще была заперта. Максим вежливо постучал.

— Чего надо? — донеслось из-за нее.

— Уехать наверх, — ответил Максим.

— А уже навоевались?

— Да.

— Хорошо. Но имейте ввиду, проезд платный.

Дверь приоткрылась на ширину щелочки. Максим показал в нее монету. Дверь распахнулась. За ней стоял лифтер в синем халате и протягивал руку ладонью вверх.

Список цен был вырезан на стене за его спиной. Судя по аккуратным буквам и цифрам, без сколов и исправлений, менялся он редко. Дешевле всего почему-то было попасть в самый низ шахты с лаконичным названием «ниже некуда!». Венчала список «газовая распределительная станция».

— Нам наверх, — повторил Максим, расплачиваясь. — И желательно побыстрее.

— Скорость по регламенту, — строго ответил лифтер. — Зато точно доедете, а не как там.

И он кивнул на разбитый лифт. Подростки копошились в обломках, то ли прибирая мусор, то ли мародерствуя.

— Кабина сейчас будет, — добавил лифтер, сверившись с огоньками на стене.

— Не скучно вам на такой работе? — спросил Максим.

— С вами не заскучаешь, — проворчал лифтер.

— Ну, вроде того, — неуверенно отозвался Максим. — Но неужели вам ничего не хочется поменять в своей жизни?

— Конечно, хочется, — буркнул лифтер. — Вот только спроважу вас и первым же делом закажу сюда механический замок с гидравлическим приводом. А может, и дверь поменяю. На бронированную.

Феликс хмыкнул. Над дверью медленно разгорелась белая лампа.

— Попрошу в кабину, — скомандовал лифтер.

На этот раз кабина лифта действительно оказалась кабиной, со стенами, крышей и газовой лампой под потолком. Внутри, на высоте плеча среднестатистического карлика, кабину опоясывал стальной поручень. Едва шагнув внутрь, Феликс привалился спиной к стене. Лифт тронулся на удивление мягко. За прямоугольным, в половину двери, окном неспешно проплывали стальные секции и трубы.

— Максим, у меня к тебе будет одна просьба, — сказал Феликс. — Дело заваривается нешуточное, влипли мы оба, что называется, по самые уши, так давай не будем усложнять нашу текущую задачу. Договорились?

— Ты имеешь в виду моё стремление помочь карликам? — уточнил Максим. — Но ты ведь и сам не равнодушен к их положению.

— С чего ты это взял?

— Ты заплатил тем ребятам раз в десять больше, чем следовало. Что еще могло тебя толкнуть на это, кроме сочувствия их бедности?

— Вот так, сходу, я назову сразу две причины, — усмехнулся Феликс. — Во-первых, у меня не было мелочи. Во-вторых, репутация человека, который щедро платит за услуги, еще никому не повредила. В отличие от репутации жадины. Но имей ввиду: на самом деле я очень не люблю разбрасываться деньгами. Особенно теми, которые нельзя потом вставить в отчёт.

— Если бы тебе была важна репутация, ты бы сказал этим ребятам, как тебя зовут, — уточнил Максим.

Феликс усмехнулся.

— Я просто забыл это сделать. Знаешь, не стоит искать скрытых мотивов там, где их нет.

— Это верно, но проблема в том, что они есть везде. Просто их не все видят. Здесь, как ты выражаешься, сходу я могу назвать один. Ты пытаешься выглядеть суровее, чем ты есть, что, кстати, для твоей работы совершенно естественно.