Хозяйка лавки "Ядовитый плющ" (СИ) - Тоня Рождественская

Что вы имеете в виду? — спрашивает эльф, игнорируя мою шпильку насчет его товарищей по оружию.

— А то, что чтобы наладить свой преступный бизнес, им нужен необходимый элемент, который они никак не могут воссоздать. Но будь у них кристалл превращений, этот элемент перестанет иметь всякое значение. Потому что все, что им нужно… — демонстрирую я черный камень, уже снова ставший невзрачным комочком. — Вот это…

— Это то, что я думаю? — щурится инспектор.

Киваю.

— Разве вы не говорили, что бандиты его украли?

— Говорила, — соглашаюсь. — Но… я ошиблась. В общем, не время это обсуждать, главное, что это он.

— И с его помощью можно создать что угодно?

— Насколько мне известно, да.

Адертад с сомнением всматривается в артефакт на моей ладони. Да, весьма трудно предположить, что что-то непрезентабельное вроде него может оказаться настолько ценным. Сама прошла через нечто подобное, так что не осуждаю.

— И почему я должен поверить, что вы ни разу не использовали его для создания чего-то запрещенного? — наконец спрашивает Ар-Фэйниэль.

— Пфф! — фыркаю я. — Только существо, совершенно не разбирающееся в алхимии, может задать подобный вопрос. Это не волшебная палочка, а алхимический инструмент. И чтобы что-то создать нужно знать не только процедуру, но и определенные параметры, свойства… И к тому же иметь необходимую для этого основу. Понимаете?

— Будем считать, что да, — отвечает тот, не желая вдаваться в технологические подробности. — Так, в итоге, то, что я нашел на сладе, и правда является основой для «фейского наслаждения»?

— Очень похоже, правда, в данном случае я подозреваю, что это не столько основа, сколько результат неудачных экспериментов, — отвечаю, пересыпая в ладони принесенный Адэртадом образец.

— То есть кто-то пытается синтезировать «фейское наслаждение», но у него не получается? — уточняет тот.

— Именно.

— Хм… — задумчиво хмурится эльф.

Его длинные пальцы начинают щупать волевой подбородок, никогда не знавший лишних волос. В таком виде он напоминает греческие скульптуры. Хоть сейчас ставь на пьедестал. Правда, насколько я помню, все они обычно были совершенно голыми… мммм…

Ловлю на себе его пристальный и несколько недовольный взгляд, понимая, что слишком явно оглядывала собеседника на предмет раздевания. Черт, попалась. Снова.

— Мне очень интересно, как вот это оказалось на складах, принадлежащих члену палаты лордов, — спрашиваю я, надеясь сменить фокус внимания.

— Есть у меня одно предположенье… — только и говорит тот.

— Правда? Какое?

Эльф снова смотрит на меня с повышенным вниманием. Будто бы пытается понять, можно ли мне доверять. Но потом все же объясняет.

— Что, если Торонат Нинглорон все-таки сдавал эти помещения кому-то другому? Кому-то о ком не нужно упоминать на официальных встречах? И что, если этот кто-то решил, что лорд превратился для него в угрозу?

— Почему?

— Не знаю. Возможно, условия их сделки стали для Нинглорона слишком невыгодными или опасными. Или он по какой-то причине не хотел отдавать «фейское наслаждение», а возможно даже грозился сдать «партнера» с потрохами. Вариантов достаточно. Но если он перешел дорогу кому-то подобному, не удивительно, что лорда решили убрать. Осталось лишь понять — кто.

— Тут у меня, кажется, есть вариантик…

Адэртад вколачивает в меня заинтересованный взгляд.

Да-да. Я знаю, что меня снова будут считать чересчур предвзятой, уверяя, что я просто завидую главному светочу города в магических искусствах. Но, черт побери, зачем-то же в магазине волшебника сделан туда незарегистрированный портал? И, зачем-то же его громилы проломили голову бедняге Никмусу Шейму?

Пусть маг уверяет, что хочет, но на сей раз он попался. И я — не я, если позволю ему отвертеться!

— Послушайте… — начинаю я.

Но тут многострадальная дверь моей лавки снова открывается, и я вижу в проеме грузную фигуру.

— Надеюсь, на сей раз вы все сделаете правильно? — басит посетитель дружкам, толпящимся позади. — Убейте всех, а эту бабочку, — и большой толстый палец упирается в мою сторону. — Я хочу себе…

Глава 23

Мать моя, вероятно, фея! Что-то в последнее время у орков на меня какой-то бешеный спрос.

Не могу сказать, что меня радует подобная популярность. Да и посещаемость лавки что-то выросла до практически неприличных размеров. Признаю, если раньше я сетовала на отсутствие посетителей, то теперь их хоть отбавляй. Причем отбавить бы поскорее!

Внутрь заходят шестеро. Главный громила, пожалуй, еще больше чем тот, которого я встретила в лавке Никмуса Шейма, да и остальные не выглядят как малые дети. Что ж… ситуация скверная.

Мне же не послышалось, что орк приказал убить всех? Хотя о чем это я⁈ Мне не послышалось, что он хотел меня себе? Я вообще-то никакой не приз.

От шума просыпаются Аэро и Эклипс, вскакивая на ноги. Но около них тут же оказываются трое из этой дружкой команды. Бедные феи, из огня да в полымя. Они ведь даже не успели ничего понять, как на них тут же наставляются клинки. Кажется, дружба со мной и правда обходится для них слишком дорого. Начинаю понимать, о чем говорили другие из общины, называя меня проблемным членом общества.

Перевожу тревожный взгляд на героя моих фантазий. Не знаю зачем, вероятно от безысходности. Ну, потому что вряд ли Ар-Фэйниэль может что-то сделать против этой бригады. Хотя, постойте-ка! Как раз может, он же уважаемый представитель закона. Ну, не станут же эти ребята нарываться на подобные неприятности? Нападать на инспектора при исполнении идея не самая здравая, да и правосудие Кэлэрдайна пониманием не отличается…

— Уполномоченный инспектор по особо важным делам Адэртад к вашим услугам, — видимо думая о том же говорит эльф, упирая в новоприбывших тяжелый взгляд. — Вы что-то хотели?

И на секунду мне даже кажется, что этого вполне достаточно, но, похоже, котелок у этих бандюганов варит не самую съедобную кашу. Или же, наоборот, каша там настолько крутая, что вовсе даже и не каша.

— Я знаю, кто ты, — гремит орк, коварно улыбаясь, и демонстрирует уродливый рубец, идущий от скулы и ниже. — Вот этот шрам мне, знаешь, кто оставил? Шесть лет назад, на пристани. Будет приятно вернуть должок.

Он делает шаг вперед и угрожающе хрустит костяшками.

— А еще приятнее будет после, когда эта бабочка займется моим… — и поглаживает себя по могучей шее.

Я испугано закусываю губу. Что-то не кажется мне эта