Кровь черного мага 5 - Эрик Гарднер

class="p1">Кобольд пару мгновений медлил в сомнении, но потом осторожно оглядевшись, спешно подошел к нам и протянул мне конверт.

— От моего хозяина, Ваша Светлость, — произнёс он тихо.

— Еще одно проклятие для Фризии? — поинтересовался я, взяв черный конверт.

— Это было бы глупо и неуместно. И это не ловушка. Мой хозяин всего лишь хочет с вами переговорить. Прочтите, когда будете один.

С этими словами он, поклонившись, побежал обратно и исчез в темноте.

— Это точно не опасно, Харди? — спросил Финбарр, проводив кобольда подозрительным взглядом.

— Нет. На конверте нет никакой магии. И внутри тоже.

— Зато я чую что-то другое, — мрачно заметил Финбарр. — Ты поймешь, когда увидишь послание.

— Догадываюсь, — хмуро отозвался я. — Пойдемте.

Сунув конверт в карман пиджака и думая о том, что замыслил черный маг, я направился в Гильдию.

Глава 8

Едва я вошел в зал совещаний Фризской Гильдии, как ко мне метнулась Маргарете. От неожиданности я остановился. Меньше всего я ожидал увидеть тут свою нечаянную супругу.

— Харди! — она явно испуганная спрятала лицо у меня на груди.

— Эм, — только и сказал я, поглядел в сторону сидевшей за столом Маделиф и бросил на волшебницу красноречивый взгляд, показывая, что только этого мне сейчас и не хватало.

— Когда я узнала о нападении, то распорядилась привезти Маргарете сюда для ее безопасности.

— Харди, ты же меня защитишь? — Маргарете подняла на меня взгляд.

В ее глазах сверкнули слезы, а сама она мелко дрожала. Я пригляделся к ней внимательнее. Но на этот раз Маргарете была действительно испугана, никакого притворства. Я притянул ее к себе, поцеловал в макушку и прошептал:

— Защищу, если будешь вести себя тихо. Я чертовски устал и мое настроение может резко испортиться. Поняла?

— Да. Я буду паинькой, Ваша Светлость, — она заулыбалась сквозь слезы и похлопала ресницами.

Я поглядел на нее с неодобрением и с вновь проснувшимся подозрением. Маргарете мгновенно посерьезнела.

— Харди, я действительно ужасно испугалась, — тихо произнесла она. — А ведь я даже колдовать не умею и ничего бы не смогла сделать.

— Двадцать высших не смогли ничего сделать, — негромко отозвался я. — Так что, умей ты колдовать, тебя бы это не спасло.

Я почувствовал, как она содрогнулась.

— Что там случилось? — едва слышно произнесла она и показала назад глазами. — На госпоже Халевейн лица нет.

Я промолчал, оглядывая зал совета. Все оставшиеся в Гильдии маги сидели за столом и изучали какие-то списки.

— Скажи лучше, ты прислугу не притащила случайно с собой? — спросил я.

— Я вывезла весь двор из Эвенбурга, — Маргарете кивнула. — Людей было жалко бросать. Да и с ними как-то не так страшно…

— Тогда может они организуют для всех ужин?

— Да, я распоряжусь. Памятуя, как у них в Гильдии все скромно, я даже распорядилась привезти все наши съестные запасы.

— Вот и отлично, — я выпустил ее и направился к магам, остановившись возле Маделиф. — Что вы делаете?

— Как я вам уже говорила, Ваша Светлость, потеря такого числа высших — это катастрофа для Гильдии. У меня только одна мысль — как выправить ситуацию. Мы просматриваем списки всех имеющихся магов во Фризии. Светлых, разумеется. Самых сильных из них мы можем взять в Гильдию…

Маделиф наткнулась на мой взгляд и смолкла.

— Вы своими законами разбили колдовское общество на магов первого сорта, высших светлых, и второго, для которых вход в Гильдию был заказан. А теперь, когда вы оказались в затруднительном положении, вы решили поменять закон?

— Это единый закон для всех Гильдий, — возразила Маделиф. — Но вам кое-чего не понять. Светлые не злопамятны и они помогут, если я попрошу. Но окажись вы на их месте, вы бы не откликнулись на зов помощи, не так ли?

— Вот как? Тогда что я тут делаю?

— Не знаю.

Я с непониманием уставился на волшебницу и медленно выдохнул.

— Знаете, мне кажется сегодня был чертовски утомительный и тяжелый для всех нас день. Вас произошедшее и вовсе совершенно измотало, раз я слышу подобное. Предлагаю всем поужинать и выспаться, прежде чем дальше заниматься делами.

— К сожалению, дела нельзя откладывать ни на минуту, — ответила Маделиф. — Как и посещение Управления. У нас есть примерно три часа для решения дел в Гильдии — до того момента как Бастиан Зебальд и его полицейские вернутся в Эмден.

— Знаете, что происходит с загнанными лошадьми? — спросил я. — Не хотел бы, чтобы кто-то из нас им уподобился.

— Уверена, вы своих лошадей никогда не загоняли, Ваша Светлость.

— Я — нет. А вот вы сейчас к этому близки под бременем долга.

Маделиф лишь молча протянула пухлую папку.

— Это дела магов, внутри описание способностей, силы, оценка потенциала. Прочитайте и пометьте тех, которые бы могли нам оказать реальную помощь в сложившейся ситуации. Об изменениях законов по принятию магов во Фризскую Гильдию я уведомлю Объединенный Совет завтра.

— Точнее, поставите его перед фактом.

— Я приложу прошение. Думаю, что меня поймут и не будут возражать.

— Вы создадите прецедент. И остальным это не понравится, будьте уверены.

Я приоткрыл папку и увидел на первом листе фотографию, имя и прочие личные данные какого-то мага.

— Ух ты. А на меня подобная папка тоже имеется, не так ли? Вы для нее те фотографии отбирали?

Маделиф только поджала губы с досады и ничего не ответила.

Окинув взглядом магов, уткнувшихся в аналогичные папки, я ушел к камину, уселся там в кресло. Рядом устроился Финбарр, а Ноткер устроился на толстом ковре у самого камина, наколдовал книжку, судя по обложке, про растения, и углубился в чтение.

— Как тебе такое, Барри? — тихо спросил я.

— Госпожа Халевейн произведет революцию в их консервативном обществе, — отозвался с невеселой усмешкой кузен. — Но я бы на ее месте поступил наверное точно так же.

— На ее месте, чтобы усилить Фризскую Гильдию, я бы это сделал давным-давно, — заметил я.

— Так ты не против? — удивился Финбарр.

— С чего я должен был быть против? Хотя я бы пошел еще дальше, — я чуть прищурил глаза.

— О… — только и сказал Финбарр. — Хотя,