Клиника «Вскрытие покажет», или Живым вход воспрещён - Александра Шервинская

понял, что это, пожалуй, будет слишком даже для психологически продвинутых жителей Левендота.

– Не, – отмахнулся Захарий, – там мы просто напишем, что живым вход воспрещён. А то постоянно кто-нибудь да вломится не вовремя.

– А я договорился насчёт возврата хальи, – со скромной гордостью сообщил Захарию Денис и довольно улыбнулся, увидев округлившиеся глаза помощника, – причём с процентами.

– И кто же был этот злодей? – праведному возмущению Захария не было предела, и Денис ехидно ответил:

– Это ты тоже можешь у инспектора уточнить, он наверняка знает, но может и не рассказать в интересах следствия.

– Это секретная информация, – сверкнул очками Генри, втихаря показывая Денису кулак, – но как только можно будет, я тебе непременно расскажу.

– Ой, а что это у вас в корзинке, док? – вдруг спросил Захарий. – Если что портящееся, то лучше в холод отнести…

– Это котёнок лиймора, – гордо сообщил Денис и получил в ответ очередной неверящий взгляд. – Мне его оборотни подарили, вот!

– Живого?! – ахнул Захарий.

– Ну а какого ещё? Дохлого, что ли? – Денис осторожно приоткрыл корзинку, и все трое с умилением и восторгом стали рассматривать маленького зелёного котёнка, который спокойно спал, свернувшись клубочком. Наверное, почувствовав внимание, котёнок повернулся, на секунду показав светлый животик, и зевнул, продемонстрировав розовую пасть и несколько зубов. Судя по их количеству, лиймору – если ориентироваться по земным котам – было около месяца.

– Ой, какой хорошенький! – восторженно вздохнул Захарий и тут же строго добавил. – Вы, док, крышку-то закройте, чтобы он случайно кого другого первым не увидел. Лийморы, они ведь такие: кого первым в жизни увидят, того и будут за своего считать.

– А он что, в стае никого не видел? – не понял Денис. – Он же наверняка глаза открывал…

– Свои не считаются, – пояснил уже Генри, – лийморы никогда чужих к котятам и не допускают поэтому. Взрослый уже не будет так реагировать, а вот котёнок – да. Для того чужого, кого он увидит первым, лиймор станет самым верным другом.

– Я слышал, что их иногда крадут котятами и специально рядом сидят, чтобы не пропустить момент, – сказал Захарий и осуждающе покачал головой.

Закрыв крышку, от протянул Денису корзинку и торжественно произнёс:

– Это очень ценный дар, док, берегите его.

– Мррр, – послышалось тут из корзинки, и все замерли.

– Это он проснулся, да? – Денис растерянно посмотрел на Генри и на Захария. – И что я должен сделать, чтобы ничего не испортить?

– Ну, не знаю, – Захарий пожал плечами и перевёл взгляд на инспектора, как, видимо, на более опытного в житейских делах, – наверное, открыть и посмотреть на него. Или это она?

– В смысле – она? – Денис отдёрнул руку от крышки, которую уже почти откинул. – Ты хочешь сказать, что это может быть девочка?

– Ну да, – кивнул помощник, – а вам-то, док, какая разница?

– Действительно, – хихикнул инспектор, – тебе же её замуж не выдавать и кавалеров метлой не отгонять.

– Как-то я не готов к тому, что это может быть девочка, – с сомнением покачал головой Денис, – но в любом случае – не нести же её обратно, правда?

Он аккуратно взялся за крышку и, откинув её, с какой-то робостью заглянул внутрь: на листьях, задрав лапы, лежал донельзя довольный жизнью изумрудный котёнок и хитро жмурил тёмно-жёлтые глазки. Увидев Дениса, он замер и, не разрывая зрительного контакта, постарался перевернуться на лапы.

– Возьми его на руки, – без особой, впрочем, уверенности подсказал Генри, – он сам не сможет, маленький слишком.

Денис протянул руку и вытащил из корзинки свой зелёный пушистый подарок. Лиймор удобно устроился в ладони и внимательно посмотрел на Дэна.

– Привет, – сглотнув откуда-то взявшийся в горле комок, сказал молодой человек, – я Дэн. Мы с тобой теперь будем жить вместе.

Котёнок, казалось, очень внимательно прислушивался к тому, что говорил Денис, словно понимал, о чём идёт речь. Хотя с учётом того, что он вполне себе мог оказаться говорящим, возможно, действительно понимал.

– Я назову тебя Симба, – сказал Дэн, вспомнив диснеевский мультик про короля-льва, – тебе нравится?

– Нррра-а-а-вится, – неожиданно протянул котёнок нежным голоском и уточнил, – ты – папа?

– Я?! – вот тут Денис по-настоящему растерялся.

– Ты – папа? – повторил котёнок и, не дождавшись ответа, укусил Дэна за палец так, что тот чуть не выронил свой говорящий подарок. – Па-а-а-па… – удовлетворённо протянул котёнок, слизнув выступившую капельку крови.

– Ээээ… – глубокомысленно протянул Денис, глядя на мужественно старающегося не смеяться Генри.

– Ну что, док, поздравляю вас, как говорится, с пополнением, – радостно заявил Захарий, – с дочечкой вас, ну, вы понимаете, о чём я, да?

– Нет! – рявкнул Денис. – С какой дочечкой, ты про что вообще?

– Ну так это же девочка, вон, смотрите, какие кисточки на ушках, такие только у девочек бывают, – пояснил Захарий. – Славная девочка, хорошенькая такая!

– Спаси-и-и-бо! – протянула Симба, щуря на Захария янтарные глазки. – Ты хоррро-о-о-ший…

– Значит, так, – решил Денис, осторожно сгружая недовольную Симбу обратно в корзинку, – я по делам, а вы тут чем-нибудь займитесь: место для неё найдите, составьте список того, что надо купить. Ты понял, Захарий? Если я папа, то ты … ты тогда старший брат! Заботливый и незаменимый.

– Куда-а-а? – протянула Симба, выглядывая из корзинки и делая попытки выбраться из неё самостоятельно. – Меня-а-а… С тобо-о-о-й…

– Нет, – Денис сделал строгое лицо, стараясь не думать о том, что в его жизни, и без того нескучной, появилась ещё и говорящая кошка. – Ты не идёшь, потому что там у нас труп, ясно?

– Тррру-у-у-п? – заинтересованно протянула кошечка. – Интеррре-е-е-сно…

– Абсолютно в нём нет ничего интересного для маленьких девочек, в смысле – кошечек, – сурово ответил Денис, торжественно вручил Захарию корзинку с недовольно сопящей Симбой и повернулся к Генри. – Чего стоим, кого ждём? Труп без нас небось извёлся уже…

– Через город будет быстрее, – старательно сгоняя с лица улыбку, сказал инспектор и первым шагнул в сторону клиники.

– Как скажешь, – Денис помахал рукой уже вовсю воркующему с Симбой Захарию и взбежал на крыльцо.

Пройдя через клинику и выйдя на уже знакомую площадь, Денис обнаружил стоящую на крыльце корзинку, накрытую салфеткой. Судя по всему, это был обещанный трактирщиком ужин. Не раздумывая, Дэн прихватил еду с собой: наличие трупов ещё в прошлой жизни перестало отбивать у него аппетит. Тем более, что тут всё как-то по-другому… наверное.

Генри одобрительно покосился на корзинку с ужином и кивнул:

– Это ты правильно решил, я не знаю, сколько мы там провозимся.

Чтобы дойти до Болотных ворот, потребовалось около получаса, и за это время мужчины успели ополовинить корзинку, сжевав то, что можно было есть на ходу: пирожки, яблоки и бутерброды. А что-то наверняка