Повелитель теней. Том 3 - Вик Романов

настолько сильный магический шум, что меня на секунду оглушило, а Тени развеялись по ветру. Точнее — по сквозняку. Отлично. Это что-то вроде магической глушилки, которая не позволяет одарённому использовать свои способности.

Да чтоб Аврелия Изнанка сожрала! Каким бы сильным ты ни был, какими бы артефактами ни обладал — если ты не умеешь использовать свои возможности и ресурсы, то грош тебе цена! Всё это время он мог нас спасти — быстро и эффективно, если бы соображал быстрее! А сейчас, когда опасность миновала, Аврелий не потрудился включить мозг и понять, что магической глушилкой помешает собственной же охране! И мне. Я оттолкнул его, вернул все рычажки в исходное положение и снова вызвал Тени и отправил их в погоню. Я был уверен, что уже поздно, однако… В метрах пятидесяти от шиномонтажки стоял небольшой чёрный фургончик. Рядом с ним кружили мордовороты в спортивных костюмах с мечами наперевес.

— Что ты себе позволяешь⁉ — прошипел Аврелий. — Ты меня спас, но не зарывайся, я лучше знаю, что делать в таких ситуациях!

Сначала я хотел на пальцах объяснить, как он не прав, но слишком уж меня заинтересовал фургон — на нём не было ни царапины. Ни следа сражения. Значит, его остановили не люди Аврелия. Мне хотелось осмотреть его первым — понять, что произошло.

— С вас желание до востребования, — произнёс я категорично, проигнорировав его возмущение. Забавно, такими темпами вся Российская Империя будет ходить у меня в должниках. А что, было бы неплохо. Я слегка повеселел и объяснил Аврелию, у которого брови медленно ползли к линии роста волос: — За долг жизни. Награда мне не нужна. А вот желание до востребования — да. Я предъявлю счёт, когда наступит время.

— Дерзкий мальчишка, — хмыкнул Аврелий и крикнул мне вслед, когда я направился к двери: — Эй, ты куда? Хочешь сдохнуть? Второй раз тебе так не повезёт!

Я вышел на улицу и глубоко вдохнул прохладный ночной воздух с сильным запахом смерти. Даже отсюда я чувствовал, что все, кто находился в фургоне, были мертвы. Но аура смерти была несвежей, а уже немного застаревшей. Странно.

— Эй, старик, отойди! — приказал кто-то, когда я приблизился к фургону, расталкивая людей Аврелия. В моё правое плечо вцепились крепкие пальцы, но я резко ушёл вбок, схватил запястье наглеца и завернул его руку ему за спину. Наглец взвизгнул, и я узнал его — Василь.

— Добавки хочешь? — с угрозой произнёс я. — В этот раз сам, без Петровича?

Василь уставился на меня, выпучив глаза. В его глазах медленно загоралось понимание. Он с неверием осмотрел меня с головы до ног — ах да, я же был в гриме — и пролепетал:

— Ой, так это вы, господин, простите… Я это, как оно, обознался, вот… Тут же как в жопе у бегемота, ничего не видать! Эй, мужики, не щерьтесь так, это новенький! Вы это, не гоните, а то у это паца… старика яйца по пять килограмм каждое, и оба из чугуна! — Василь покосился на меня и попросил: — Господин, вы бы это… Руке больно.

Я отпустил его и сказал:

— Хочу осмотреть фургон. Не мешайте.

— Как пожелаете, паца… Ой, господин, господин, — залебезил Василь и дал знак остальным, чтобы они расступились. Краем уха я услышал, что из шиномонтажки вышел Аврелий — он негромко переговаривался со своими подчинёнными и девицами из массажного салона, но мне не мешал. Я дёрнул за ручку и открыл дверь фургона. Водитель сполз со своего сидения и наполовину лежал на пассажирском. В кузове же было четыре человека, мужчины, — все мне незнакомы. Я дотронулся до ближайшего тела — ещё тёплое. На первый взгляд, они умерли всего несколько минут назад, но я понимал, что это — видимость. Настоящие преступники свалили, а вместо себя оставили фальшивку, муляж для отвода глаз.

— Смотрите, смотрите, — Василь указал в глубь фургона, ловко обогнул меня и нырнул внутрь. Он там покопался несколько минут, что-то поднял, вылез и уселся на подножку, демонстрируя всем алюминиевый баллон, размером и формой напоминающий кеглю. На боку баллона темнел знак, предупреждающий об опасности. Василь радостно оскалился: — По заслугам получили, твари! Заказчик-то не лыком шитый! Подкинул им в фургон подарочек!

— Что это? — поинтересовался я.

— Тихая смерть, — ответил Василь. — Ну, эта, её так называют у нас, в народе. Ядовитый газ без запаха и цвета, его эта, замаскировать легко. А потом — хоба! По таймеру выпустить, и травануть всех, кто хоть раз нюхнёт. Пять минут полетает, потравит всех и всё, разлагается. Безопасным становится, вот как.

— Считаешь, их убили в фургоне, после того, как они напали на Аврелия? — уточнил я.

— Ну а как ещё? — с лёгкой снисходительностью хмыкнул Василь и посмотрел на меня как на дурочка. Правда, быстро опомнился и скорчил услужливую мину. — Да чо тут велосипед придумывать? Наёмники же тож свидетели. Мы б их как допросили! Ух! Всю душу бы вытрясли! Так что эта… Заказчик-то нас хорошо знает, потому и подстраховался, чтоб на его задницу не вышли!

— Да, наверное, ты прав, — я кивнул, хоть и считал эту версию несостоятельной.

— Погоди, погоди, я ж его знаю! — воскликнул невысокий лохматый парень и пристально уставился на мёртвого водителя. — Этот мужик из карательного отряда Гавроша, точно вам говорю! Да посмотрите на его кривую рожу, такого ни с кем не спутаешь! Ух, эта сука приходила к моей сестре — долги выбивала. Сестра — дура, заложила Гаврошу серьги да ещё и заняла целую тыщу!

— То, что твоя сестра — дура, это не новость, — проговорил Аврелий, который незаметно к нам подошёл. Он повернул к себе Лохматого, взял его за подбородок и суровым тоном произнёс: — А по делу что? Ты уверен? Если нападение действительно организовал Гаврош, это тянет на объявление войны. Тебе точно не померещилось?

— Точно, — проблеял оробевший Лохматый.

— Да и у этого морда знакомая, — пробормотал Василь и перевернул один из трупов, лежащий в кузове. — Зуб даю, я его видел с Гаврошем. Сто процентов рядом ошивался!

— Перепроверьте, — велел Аврелий, посмотрел на меня и подбородком указал на шиномонтажку. Мы отошли, и он задумчиво произнёс: — Всё это дурно пахнет. Ко мне приходит романовец и напрашивается в Ронины, хоть ему и дали от ворот поворот. К тому же приходит он в мой клуб, который вырезали подчистую. Романовец говорит, что это сделал «СиДР». Мы едем в моё убежище, и тут на меня нападают мои хорошие товарищи, — последнее слово Аврелий особенно выделил, его голос сочился ядом. — Гаврош и компания.

— Выбрали идеальное время, — я равнодушно пожал плечами, хоть и понимал, куда он клонит. Гаврош… Не тот ли это мерзкий старикан, к которому мы ходили вместе с Карповым? Важная шишка в преступном мире?

— Знаешь, тебя спасает только то, что ты умер бы, — протянул Аврелий и криво улыбнулся. — Мы бы все там сдохли.

— Кстати, спасибо, что напомнили. С Ивана тоже желание по востребованию, — усмехнулся я и уточнил: — Так что, мне отправляться в Новосибирск, или ваши планы изменились? Теперь переживаете за целостность своих Ронинов, а не мою? — я вытащил из кармана телефон, посмотрел на экран и хмыкнул: — Только решайте быстрее, уже три часа утра, а мне к одиннадцати на занятия.

Аврелий тяжко вздохнул:

— Духовка настроена. Если она вообще уцелела, конечно, то можешь прыгать в Новосибирск. Тебя уже заждались.

— Прекрасно, — я обозначил полупоклон и зашёл в помещение шиномонтажки. Печь не пострадала. Я распахнул дверцу, засунул голову в духовку, и меня мгновенно засосало внутрь, закрутило, вытянуло, разрезало и расщепило. Ощущения были премерзкие — словно меня пропустили через мясорубку, а потом зашвырнули в бушующий торнадо. Я не мог понять, где мои ноги, а где — руки или голова. Казалось, это длилось несколько часов, пока меня не выплюнуло из точно такой же духовки, но в другом месте. Если точнее — в небольшом деревянном сарае, у которого не было передней стены. Перед сарайчиком, на круглой поляне, стояло девять человек. Фотографии восьмерых я видел в папочке со сделками — группа, с которой мне предстоит пойти в Данж.

— Здравствуйте, я — координатор, Альберт Павлович, — представился девятый. — Разрешение для вас в Информационном Бюро уже получено, так что можете выступать в поход. Он предварительный, для исследования местности. Более серьёзную экспедицию можно будет организовать в следующий раз. Если вы, конечно, захотите продлить сделку, — Альберт усмехнулся и указал на высокого крепкого, но… горбатого мужика: — Все документы у вашего командира.

— Что-то Аврелий подложил нам свинью, — презрительно меня оглядев, прогремел Горбатый. — Тебе сколько лет, дед? Ты вообще как ходишь-то? Песок ещё не сыплется?

Я окинул их быстрым взглядом и мысленно поморщился — да уж, не зря Аврелий предупреждал, чтобы я был осторожнее. Моя