Первый среди равных. Книга XI - Жорж Бор

— Вы угадали, — в тоже мгновение, подтвердил мои мысли барон. — Мне не очень просто это объяснить, ваша светлость. Раньше со мной подобного не случалось, а теперь… теперь всё как-то непонятно. Мне кажется, что я действительно убил когда-то Корчаковского-младшего. Ну или не я…

— А кто тогда? — пытаясь навести барона на правильный путь размышлений, уточнил я.

— Не могу сказать, — покачал головой Виктор. — Зато точно знаю, что это связано с вашей семьёй. Каждый раз, когда рядом со мной оказывается кто-либо из рода Разумовских, я чувствую необъяснимый подъём и желание защитить этого человека любой ценой. И после каждой такой встречи мне начали сниться сны… очень странные сны.

Я внимательно посмотрел на барона и негромко произнёс:

— Такое тоже случается, ваше благородие, и об этом не нужно говорить со всеми подряд.

— Но вы же не все подряд, Ярослав Константинович! — с некоторым вызовом в голосе воскликнул Ожегов. Его явно очень сильно беспокоила эта тема. Ожегов не терпел, когда чего-то не мог понять или объяснить. — Эти сны из-за вашей семьи происходят, и я вижу вас там!

— Барон, — осадил я собеседника, — мы можем с вами обсудить подобный вопрос позже.

— Почему не сейчас? — прямо спросил Ожегов.

— Потому что сейчас я не смогу вам объяснить, что происходит, — честно ответил я.

— А когда сможете? — жадно спросил барон.

— Когда вы увидите достаточно, чтобы понять.

Я ответил максимально размыто. В такой ситуации, даже если Ожегов попадёт на допрос к опытным менталистам, что-либо доказать или объяснить, или даже выловить из памяти барона, у них вряд ли выйдет.

Но при этом взгляд Виктора Романовича заметно изменился. А я всерьёз задумался о том, что возможно всё же смогу вернуть из небытия своего первого генерала. Бернхард был ключевым моим помощником многие-многие годы. Первая встреча с Ожеговым пробудила во мне надежду, что я сумею вернуть одного из первых носителей моей силы.

Однако, немного больше пообщавшись с Романом Викторовичем, я понял, что душа Бернхарда слишком многое потеряла по пути к текущему времени. К счастью, я ошибся.

Присутствие, пусть и пока что частичное, силы Вершителя Элрога заставило мятежную душу непобедимого генерала вернуться из небытия и попытаться снова встать со мной рядом. Мощь души Бернхарда, его воли и силы духа оказались настолько велики, что он сумел ощутить меня даже сквозь бездну разделявших нас веков. Но для того, чтобы генерал осознал себя, мне придётся неплохо поработать.

— А это кто? — увидев, как к нашей небольшой колонне присоединяются ещё два автомобиля, спросил я. К этому времени мы уже проехали почти половину пути до Твери. И замеченные мной машины выехали с небольшой парковки у трассы.

— Я прошу прощения, ваша светлость, — тут же произнёс Ожегов. — Нужно было вас предупредить. Я ещё до того, как встретился с Анастасией Константиновной, договорился о совместной поездке в Москву с князем Эльдаровым. Это его машины. Возможно, князь едет не один, но тут уже ничего сказать не могу.

— Понятно, — растянув собственную ауру на всю колонну, ответил я.

В ответ пришло чёткое ощущение силы Руслана Джаббаровича. Он в машине ехал один и, будто понимая, что от него требуется, на пару мгновений убрал многослойную защиту со своего транспорта. Это был очень располагающий и смелый поступок, потому что князь рисковал получить немедленный удар. Врагов вокруг не было, а я атаковать князя не планировал, но жест оценил. Тут же, свернув свой дар, вернулся к разговору с Ожеговым.

— Как получилось, что вас вызвали в столицу, барон? — поинтересовался я. — Анастасия Константиновна вскользь упоминала, что это благодаря вашему участию в обороне Твери.

— Именно так, ваша светлость. — кивнул Виктор. — Дело в том, что мое участие в обороне Твери было отмечено губернатором. Глава имперской канцелярии лично ознакомился с разработанным мной планом обороны и решил привлечь меня к одному из этапов всемирной конференции.

— Понятно, — улыбнулся я. — Меня, видимо, тоже планируют привлечь к какому-то этапу.

— О, я уверен, что вам предназначена одна из ведущих ролей на конференции, Ярослав Константинович, — убеждённо ответил барон. — Честно говоря, я вообще удивлён, что вас ещё не вызвали на личную встречу к его императорскому величеству.

— Это было бы излишним, — неохотно проворчал я.

— Наоборот, ваши действия во время обороны Тверской аномальной зоны заслуживают огромного поощрения, — возразил мне собеседник. — И я могу объяснить тот факт, что вы до сих пор не побывали в Кремле, только статусом рода Разумовских. А теперь же, когда вы сняли Право Последнего, встреча с императором только вопрос времени.

— А с кем нам предстоит обсуждать все распоряжения по поводу конференции? — не желая углубляться в сложную тему, спросил я. — Анастасия Константиновна ничего не смогла мне сказать на это.

— Вообще, изначально мы должны были говорить с главой службы безопасности имперской канцелярии. Дело в том, что господин Степанов обязан был провести инструктаж для всех защитников Тверской аномальной зоны и объяснить им правила общения с иностранными делегациями, рассказать, что можно говорить иностранцам, а что нельзя.

— Понятно, — максимально нейтрально произнёс я.

Большие политические игры всегда требовали очень чёткого соблюдения регламента, но мне претила мысль о том, что какой-то чиновник будет указывать мне, что можно делать или говорить, а что нельзя.

— Это действительно очень важно, — уловив мой тон, произнёс Ожегов. — Вокруг Российской Империи сейчас складывается целый враждебный альянс, и нам нужно быть очень внимательными, чтобы не дать противникам страны повод или возможность получить дополнительные преимущества.

— Может, вы и правы, — вздохнул я.

— Ну, по крайней мере, так было написано в том письме, которое я получил, — добавил барон. — Но потом, чуть позже, когда я попытался позвонить главе службы безопасности, оказалось, что господина Степанова сняли с поста. Не знаю, что там случилась за история, но нас будет инструктировать граф Дорохов.

— Дорохов? — удивлённо посмотрел я на Ожегова.

— Да, он заместитель главы службы безопасности и обладает не меньшими полномочиями, чем господин Степанов.

Совпадение или нет? Возможные последствия или нет? В голове пролетела череда мыслей, и ответить на некоторые из возникших вопросов я не сумел.

Скорее всего, ситуация с виконтом Дороховым не станет причиной каких-то враждебных действий