Лисицын и Японамать - Titus

в детстве – всем от меня было что-то нужно. Родителям – чтобы я себя хорошо вёл, бабушке – чтобы почаще приходил в гости, государству… от государства вообще никаких подарков, кроме очередного повышения налогов, а тут – богиня!

- У тебя будет миссия. В Японии и вассальной Корее отрицательная рождаемость. Корея мне без разницы, а в Японии ты должен восстановить рождаемость нации! – торжественно произнесла она.

- Богиня, ты чё, с дуба рухнула? Где я, а где Япония? – я ещё не решил, как относиться к глюку, поэтому говорил, что думал. В этот же миг меня опалило огненным дыханием богини, и я заорал от боли.

- Побольше почтительности, - надменно произнесла Японамать. - Не забывай, с кем ты говоришь!

- Хо-ро-шо, - выдавил из себя, переведя дух. Ну её, с неё станется спалить меня заживо.

- Правильно мыслишь. Я могу обречь твою душу на вечные страдания!

- Японамама, не надо на вечные! Я просто был в оху… эммм, в недоумении, почему выбор пал на обычного преподавателя из Питера, а не жителя Хоккайдо, или хотя бы Пусана…

- Нужен свежий взгляд со стороны. В этом мире одарённые женщины слишком увлеклись своей исключительностью, подав плохой пример всем остальным женщинам. Я попросила у своего коллеги из другого мира свежую душу человека, который умеет найти подход к женщинам. Так мы поменялись душами из разных миров, мне досталась твоя душа. Он напоследок сказал, этот – справится. Наверное. Да не, должен. По крайней мере, попытаться стоит. В общем, как-то коллега был не слишком уверен, и меня терзают смутные сомнения, так что приложи все силы, чтобы не разочаровать меня!

- Стоп! А зачем тебе повышать рождаемость, если ты – богиня смерти? Как бы есть небольшое противоречие, не?

- Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо! – японамама неожиданно процитировала Гёте. - Никакого противоречия! Сказано же вам – плодитесь и размножайтесь! А вы – феминизм, свободные отношения, фигура, карьера, чайлдфри! Тьфу! Чем меньше рождается, тем меньше умирает, а я заинтересована в увеличении притока душ в своё царство, а совсем не наоборот! Поэтому ты уж там постарайся.

- Как?!?

- Да мне без разницы! Сам сотрёшься под корень или организуешь процесс, но если я останусь недовольна…

Она опять полыхнула пламенем, и я торопливо ответил:

- Понял я, понял! Только, чувствуется, для моей миссии одной идеальной памяти будет маловато! Дело предстоит опасное… ну, ты понимаешь, - мне захотелось выбить побольше плюшек из богини, раз уж без меня меня женили.

- Ты прав, человек! Зашибут тебя ещё женщины ненароком. Дарю тебе от щедрот своих бессмертие. Временное! Отныне ты, как только выпьешь стакан алкоголя, будешь, как горец Маклауд, неуязвим. А то опять напьёшься палёной водки, уснёшь и замёрзнешь насмерть насмех моей сестры Аматерасу. Ну, и по мелочи тебе буду помогать, так что не зевай. Даю тебе пять лет!

- Пять лет? Всего? А если я не успею?

- Превращу тебя в женщину, будешь повышать рождаемость естественным путём. Такая же участь тебя будет ждать, если погибнешь – запихну твою душу в женское тело и не дам тебе помереть, пока не родишь. Минимум десятерых!

- Не-не-не, не надо в женщину, я справлюсь! А что это «за деньги да» я вот только что от первого лица видел?

- Это твоё новое тело. У него, у тела, есть слабенький дар, который тебе поможет в твоей нелёгкой миссии.

- А что с настоящим хозяином тела?

- Он клятвопреступник, альфонс и слизняк – он позорит своих предков и плохо обо мне отзывался, чем заслужил наказание. Первое время он поможет тебе освоиться в новом мире, потом я заберу его душу, как только ты решишь, что скрипач тебе больше не нужен.

- Да? Ничего не понял!

- Разберёшься. Вперёд! – она отмахнулась от меня рукой, и я начал падать во тьму.

***

Ммм, чего же так болит голова? А, точно, палёная водка! – я вспомнил свой странный сон и его первопричину. Потянулся и в изумлении уставился на свои руки, торчащие из рукавов ночной рубашки с кружавчиками. Это не мои руки!

Вскочил и заметался по тесной спальне в поисках зеркала. Увидев за приоткрытой дверью аппарат для призыва ихтиандра, рывком открыл дверь и запрыгнул в санузел. Над раковиной – большое зеркало. Стащил с себя длинную ночную рубашку и уставился на себя в немом изумлении. Это не моё тело! Точнее, теперь уже моё. Видимо, сон – это был не плод воспалённого воображения, а вполне состоявшееся общение с потусторонней сомнительной личностью.

- Шшш, - зашипел, когда голову пронзило болью, как иглой. Ну, ладно, ладно, не сомнительной личностью, а красивой, милой и пушистой богиней, которая могла бы не подслушивать чужие мысли.

Боль прошла, будто и не бывало, я принялся разглядывать своё обнажённое тело... Что сказать? Могло быть и хуже – обычное тело двадцатилетнего парня: худой, высокий, под метр девяносто. Вот рожа подкачала – нос слишком… аристократичный. То есть, не обычный рязанский нос, а длинный такой шнобель. Сразу видно, породистый. М-да. Ну, ничего, главное, что девушкам нравится – богиня так сказала.

Глаза голубые, вьющиеся длинные тёмно-русые волосы, над верхней губой тёмная полоска пробивающихся усиков. Сойдёт. Пальцы… пальцы длинные, музыкальные, руки ухоженные.

- Аааа! Как это? Ты кто?!? – в голове раздался истеричный голос. – Почему я не могу управлять своим телом???

- Молчать! – мысленно рявкнул я. – Довыпендривался? За какие такие грехи на тебя богиня обиделись, тебе лучше знать. Так что не трынди, это теперь моё тело! А ты теперь здесь на птичьих правах в роли консультанта. Понял?

- А если я против? Если я ничего не скажу?

- Тогда полетишь ты, голубь сизокрылый, в дальние края на вечные муки – мне так Японамать сказала. Ждёт она тебя, не дождётся, и только от меня теперь зависит, когда она заполучит твою грешную душу, - я приоткрыл свою память и показал фрагмент общения с богиней.

- Пся крев, нет! Неееет! Не хочу! Только не это! Сука! Тварь! Верни мне моё тело!!! – в моей голове раздался натуральный