Огненный князь 4 (СИ) - Тимур Машуков

выдержат, отсеются, значит, академии не придется попусту тратить на них драгоценное время и ресурсы. Впрочем, я уверена, они с честью все выдержат, ведь так, господин Багрянин?

— Тогда моё место рядом с ними, — резко поднявшись, я направился к двери.

— Сядь! — хлестнул меня ее голос. — Остынь. Ничего с ними не случится. В отличии от остальных, для них всепройдет по более легкому сценарию. Лишняя жестокость в академии не приветствуется, но и капризных барышень мы перевоспитывать не будем. Наказать их я была обязана. За то, что влезли в драку, а не обратились к охране. А ты пиши давай, — настойчиво пододвинула она ко мне стопку листов. — И подробно.

— Твоя доблестная охрана в этом тоже замешана, — злобно бросил я. Искоса посмотрев на нее, я взял ручку. Быстро проиграв в голове то, что произошло, кратко изложил ситуацию на бумаге. Уложился я минут за пять, после чего протянул написанное Веронике.

Та пробежалась глазами по тексту, задала несколько уточняющих вопросов и удовлетворенно кивнула.

— Значит, Меньшиков решил похитить свою дочурку, а ты не дал? Очень интересно. Еще и других курсантов на это подбил. М-да, зарвался граф, очень зарвался. Ничему-то его жизнь не учит.

— И что их ждет?

— Ну, на основании выдвинутых тобой обвинений я могу им предъявить только нападение на курсантов вне арены. При этом максимум, что им грозит — исключение. И только если твои слова подтвердит Марина — в чем я сильно сомневаюсь, вряд ли она пойдет против собственного рода — то ссылка в Нижние миры.

— Вы всех без разбору туда пихаете, да? Иных наказаний нет?

— А зачем что-то придумывать? — пожала она плечами. — Там идет война и маги нужны всегда. Одарённые заключенные — это ценный ресурс, который надо использовать с максимальной пользой.

А знаешь, мне уже интересно посмотреть, чего окажется в Меньшиковой больше — жажды свободы или подчинения отцу.

Но куда интереснее мне понять, почему ты ее называешь своей невестой?

— А почему этот вопрос вас так беспокоит, Вероника Анатольевна? Моя личная жизнь вас никоим образом не касается. И вообще, я все написал, как вы требовали — освободите моих друзей.

— Уже отдала распоряжение через ГЛИС. А что же до остального… Багрянин, сколько ты не выделывайся, все равно будешь моим.

— Ну да, — усмехнулся я, вспомнив историю их рода. — Жениться на тебе и потерять свою фамилию? Без меня.

— Тебя только это смущает? Фамилия? Я не наследница Алгомских, так что вполне могу войти в род мужа. И приданое у меня такое, с которым разве что Лиза может посоперничать, да и то вряд ли. Мы точно не бедней Романовых. Вот скажи мне, Тимофей, чего тебе ещё надо? Ты же знаешь, как я к тебе отношусь, и понимаешь, что это искренние чувства.

— Искренность от бывшей главы Тайного Сыска? Не смешите меня, Вероника Анатольевна. Сыскарь даже на пенсии остается сыскарем. Это у вас уже в крови. Вы всегда будете делать так, как надо, а не так, как хочется, потому что не можете иначе. Я и сейчас не уверен, чего в вас больше — служебного рвения или чистых эмоций.

— А ты проверь, — вызывающе подалась она вперед. — Ну же! Включи, наконец, мужика и возьми самку, которая тебе нравится.

— А с чего вы взяли, что нравитесь мне?

И вот тут я ступил на скользкий лед. Эту дамочку надо было отшить предельно корректно. Разъяренная фурия во врагах мне точно не нужна. Но и давать слабину я не собирался. Я даже поймал себя на мысли, что мне нравится ее бесить и корчить из себя этакого неприступного принца, ждущего в высокой башне с драконом свою принцессу, что освободит меня от него.

— Одной из особенностей рода Алгомских, о которой знают лишь единицы, является чутье. Мы напрямую связаны с миром духов и оттуда черпаем силу. При рождении каждый из нас получает своего вайтеля — духа рода, которой сопровождает нас до самой смерти. И зачастую именно он подсказывает нам, что делать. Моя далекая прабабка Тейни, основательница нашего рода, привезенная в Россию в качестве игрушки для императора, помогла раскрыть всем близким людям мир, находящийся за гранью.

Заметив мой красноречивый взгляд, устремленный на часы, она осеклась.

— Что-то я увлеклась. Так вот, если коротко, то именно благодаря этому духу я чувствую родство с будущим мужем. И мой вайтель прямо вопит о том, что им должен стать ты.

— Вайтель, духи, Алгомские, Громовы, Романовы… Вас так много, а меня так мало. И каждому из вас что-то от меня нужно. А хоть кто-нибудь поинтересовался, чего хочу я?

— И чего же ты хочешь? Эту малышку Меньшикову? Именно в клинике, что принадлежит им, тебя едва не добили. Или, быть может, ты хочешь вернуться на Землю и разобраться с бывшим отцом? Кстати, его так и не отпустили и он очень зол, считает тебя виновником всех его бед. Правда, тебе тогда стоит поторопиться — уверена, скоро он окажется в Нижних мирах. Показания Гордеевой пришлись очень кстати.

— Да? А я-то думал, его казнят, а тебя вернут на службу и повысят. Такое дело раскрутила, — усмехнулся я.

— Не казнят. Мышкин слишком много знает, но информацией делится крайне неохотно. Ты слышал когда-нибудь про ментальные блоки? Это очень сложный и мучительный процесс и применение их запрещено. Так вот, в голове у Мышкина их десятки. И что с ними делать, как обойти, мы пока не знаем.

Но я, как ты понимаешь, уже не владею всей информацией, но уверена, его скоро расколют. Как и многих других, кого он сдал. Кстати, можешь успокоить свою тетю, которая тебе не тетя — ее муж тоже у нас и с теми же блоками, что и Мышкин.

— И кто теперь во главе рода Мышкиных?

— Алла Анатольевна, твоя бывшая бабка. Больше совершеннолетних в роду не осталось, а жены Владимира настолько бесполезны, что отдавать им род — все равно, что его уничтожить. Нет, они попытались что-то там вякнуть поперёк, но против сильного магистра земли не попрешь, вот и затихли до поры.

— То есть, ты уверена, что Мышкин не вернется?

— Шутишь? Попасть в застенки Тайной канцелярии легко, а вот выйти… Не припомню таких случаев. Князя уже списали со счётов и как только из него все вытащат, отправят в Нижние миры. Если уже не отправили. Сам понимаешь, мне теперь никто ничего не докладывает, во многом благодаря тебе. И мы возвращаемся к моему вопросу.

Резко встав, она приблизилась, практически нависнув надо мной.

— Итак, что у тебя с Меньшиковой?

— Жаркий секс во всех позах. Сверху, сбоку, в любом месте и в любое время. От ее стонов страсти я схожу с ума, а когда касаюсь ее губ, становлюсь самым