Рассвет над Самуром (СИ) - Алексей Богородников

первым отреагировал я на его почтительную скульптуру, преданно застывшую на дороге в ожидании великого меня. — Драк за моё отсутствие с местными не было? С девчулями моими сдружилась?

Последнее предложение я адресовал Гуре, в ответ она застенчиво сверкнула хищной улыбкой.

— С собой вчера брали на охрану лесорубов, — легко призналась малышка с острыми зубками, — у меня хороший слух и обоняние. Но за всю смену только трех палингов встретили. Риса им крылья косой срезала, а я уже здесь в лагере, супчика из них с клецками сварила в общем котле. Кто успел попробовать, тем понравилось. Еще пойду с тетей Каей и девчонками, если возьмут.

Я вопросительно поглядел на Уолфи. Он правда вот так легко свою дочку нам доверяет?

— Гура с пяти лет в нашей гильдии ошивалась, — пожал тот плечами. — Сначала рассказы слушала, раненым помогала. В семь, как Дар метафморфа обрела, уже ходила со мной на миссии. Независимость у нас семейная черта. Лучше с вами отпустить, чем она одна на приключения ускачет.

Он либо слишком философ, либо настолько верит в дочку. Оборотни конечно самый быстрый класс, но если ранить успеют — далеко ни один персонаж не убежит.

— Драк, ваша милость, слава Создателям не случилось, — сменил он тему, — так, вчера пьяную компанию молодежи скрутили, решившую повыть дурными голосами рядом с лагерем. Передали сорванцов страже.

Уолфи Арилгрин испытывающе окинул меня серыми глазами.

— Позвольте и мне ответное беспокойство проявить, ваша милость.

Это он про маску мою медицинскую, в коей я словно предвестник Ковидопокалипсиса вернулся в родные пенаты. Уже совсем не повязка — черная полумаска, которую обычно жители пустынь используют, с изображением на ней водяного орла золотистого цвета. Символ Шайна, между прочим, что означало перед вами лицо официальное, непростое и симпатичное.

Как мне хотелось бы верить. Уж не знаю, где Аиша успела её найти, вышить орла, не иначе взяла в заложники кого-то из семейств торговца редкостями и королевской портнихи. Вручила мне утром при встрече на тризне со словами: дескать модно и молодёжно, плюс Кая с девчулями в обморок сразу не упадут при виде моего шрама.

— Знаешь, Уолфи, — вдохновенно принялся врать я, — у нас с принцессой была непростая миссия в пустыне Красного рока. Наш отряд должен был добыть посмертную маску Всеобщего предка. Мы шли несколько дней под палящим солнцем по обжигающему песку, сражались с ордами Демонов-Карателей пустыни. Дрались за глоток воды с песчаными призраками в оазисах. Наконец мы дошли до гробницы предка, спустились в неё, убили главную тварь — Царя скорпионов, подошли к квестовому окошечку гробничной аптеки и попросили выдать нам маску.

Выражение лица Уолфи во время этого рассказа напоминало мне старого деда на покерном турнире. Лучше бы ты на пол блефанул, пацан.

— А над окошечком табличка висит «Без маски не обслуживаем. Свою первую маску ты должен добыть в бою.» — продолжил я, покосившись глазами на Гуру. — Надо понимать: все маски, падавшие с Карателей лутом, никто из нас естественно не подбирал. Кому, зачем они нужны? Тупик. Мы стоим и понимаем, что зафейлили важную миссию: отряд в панике, кто-то плачет, кто-то возносит молитвы Создателям. И только её высочество стоит с задумчивым видом, с покрасневшими ушками и бормочет: «зря я это сделала, ой, как стыдно в этом признаваться». Я — не будь дураком — подкрался к ней, за локоточек нежно взял, шепчу ласково, что если кому довериться можно, то это мне. Она командует всем отвернуться, засучивает штанину джоггеров и достает из своей боевой туфельки маску.

Уолфи понятливо кивнул.

— Мы тоже на миссии в пустыне носки хлопковые первым делом повыкидывали. А маски неплохая замена, тем более их высочество водный маг. Компресс в пустыне на ноги — всегда к месту.

— Вот с тех пор эта маска, спасавшая пятку принцессы от мозолей, для меня дорогой сердцу талисман, — постно сказал я, вознеся глаза к небу. — Ношу, не снимая даже ночью, ибо напутствие, выданное окошком по заключительному квесту, было однозначно: неделю не снимать.

Глаза Гуры расширились, когда она осознала, насколько жертвенный поступок совершаю я во имя своей принцессы.

— Тебе пора, Гура, проверить варку вечернего супа для наших авантюристов, — строго сказал Уолфи дочке, — и смотри не выболтай эту страшную тайну их милости.

Она умчалась будто испанская каравелла за сокровищами ацтеков, а я коротко вздохнул.

— Была засада наёмников прямо в данже. Опытных, с двумя магами. Капитана охраны и мою боевую сестру убили сразу, меня болтом арбалетным задели. Но принцесса продержалась несколько секунд, за это время я пришел в себя, и мы всех порешили.

Сняв маску с себя, продемонстрировал боевой шрам Уолфи. С утречка, когда я в зеркальце Аишино глядел в последний раз, выглядел он безобразно: пятно рубца, поселившееся рядом с уголком губ и неровная борозда, опускающаяся вниз.

И вроде понимание есть: такое ненадолго, но сердечко кольнуло страхом. Тем, кто про красивые шрамы у мужчин говорит, просто не понимают какую дичь несут. В земной реальности со шрамом еще могут поработать: кожу пересадить. Сами хирургические разрезы точны и микроскопичны. Ежели бы вы, парнишу с боевой отметиной из средневековья встретили лицом к лицу на улице, ручаюсь, такое зрелище вам в памяти навсегда отпечаталось.

— Повезло, ваша милость, — Уолфи метким плевком сбил падающую снежинку, — совсем рядом с Ангелом Тачибана разошлись.

Ангел Тачибана здесь, персонаж навроде Харона из древнегреческой мифологии.

Я согласно угукнул, краем глаза отмечая, как из крепостных ворот Самура выносится шебутная ярко-огненная волна с двумя отстающими подопечными сзади. Наши стражники меня давно углядели и кому надо сообщили, так что сюрприза не получится.

Но Джерк Хилл умный, подобное в расклад первоначально входило. Я ведь врать не умею.

Через полминуты, обнимашкая визжащий комок из девчуль на своих руках, и приспуская маску для поцелуя Каи, я шепнул ей тихонько, чтобы ничему не удивлялась. Потом схватился за бойкие ручонки Рисы и Верлиты, тянущиеся к маске.

— Тоже вас люблю, — строго сказал им, — но это страшный и опасный колдунский сувенир издалека. По квесту его еще пару дней носить надо.

— По какому квесту? — деловито спросила Риса, взирая на меня со сложным выражением на лице.

Что-то вроде жадной радости любви и наивного восхищения детства.

— Дашь затаскать через пару дней, дядь Джерк? — прагматично подошла к вопросу Верлита.

На её лице сияла широкая улыбка и меня всегда поражали эти психотипические особенности малышек. Одна вроде простая-простая, но рубит в корень. Вторая сложная-сложная, но мимика все тайны выдает.

— Без «б», Верлита, только дам поносить на двоих сразу, чтобы обидно никому не было, — успокоил няшку-земляшку. — А историю с квестом мне столько раз