Дракон, выйди вон! - Анна Митро

– Просто вы заняты, – я намекнула ему на спутника, которого, он, между прочим, так и не представил.

– Это уж мне решать, – отрезал он. – Мистрес Моранди, позвольте вам представить вашего коллегу, нашего нового преподавателя по магическому бою. Магистр Дизраэли, вы уже встречались с нашей преподавательницей по бытовой магии.

– Да, – хриплый голос магистра вывел меня из ступора. Все-таки хорош, зараза. – Но мистрес так торопилась, что у нас не было возможности познакомиться. Думаю, все впереди.

Здрасте-пожалуйста, тогда на лестнице был отмороженным айсбергом, а сейчас то ли присматривается, то ли принюхивается так внимательно и с такой плотоядной улыбкой, что интуиция в районе пятой точки кричит: «караул!», и просит броситься прочь.

– Да, у меня было неотложное дело. Вы просто не видели, в каком виде мне достался предметный кабинет. Надеюсь, ваша вотчина дожила до вас в лучшем виде, чем он.

– И зал, и полигон вполне приличного качества. Да и жилье годится для проживания. Думаю, ректор Гроссет, я им воспользуюсь, – под удивленным взглядом всех присутствующих, магистр подхватил часть моих вещей, – показывайте, куда нести.

Ректору ничего не оставалось, кроме как последовать его примеру. И вскоре все покупки были уже у порога моего домика. За что я вообще, конечно, была благодарна. Ведь благодаря этому успевала на обед. Мужчины томить своим присутствием меня не стали, и как только последний сверток оказался за порогом, отчалили в неизвестном направлении. А я поторопилась в столовую. Вышло даже пообедать в одиночестве, а вот на ужин собрались и Гаир и магистр Аштау, и лекарь, и даже мистрес Стерва. Последнюю никак иначе про себя я называть не могла, как ни старалась. При все при том, что совесть меня отчаянно грызла. Очень не хотелось превращаться в собственных учеников типа Горина.

До вечера же я спокойно разложила вещи, и преподавательский домик стал больше походить на дом, а не временное пристанище. Следующие несколько дней протекали достаточно однообразно. Генезер, с которой мы перешли на ты, осмотрев меня в очередной раз, сказала, что мои каналы пока почему-то резонируют и, видимо, им потребуется больше времени, чем она думала. И для ускорения этого процесса Этери, так зовут Генезер, попросила меня дать телу физическую нагрузку. Поэтому теперь до завтрака я не читала, а пробегала круг по полигону и делала зарядку. А в книги погружалась весь остальной день. Магичить пробовала, но безрезультатно, даже того странного огня больше не появлялось. И это меня пугало. Ведь учебный год приближался со скоростью вращения Юпитера, а, значит, скоро наступит тот час, когда мне придется доказать, что я смогу выжить в этом мире и в этом теле.

А еще я скучала по сыновьям. Да, конечно, мы редко виделись и ссорились часто последнее время, но раньше я всегда могла позвонить и услышать голоса своих мальчиков, а теперь, наконец, пришло осознание, что я больше никогда их не увижу и не услышу. Никогда не смогу сказать им, как сильно их люблю. И мне очень жаль, что я не умею рисовать, чтобы запечатлеть их для себя по памяти. Но даже это мне недоступно. Именно с этой мыслью я проснулась в слезах за четыре дня до начала учебного года. Мне снова снилось огромное крылатое чудовище и ректор, от которых я пряталась в своем доме, в родном поселке, и, прислонившись к стене, прямо перед тем, как проснуться я увидела фотографию, сделанную много лет назад на рыбалке. На ней муж показывал большой палец мальчишкам, державшим огромную, только что пойманную щуку.

– По щучьему велению, по моему хотению, покинь тоска сердце, – глубоко вздохнула я, открывая глаза.

И тут же, взвизгнув, свалилась с кровати, по которой бегали языки пламени. Хотя нет, я погорячилась, кровать тут не причем, они бегали по мне. А на душе становилось спокойнее.

– Горевать буду потом, когда испытательный срок пройду, а пока некогда, – сказала я отражению Брианны в ванной, к которому, как своему еще не совсем привыкла.

Вообще странно смотреть в зеркало и видеть там другого человека, но понимать, что это ты. Хотя, скорее всего, через месяц другой будет казаться, что словно так и было, а прошлая жизнь это затянувшийся сон. Корг сказал, что если тело не отторгло мою суть в первые сутки, и не начало гнить в течение трех дней, то я уже вполне хозяйка этому телу. Даже с учетом того, что магический дар отчаянно барахлит. Вот как сейчас.

Пламя тихонько прокатилось по коже и втянулось в нее, а я достигла состояния умиротворения. Теперь можно было почитать пару страниц учебника по местному законодательству, запивая трудноперевариваемую информацию соком, и отправится на пробежку.

И если учебники по бытовой магии зашли в мою память, словно там и были, так же как и основы стихийной, и некоторые знания по другим предметам, то вот с законодательством было сложнее. У меня складывалось такое впечатление, что первые я вспоминала, а вот в этом разбиралась с нуля. Может, так и было, кто же его разберет, как синхронизируются душа с организмом в таких случаях? Но дело шло со скрипом, а в законах разбираться нужно было. Ведь даже в чужой стране можно получить штраф или попасть в тюрьму за то, что в нашей стране в порядке вещей. Например, мы на своем огороде можем овощи выращивать, а немцам на это лицензия нужна, и шашлык у нас хоть каждый день да круглосуточно на участке жарь, а у них определенное количество раз в год не дольше двух часов и не позже девяти вечера. Или у нас хочешь жевать резинку или плюнуть на улице – да пожалуйста, хоть и неприятно на последнее смотреть, но наказывать не станут, а в Сингапуре оштрафуют и не на пятьсот рублей, а на шестьдесят пять тысяч, то есть на тысячу сингапурских долларов. В общем, проблем с законом не хотелось бы иметь, поэтому я перед тренировкой стараюсь прочитать немного, а во время бега уложить прочитанное в голове.

Но в этот раз упорно лезли мысли об утреннем происшествии с огнем. Уже давно было пора начать полноценно упражняться, но мне все казалось, что не получится, и что я не готова. Вернувшийся огонь словно вернул меня в действительность. Пора было браться за дело.

Добежав круг по полигону и заметив, что сейчас я уже не захотела