Режиссер Советского Союза 7 - Александр Яманов

в оригинале она показалась мне весьма бедной. Так как американцы любят разного рода оптимистические заморочки, то потратив много времени на потрошение собственной памяти, нашёл отличный материал. Я так думаю, конечно. Не зря же этот фильм признали одной из лучших романтических картин в истории. Я бы поспорил, уж очень недолюбливаю Ричарда Гира, но саундтрек к фильму очень сильный!

В моей версии песню исполняли солисты «Рассвета» и, мне кажется, что у них получилось лучше, чем у Джо Кокера и певицы, имя которой я не помню[13]. Просто потому, что у наших ребят гораздо лучше вокал, пусть Гена и поёт с акцентом. Нина, кстати, освоила английский на хорошем уровне. Всё-таки она весьма амбициозная и тщеславная особа, всегда мечтавшая выступить перед западной публикой. Ясный от неё не отстаёт, но у певца просто меньше времени на изучение языка. Только акцент — дело поправимое, в чём я попытался убедить собеседника.

— А что мешает тебе начать продвигать советскую группу? — вижу удивление собеседника и поясняю, — Американских и британских исполнителей на рынке хватает. Но достойных русских просто нет, если не брать в расчёт оперу. Ребята, спевшие «Up Where We Belong» обладают мощным вокалом и имеют в репертуаре немало интересных песен. Скажу более, именно они являются фактическими родоначальниками фолк-рока, очень популярного в СССР и уже завоёвывающего сердца западного зрителя. С учётом слухов о предстоящей разрядке во взаимоотношениях между нашими странами можно попробовать продвинуть и музыку. Тем более что мы договорились с тобой о совместной эксплуатации интересных проектов советского кинематографа и шоу-бизнеса.

— Политика такая вещь — сегодня вы друзья, а завтра враги. Не вижу смысла ввязываться в подобную тему ради одной песни, — логично заметил Эванс.

— Так речь именно о том, что у группы «Рассвет» не одна песня, а десятки. Именно они исполняют все саундтреки к моим русским фильмам, которые далее переводятся и перепеваются на Западе.

— «Rassvatt» — продюсер смешно исковеркал название группы, — Язык сломаешь от такого названия. Получше придумать нельзя?

— С русского переводится как «Sunrise», если хочешь, то можем назвать группу «Red Sunrise», — отвечаю с улыбкой.

Роберт сначала не понял двусмысленности, но потом рассмеялся.

— Я иногда забываю, что ты комми, Алекс. Вроде общаешься с человеком, который ничем не отличается от местных. Но затем понимаешь разницу в менталитете. Ладно, я готов рассмотреть твоих «красных» друзей и приглашу экспертов для прослушивания. Только договариваемся сразу, что все расходы пополам. И если мне не понравится исполнение и вообще сами персоны твоих друзей, то «Paramount» просто выкупит права на песню или обговорим роялти. Я ведь правильно понял, что это твоя музыка и слова? Откуда в тебе столько талантов, Алекс? Ведь писать саундтреки не то же самое, что снимать хорошее кино.

— Моя мама очень хотела, чтобы я стал музыкантом. Представляешь, только закончилась чудовищная война, мы жили впроголодь, но она настояла на моём посещении музыкальной школы. Далее я втянулся и окончил класс фортепьяно, начал писать музыку, только никому её не играл, — быстро мешаю правду с ложью и выдаю её внимательно слушающему Эвансу, — Но после армии меня захватил кинематограф, а любовь к музыке осталась. И ты не прав, что вся заслуга именно моя. Мне не хватает таланта создать полноценную мелодию и приходится просить о помощи профессиональных композиторов.

— Угу, — скептически хмыкнул продюсер, — Только Уильямс считает совершенно иначе. Ладно, не хочешь говорить всю правду, значит, на это есть основания. Вдруг у вас там целая тюрьма, где сидят музыканты и пишут композиции по указке КГБ.

Роберт заржал над шуткой, которая показалась ему удачной. Я же улыбнулся в ответ, хотя мысленно ликовал. Выход «Рассвета» на международную арену даст колоссальный толчок отечественной музыке. И это будут не разного рода политические проекты, когда наши артисты выступают за рубежом. Реального успеха за пределами страны им не добиться. Разве что, исполнив какую-нибудь «Bella ciao», вызвав скупую слезу у итальянских зрителей, которые завтра забудут имя советского артиста. Никакого отношения к бизнесу подобные концерты не имеют. А я хочу, чтобы наши артисты зашли на западный рынок всерьёз и надолго. Идей у меня хватает, главное — найти время для их реализации. Да и кроме меня талантливых певцов в СССР вагон с тележкой. Им надо только указать правильный путь.

Вообще, события понеслись вскачь. Будто всё ранее запланированное начало реализовываться именно в этом году. Меня это радует, но подспудно жду неприятностей и даже беды. Хочу ошибиться, но у меня по-другому в этом времени не бывает.

Глава 6

— Алексей? Это ты? Вот так встреча! — произнёс за спиной смутно знакомый голос.

Оборачиваюсь и сдержанно улыбаюсь в ответ на, вроде как, радостное выражение лица девушки. Тот случай, когда время пошло человеку на пользу. Хотя ей сейчас двадцать пять и странно об этом рассуждать. А красива она была всегда, поэтому я особо не удивился.

Я тут гуляю по Мейферу, прицениваясь к лондонским ценам, но пока ничего не купил. Дороговато и ассортимент беднее парижского. Плюс настроение у меня не самое лучшее, а столица Британии начинает порядком раздражать. Ещё и высокомерные главы двух компаний, ведущие себя будто под копирку, пытались развести наивного коммуниста. Это, по их мнению, конечно. В итоге мой ценник увеличился на пятьдесят процентов от первоначального, когда я понял, что меня парят самым топорным образом. При этом, как производители презервативов «London Rubber Company», так и мощнейший «Unilever», не могут понять, что мне на них плевать. Наша компания вполне проживёт вообще без британских заказчиков, о чём я сказал своему компаньону после встречи.

Франческо даже немного обиделся и несколько часов со мной не разговаривал. Для него выход на англичан почему-то является знаковым достижением. Я же прекрасно понимаю, что потенциальным клиентам некуда деваться. А барственная манера, мол, мы вам делаем одолжение, удачно действует на каких-нибудь негров и арабов. Странно, но весьма влиятельные в мире бизнеса господа находятся в плену стереотипов. Они до сих пор думают, что товарищам можно впарить любое дерьмо и те будут рады. Боюсь их разочаровать, но советская политика в торговых делах с Западом начала кардинально меняться. И тем более, я точно не представитель «Внешторга» и подобных ведомств. На мне же где залезешь, там и слезешь. Ещё не мешает посчитать, осталось ли чего в карманах излишне алчных господ после попытки ограбить Лёшу. В результате, сделавшие недоумённый вид джентльмены взяли паузу на размышление. Они действительно думают, что проскочат после такого дешёвого подхода? Думаю, когда им объявили о сроке на принятие решения, выделенном мною по доброте душевной, часть господ поумнее задумалась о совершённой ошибке. В