Новая жизнь 3 (СИ) - Хонихоев Виталий

А потом эмоции схлынули, ей стало стыдно за свое поведение, тем более что на выходе нас ждали сплетницы на табуреточках, которые слышали каждый вздох. В результате она сегодня со мной не разговаривает, устраивая эмоциональные качели и мне и себе. Дурочка.

Я вздыхаю. Надо будет с ней поговорить нормально, а то нехорошо получится. Надумает себе глупостей и вслед за сеструхой — того. Моментально в море. У них может наследственное — депрессии предаваться и надумывать себе глупостей. Перевожу взгляд на Юрико. Она вытирает лоб белым полотенцем и смотрит на Косум, которая вертит в руках телефон.

— У вас тут связи нет совсем. — говорит она: — глушат все.

— А то. Мы тут как в тюрьме — отвечает Юрико: — раз в день сообщения читаем и отвечаем на них.

— Хм. Ну и ладно. — говорит Косум и поворачивается ко мне: — Кента, покажешь где тут душевая? Мне на съемки сразу после … не хочу опоздать. Времени заскочить домой нет.

— Конечно — киваю я. Юрико делает круглые глаза. Я встаю и мы с Косум идем по коридору. Вот и дверь в душевую. Тут все и произойдет. Косум оглядывается по сторонам и тянет меня за рукав в раздевалку. Оказавшись внутри она быстро окидывает взглядом помещение и подпирает дверь. Зря. Все равно никто не вошел бы, тут уважают приватность. Не так, чтобы не подслушивать, но и ломиться не будут. Она поворачивается ко мне и открывает было рот, но я прижимаю палец к губам. Мы идем в душевую и я открываю кран. В соседней кабинке тоже льётся вода, кто-то оставил кран открытым? Не характерно для местных. Вода шумит, обеспечивая «белый шум».

— Чего надо-то? — спрашивает Косум, едва я киваю ей, мол можно говорить: — что за тайны на пустом месте? Имей в виду я тебе ставки не дам сделать, никаких игр на тотализаторе!

— Да я не про это. Мы тут с девчонками… — и я стал объяснять ей про Легенду. По мере объяснения на лице Косум расплывалась улыбка.

— В общем вот так — говорю я: — авантюра, конечно, но я тут подумал, что ваш клуб на таких вот допущениях и построен. То ли поединки, то ли шоу, то ли что-то посерединке. От вас что надо — на субботнее шоу найти девушку, а лучше двух, которые со мной в раздевалке бы постонали — это мне очень поможет. Никакого секса, чисто показуха, да еще и … это как сэйю работать.

— Секс голосом. Аудиосекс. — говорит Косум и ее брови сходятся у переносицы, она набычивается, наклонив голову — как ты смеешь предлагать такие непотребства Куме-сану?! Что, по твоему там не только бойцовский клуб, но и стриптиз?! Массажный салон?!

— Ээ… извини, я …

— Да ты охренел! Хочешь, чтоб мы показали всему миру, будто у Кумы в клубе есть доступные девушки?! Мол — приходите, только деньги заплатите?!

— Прошу прощения! То есть мне нет прощения, Косум-сама! — поспешно кланяюсь я. В самом деле, опять дуру сморозил, это же японцы, у них с репутацией все строго, Юрико — мало того, что из смешанной семьи, так еще и циркачка, ей плевать, а остальные…

— Тебе нет прощения — рычит Косум и вдруг оказывается рядом, ее стальные пальцы хватают меня за горло: — разве что… прибыль пополам.

— Что?

— Я, конечно с Кумой поговорю, но прибыль пополам — поясняет Косум: — и реклама клуба не считается.

— Что?!

— Что-что… ну конечно же в нашем клубе есть стриптиз — пожимает плечами она: — а ты думал? Пошутила я. Прикольно было смотреть как ты хвост поджимаешь, а как махал им, как махал!

— Косум!

— Ой, ну ладно. — машет рукой она: — ты же все равно на этом деньги сделаешь? Мы тебе поможем. Что ты там собрался выпускать — крем для повышения мужской силы и привлекательности или дезодорант, или курсы там продавать — без нас все равно не сможешь. Тяжелее будет. Так что давай пополам и по рукам.

— И… по рукам и все? А договор?

— Пф… по рукам и все. Куму — не обманывают. То есть обманывали… а потом все умерли. Так что — не обманывают. По рукам?

— Стоп. Половину от прибыли и только от проектов, которые будут основаны на Легенде? И только от моей части прибыли?

— А кто еще участвует? — прищуривается Косум: — эти твои — циркачка и выскочка, да? Их будешь со своей доли содержать.

— Справедливо. — вздыхаю я. Попробовать стоило. Протягиваю руку и Косум пожимает ее. Выключает воду и тащит меня в раздевалку, прямо к двери. Торопится, думаю я, но ошибаюсь. Она прижимается к двери и ударяется о нее всем телом. Дверь дрожит под напором.

— О, да! Кента-кун! Не останавливайся! — взвывает она голосом отставной порно-актрисы: — еще! Еще! Я сейчас с ума сойду!

— Боже… — говорю я прижимая ладонь к лицу: — а я думал что вы серьезный человек, Косум-сан.

— Тихо ты! Это авансом! — шипит она на меня и тут же меняет голос, изображая Сашу Грей, Мико Ли и Памелу Андерсон одновременно: — Сделай это! Возьми меня как животное!

Глядя на улыбающуюся и чрезвычайно довольную собой Косум я думаю, что она здорово переигрывает. Нравится ей меня троллить.

— Присоединяйся! — тихо шипит на меня она: — мне одной никто не поверит!

Глава 10

Я пыхчу. Я напрягаю мышцы. Я стараюсь изо всех сил. С моего лица капает пот. Отжиматься от кафельного пола, когда на тебе сидит красивая и тренированная девушка — дело пусть и чуточку приятное, но все же довольно утомительное. Отжиматься меня заставила Косум, она считает, что выйти из раздевалки я должен «выжатый как лимон» и что «такое не подделаешь, марш отжиматься!». Вот я и выжимаюсь как лимон. Только что берпи делал, а сейчас отжимания. Косум сидит у меня на спине и периодически издает звуки, которые она считает эротичными, а я — устрашающими. Услышишь такие звуки в темноте за спиной — поседеешь и инфаркт схватишь. Может у нее на родине так принято? Или это она у нас такая? В любом случае мне тяжело — и отжиматься и звуки эти слышать. А еще Косум переигрывает. Как там у Шекспира в Гамлете — «они и Ирода могут переиродить». Вот, Косум — именно из таких, она вкладывает всю душу в попытку переиродить Ирода», и если боец и спортсмен она знатный, то как актрису ее из театра гнать надо ссаными тряпками. Даже из погорелого. Даже из самого провинциального. Такой хоккей нам не нужен, да. Впрочем у самой Косум на это есть своё мнение.

— О, Кента! Ты просто зверь! — громко выдает она, сидя у меня на спине и качая ножкой. Тут же наклоняется и шепотом мне в ухо: — работай! Ты должен едва ноги волочить! Это же я! У меня тоже имидж сложиться должен!

— Может мы всем скажем что у нас все… быстро прошло? — с тенью надежды спрашиваю я: — что раз и все… тебе же на съемки. А я устал уже. Очень.

— Не, если я что делаю, то делаю хорошо. А это — телевидение. Я не собираюсь себе репутацию рушить. Драться так драться, сексом заниматься — так чтобы ух! — и она поднимает кулак к потолку: — ты отжимайся давай. — и тут же, почти безе перехода — повышает голос: — Да! Да! Да! Давай, сделай это, покажи, что ты можешь!

— Да что тут творится вообще?! — раздается голос и поворачиваю голову, что довольно трудно сделать из «упора лежа», да еще когда на тебе сидят. На пороге между раздевалкой и душевыми стоит Сора, закутанная в полотенце. Точно, думаю я, она же в душ пошла, но почему дверь не закрыла?

— Тихо ты! — давление с моей спины исчезает и Косум мгновенно оказывается рядом с Сорой и закрывает ей рот: — тихо! Испортишь нам все!

Надо сказать, что Косум, конечно была права — потому что мы тут над имиджем работаем и может быть там снаружи нас слушают (наверняка, зная Юрико) а потому она и решила пресечь возгласы вне запланированного «Ох, да. Кента, еще!». Однако она совершила одну важную ошибку, которая заключалась в недооценке противника и его естественной реакции. В тот раз мне удалось подловить Сору только потому, что у нас было джентельменское соглашение о поединке, и она к нему готовилась, намеренно выключая рефлексы до сигнала к бою. А тут — внезапное нападение. И хотя Косум у нас тренированная девушка и боксер высокого класса, но … Сора перехватывает ее руку, подбивает локоть и аккуратно кладет ее на кафель, придерживая локоть и запястье в контролируемом болевом приеме. Молодец, могла бы и кинуть с размаха, тогда у Косум точно травмы были бы, да и руку могла вывихнуть, но нет — положила аккуратно так, без перегибов.