Режиссер. Дилогия (СИ) - Яманов Александр

Кроме школьной формы, отличий хватает. На мой резонный вопрос насчёт того, где купить красивые и удобные рюкзаки, Зоя сначала впала в ступор. Потом ответила, что у неё на примете есть два отличных ранца, а с рюкзаками пусть ходят грибники и колхозники. Скажем так, качество сих девайсов меня не впечатлило, но дочки были довольны. А ещё здесь нет шариковых ручек. Я как-то машинально пользовался карандашом, а далее перепечатывал сценарий на машинке. Оказывается, народ и ученики пользуются перьевыми ручками. Но сейчас речь больше идёт об антураже. А он с годами не изменился.

Симпатичная, несмотря на полноту, классная Анастасия Константиновна строила ребят на линейке. Первый звонок был похож на моё время, когда высокий старшеклассник нёс маленькую принцессу с бантами, размахивающую колокольчиком. Только этому событию предшествовала речь директора, излишне длинная и напичканная фразами классиков марксизма-ленинизма. Но народ слушал внимательно, где надо — хлопал, и вообще вёл себя достаточно дружелюбно. А уж сколько впечатлений было у малышни!

После первого в жизни урока толпа родителей встречала своих чад. Я тоже был среди них и с улыбкой наблюдал, как счастливые детишки выходят из школы. Что удивительно — никаких заборов, металлоискателей с охранниками и в помине не было. Это я шучу, конечно. Ситуация в этом времени ещё не дошла до того, чтобы защищать детей от собственных озверевших граждан. Заметил, что некоторые первоклашки шли домой без сопровождения. Близняшки тоже со временем будут сами ходить в школу, благо — недалеко. Далее я или тёща будем их забирать, хотя здесь есть такая штука, как группа продлённого дня. Не знаю, что это, но супруга говорит — очень удобно для работающих родителей.

Завтра занятий не предусмотрено, поэтому мы решили ехать на дачу. Заберём Зою с работы и двинем всей компанией. Филиппыч, как всегда, будет позже. Сегодня у нас запланирован праздничный стол, ведь не каждый год дети идут в первый класс.

Жизнь постепенно успокоилась и потекла более размеренно. С утра отводил близняшек в школу и ехал в мастерскую Самсона, где происходила настоящая творческая работа. Там же я писал новый сценарий, когда Сергей отвлекался на свою основную работу. Но, чувствую, что мне чего-то не хватает. Наверное, мешает мой природный прагматизм, а здесь требуется побольше романтизма, ещё и с нотками надрыва. Уже не первый раз меня начали посещать мысли — а по Сеньке ли шапка? Я всё-таки не талантливый писатель, но замахнулся на весьма сложный проект.

Дома всё было по-прежнему, это если брать наши странные отношения с Зоей. В остальном — жизнь била ключом. Тёща забирала девочек из школы, отводила домой, кормила и помогала с уроками. Анна Михайловна практически переехала к нам, на Профсоюзную. Благо, живёт она недалеко, и дорога не занимала много времени. Золотая женщина! Но мы с супругой стараемся не наглеть и максимально помогаем тёще.

Двенадцатого сентября я устроился на киностудию им. Горького, а через два дня события стремительно понеслись вскачь. Я сразу понял причину начавшейся движухи, но не верил до последнего. Интернета в этом времени нет, вражеские радиоголоса я не слушаю, поэтому информацию о событиях в мире и киноискусстве черпаю из официальных источников. А это газеты и радио, весьма дозированно балующие советского человека новостями. Почему нет вменяемой информационной программы на ТВ — я до сих пор не понимаю. Радио — это прошлый век. Если советская власть хочет выиграть войну за умы своих граждан, то теленовости необходимы, как воздух.

Первым подтверждением того, что мне всё-таки удалось заявить о себе, стал вызов к Бритикову. Многолетний директор киностудии оказался приятным мужчиной под шестьдесят с сеткой шрамов на волевом лице. Наверняка, тоже фронтовик. После дежурных вопросов про новое место и прочее, мой нынешний начальник перешёл к сути.

— Поздравляю вас Алексей Анатольевич! — Григорий Иванович вдруг встал и перешёл на официоз.

Я сразу подорвался и стал жадно ловить слова начальства.

— Скоро информация будет объявлена официально, но думаю, можно уже вас обрадовать. Фильм «Маленькие проказницы» победил в конкурсе короткометражных фильмов! Также вы получили приз «Горизонты», вручаемый за работы, представляющие новые тенденции в развитии кинематографа, — последнее предложение директор прочитал по бумажке.

Сложно описать моё состояние. Сердце билось со страшной силой, а лицо горело, будто я опустил его в раковину с кипятком. Ослабляю узел галстука и понимаю, что сейчас грохнусь в обморок. Бритиков, почувствовал моё состояние, налил в гранёный стакан воды из графина и буквально влил в меня живительную влагу.

— Спасибо! — отвечаю, немного отдышавшись, — Уж очень неожиданная и волнительная новость. Мы действительно много работали над картиной.

Григорий Иванович улыбнулся и заверил меня, что всё прекрасно понимает. Ну, ещё бы! На своём посту он насмотрелся и не на такое. А вот дальнейшая его фраза меня изрядно удивила.

— Тут вот какое дело, Алексей. Не обращай внимание, если тебе покажется, что вашему успеху не будут уделять должного внимания.

Далее шеф показал настоящий класс казуистики и подачи информации между строк, если можно так выразиться. Сижу и медленно охреневаю от подковёрных игр нашего кинематографа. Ничего, эластичный мозг жителя XXI века может переварить и не такое.

Зато моё желание написать сценарий к новому фильму, Бритиков полностью одобрил. И опять как-то издалека намекнул, что правильно понял намёк из Минкульта про поддержку молодых талантов.

— Европейская пресса охарактеризовала картину молодого режиссёра Мещерского, как новый советский реализм.

Тесть откладывает Советскую культуру и непонимающе смотрит на меня. Мол, это что за зверь такой, ваш неореализм?

— В послевоенном итальянском кино было направление под названием новый реализм. Оно появилось под влиянием французского довоенного кино. Не буду вдаваться в подробности, но отличительная черта этого явления — неприукрашенный показ жизни простого человека и отказ от излишней помпезности с чопорностью. Последним особо грешит Голливуд. Мне кажется, что именно итальянцы оказали сильное влияние на советских режиссёров середины и конца пятидесятых. Оттого наше кино востребовано и встречает тёплый приём в Италии с Францией.

— Так, понятно. Давай наливай, — ответил тесть вопросительно, взглянув на жену, — Вот только объясни, чего про фильм-то молчат. Мне за тебя и внучек обидно.

Сегодня у нас небольшое застолье. Сидим в узком кругу, но мне так даже приятнее. Я всё больше вживаюсь в здешнюю жизнь и новую семью. Тёща накрыла шикарный стол, и дождавшись Филиппыча, мы начали праздновать. Сухой закон был отложен в сторону, и я пил водку с тестем. Зоя совершенно искренне поздравила меня с успехом, но весьма неодобрительно смотрела на наши возлияния.

Как и говорил Бритиков, советская пресса весьма прохладно встретила новость о призах, полученных фильмом. Радио я не слушаю, но Анна Михайловна подтвердила, что там тоже меня упомянули мельком. Более или менее полноценная заметка была в «Советской Культуре», которую я привёз на дачу.

Бросаю многозначительный взгляд на дочек, как бы намекая, что разговор не для детских ушей. Тёща поняла намёк, и моментально предложила Зое с девочками прогуляться до площадки. Когда наши женщины ушли, начинаю объяснять Филиппычу сложившуюся ситуацию.

— Здесь комплекс причин. Кино, как и любая форма искусства — вещь непредсказуемая. Вы ведь не будете заставлять себя слушать нелюбимую песню. А вот наши чиновники вряд ли понимают, что советский фильм может не понравиться европейской публике. Предыдущие годы сильно избаловали советских кинематографистов и их начальников. Чуть ли не каждый год мы брали призы в Венеции и даже Каннах. Пусть главную награду во Франции и Италии удалось выиграть один раз, но хватало дополнительных номинаций. Но в этом году мы ни с чем. То есть, награду выиграл мой фильм, во второстепенной номинации. А главная наша надежда привезла только приз за главную женскую роль. Каннский фестиваль начнётся на следующей неделе, но я сомневаюсь, что наши фильмы там что-то получат.